«Казанские ведомости» – это была газета своего времени. Публикация первая

Любовь Агеева, главный редактор "Казанских ведомостей" с января 1991 по май 1995 года

15 марта 2026 года

15 марта 1991 года вышел первый номер новой городской газеты «Казанские ведомости», учрежденной Казанским советом народных депутатов, который был избран в 1990 году.

Держу в руках этот номер. Поверх публикаций — автографы коллег, работавших тогда в редакции: Валентина Гудимова, Светлана Бессчетнова, Галина Печилина, Людмила Лыжина, Татьяна Лескова, Владимир Зотов… Вёрстка Василия Мартинкова.

Это было 35 лет назад. Вроде уже давно, но в памяти — будто совсем недавно.

Предлагаю фрагмент из будущей книги «Жизнь в нескольких эпохах», которую я думаю все-таки издать к своему большому юбилею в ноябре. Более подробно о газете и коллективе планирую рассказать в печатном выпуске альманаха «Казанские истории».

 Нам довелось жить в эпоху, когда жизнь каждого конкретного человека очень сильно зависит от того, что происходит в обществе, в стране. Что уж тут говорить о журналисте…

О перестройке, которую казанцы реально почувствовали в 1987 году, сегодня думают, говорят и пишут разное. Это было необычное время, полное надежд на новую жизнь, когда тысячи людей выходили на митинги, где обсуждались важные вопросы бытия; когда народ требовал реальных выборов, и не только депутатов, но и директоров заводов, школ, творческих союзов; когда нельзя было представить, чем закончится собрание — к микрофонам были очереди желающих выступить; когда власть начала прислушиваться к мнению общественности. Все поверили, что от их мнения зависит, как будет развиваться страна дальше. Трудно всё это представить сегодня, в наше дистиллированное время, когда протокол о собрании можно, как и в советское время, написать заранее – и не ошибешься.

Одним из феноменов перестроечного времени была необыкновенная гражданская активность, вовлекшая в политику многие миллионы. СМИ в 90-е годы вдруг стали для всех настоятельной потребностью. Телерепортажи со съездов народных депутатов СССР и РСФСР смотрела вся страна. Все читали газеты, в газеты писали, у журналистов просили совета…

Мы ощущали это в полной мере в редакции «Вечерней Казани». Поэтому у бывших вечеркинцев, перешедших в январе 1991 года в редакцию новой газеты, была уверенность, что и «Казанские ведомости» легко найдут своих читателей. Наивные, мы думали, что наши фамилии, которые были на слуху у всего города, окажутся для казанцев притягательным магнитом. Как же мы ошибались… Имея такого соперника, как «Вечерняя Казань», бороться приходилось буквально за каждого читателя.

Ситуация осложнялась еще и тем, что на волне гласности возник целый ряд новых изданий. В том числе первая частная газета в Казани. Помню, имела неприятный разговор с ее учредителем и редактором Андреем Морозовым, который обвинил меня в том, что я «украла» его идею — возродить название одной из дореволюционных газет Казани. Но я к выбору имени новой городской газеты не имела никакого отношения. Скорее всего, его придумал Геннадий Наумов. Название было утверждено решением Президиума горсовета 18 октября 1990 года. Мне, как победителю конкурса на должность главного редактора, было предложено оформить ее государственную регистрацию, что я и сделала в ноябре. Для регистрации хватило доверенности от председателя горсовета Геннадия Зерцалова.

Андрей посетил Министерство печати и массовой информации ТССР (так после исторического решения Верховного Совета от 30 августа называлась наша республики) уже после этого.  Так что ему пришлось придумать своей газете другое название. С 1991 по 1996 год он издавал «Казанский телеграфъ». Газета с таким названием тоже была Казани до 1917 года.

 Чтобы точнее обрисовать ситуацию с моим новым местом работы и новой должностью, стоит вернуться в 1990 год. О разладе, который тогда случился в редакции «Вечерки», я уже кратко написала в своем очерке для альманаха «Казанские истории», посвященного «ВК» гавриловского призыва. Он размещен и на сайте нашего издания (). Было бы большой ошибкой считать мое решение уйти из редакции, где я работала с января 1979 года, личной обидой на редактора, хотя осложнение моих отношений с Андреем Петровичем Гавриловым воспринимались болезненно.

Объяснение было в другом. В газете стали появляться публикации, которые я принять не могла. Например, дискуссия на национальные темы грозила переродиться в перебранку между радикалами с татарскими и русскими фамилиями. Я, как ее ведущая, стала возражать, и редактор поручил рубрику другому журналисту.  Потом, уже без меня, редакция, выбрав одну из сторон в довольно сложных общественных отношениях того времени, представляла в газете только одну точку зрения, не давая высказаться оппонентам. Это было так непохоже на прежнюю «Вечерку».

Само по себе это было еще не так плохо — тогда всем приходилось самоопределяться, но в этой острой политической борьбе редакция всё чаще сознательно дезориентировала читателей, искажая позиции татарского национального движения и руководства республики.

Забегая вперед, отмечу, что это особенно явственно проявилось в 1992 году, во время мартовского референдума о новом государственном статусе. Пресса тогда четко разделилась по отношению к новому государственному суверенитету республики. Практически все газеты, особенно татарские – однозначно ЗА, «Вечерняя Казань» – категорично ПРОТИВ. И только «Ведомости» дали возможность высказаться представителям всех точек зрения, с помощью экспертов спрогнозировали последствия при любом исходе голосования.

Правда, некоторые коллеги обвиняли «Ведомости» в отсутствии патриотизма. Но я, помня уроки дискуссии по национальным вопросам в «Вечерке», считала полезным не выяснение отношений между националами и федералами, а объективное информирование читателей. Решение они должны были принять сами. Эту позицию не могли не оценить наблюдатели из-за рубежа, которые запросили номера «КВ» с публикациями о республиканском референдуме для знакомства. Правда, прочитав позднее их оценки в интернете, я не нашла там ссылок на нашу газету. Это противоречило бы мнению экспертов об ангажированности казанских журналистов, исполняющих волю республиканской власти.

Когда в марте 1990 года, после альтернативных выборов в советы всех уровней, стало понятно, что у власть предержащих появились серьезные оппоненты, «Вечерняя Казань», по сути, стала трибуной депутатской группы «Народовластие» Ивана Грачева в Верховном Совете. Депутатам-демократам городского Совета тоже хотелось иметь такую же поддержку. Игорю Котову, возглавившему группу с таким же названием в городском Совете, было мало дружеского похлопывания по плечу в некоторых материалах «ВК» — группе тоже хотелось иметь надежного союзника.

«Безгласный Совет все равно, что безвластный. Я, как и большинство моих коллег по депутатскому корпусу, ощутил это с самых первых шагов в горсовете. Ну, а то, что депутаты единогласно проголосовали за создание своей газеты, указало нашу правоту», — писал позднее в «Казанских ведомостях» Бронислав Фаттахов, председатель постоянной комиссии по гласности, привилегиям, обращениям граждан и депутатской этике.

Первые же месяцы работы Совета показали, что мира между народными избранниками (а тогда они адекватно представляли интересы всех горожан) и городской исполнительной властью не будет. Хотя власть в те времена, ставшая объектом постоянной критики на митингах и в СМИ, была вынуждена оглядываться на общественное мнение. Поскольку это было уже мнение не только граждан, но и городских депутатов.

Это был необычный горсовет. Избиратели были уверены, что их голос не пропадет, и голосовали осознано. Конечно, не все и не всегда. Увы, у нас традиционно отдают голоса прежде всего за начальников. Но в 1989-м (выборы народных депутатов СССР) и в 1990 (выборы народных депутатов РСФСР, ТАССР и местных Советов) годах, когда депутатами стали не только чиновники и большие руководители, но и многие научные сотрудники, деятели культуры, педагоги, медики, журналисты, поэты, простые рабочие, которые надеялись через Совет воплотить свои представления о демократии и справедливости. Например, в Казанский Совет были избраны сразу три журналиста «Вечерней Казани»: Валентина Гудимова, Игорь Дурманов и Геннадий Наумов. Я тоже была среди претендентов на депутатский мандат и по итогам первого тура вышла в победители, но в моем округе внезапно не хватило избирателей, чтобы выборы посчитали состоявшимися. 

Было естественно, что группа депутатов во главе с Котовым пришли за помощью к редактору «Вечерки» А.П. Гаврилову. Он пригласил для разговора журналистов. Депутаты предложили объединить усилия, но редакция не приняла предложение создать при «Вечерке» депутатское приложение. Против высказался прежде всего Гаврилов, а потому общее настроение было критическим.

Для депутатов, которых еще вчера называли «неформалами», это было большим ударом. Они рассчитывали, что журналисты «Вечерки» станут их надежными союзниками в борьбе с антиперестроечными силами, ведь наша газета даже в строгие партийные времена отличалась смелостью суждений. «ВК» имела большой тираж – более 200 тысяч экземпляров, пользовалась у горожан очень большим авторитетом, а значит, народные избранники могли получить надежный канал связи с избирателями.

Единственное, что было обещано депутатам – сотрудничество. Но очень скоро надежды на сотрудничество были подвергнуты серьезному испытанию: редакция отказалась опубликовать решение сессии городского Совета, в котором шла речь о квартирах, вне очереди полученных рядом высоких должностных лиц. Демократическому крылу горсовета удалось принять это решение при огромном сопротивлении сторонников исполнительной власти. Решение было опубликовано в «Вечерке», но в урезанном виде – из текста исчезли знакомые фамилии обладателей незаконных ордеров. Андрей Петрович предпочел не осложнять отношений с руководством обкома КПСС.

На одном из редакционных летучек мы с Валентиной Гудимовой предложили объединить усилия с депутатами горсовета. Хотелось помочь их прямому диалогу с горожанами. К тому же, оставаясь газетой горсовета, редакция сохранила бы безбедное существование.

Однако Андрей Петрович нашу идею не поддержал. Мало того, представил нас в глазах коллектива предателями идеи «народной газеты», консерваторами, антиперестроечниками и т.д. и т.п. Это было тогда распространенное явление — клеить ярлыки вместо того, чтобы убеждать оппонента. Когда редакция раскололась на два общественных объединения – одно с Андреем Гавриловым, второе с Анной Миллер, я в выяснении их отношений не участвовала. Предпочла поискать другое место работы. Осенью 1990 года стало известно, что в планах городской власти создание новой городской газеты. Это был неплохой вариант для меня и еще нескольких человек из числа вечеркинцев, тоже искавших новую работу.

Однако когда мы узнали, что главным редактором газеты наверняка будет наш бывший коллега по «ВК» Геннадий Наумов, приуныли. Женя (его именно так звали в редакции) в то время возглавлял свою фирму «Эко-информ» и был неофициальным пресс-секретарем председателем горисполкома К. Исхакова. Внештатным, но очень авторитетным. Нам не хотелось иметь Наумова в качестве руководителя, поскольку у нас были разные представления о журналистике.

Выборы главного редактора, объявленные горсоветом, давали нам шанс на другого редактора. Претендентов на должность главного редактора оказалось шестеро: пять мужчин и одна женщина. Валентина Гудимова и Владимир Зотов убедили меня в том, что я смогу оттянуть голоса от Наумова. Программу будущей газеты мы составляли вместе, взяв за основу опыт работы редакции «Вечерней Казани».

Мы уговорили поучаствовать в конкурсе радиожурналиста Джаудата Аминова, который устраивал нас как главный редактор. Хотя не очень хорошо его знали. Специальная депутатская комиссия, сформированная постоянной Комиссией по гласности, привилегиям, обращениям граждан и депутатской этике, заслушала наши программы. Претендентам на должность главного редактора: Любови Агеевой, Джаудату Аминову, Игорю Дурманову, Валерию Нагуманову, Геннадию Наумову, Андрею Панкратову, было задано много вопросов, больше всего – мне и Наумову. Аминову, вступившему по какому-то поводу в дискуссию с членами комиссии, путь к победе был отрезан сразу.

С огромным нетерпением ждали мы, кого же объявят победителем конкурса. Признаюсь, результаты стали для меня полной неожиданностью. Ведь было несколько причин, которые могли помещать членам комиссии увидеть в роли главного редактора именно меня. Кому-то могло не нравиться, что я женщина, кому-то – что не татарка, кому-то – что работаю в мятежной «Вечерке». Но большинству членов комиссии понравилась моя программа.

Кстати, ее основные положения были изложены потом в моем обращении к читателям первого номера, который вышел 15 марта 1991 года — газета должна быть посредником диалога между властью и народом. В отличие от своей предшественницы – газеты «Казанские губернские ведомости», которая отдавала приоритет власти, мы делали выбор в пользу народа. В условиях 90-х годов ничего крамольного в такой позиции не было. Власть тогда, и партийная, и советская, всячески демонстрировала свою демократичность, поощряя интерес горожан к самоуправлению.

В январе 1991 года предстояло утверждение итогов голосования конкурсной комиссии на сессии горсовета, но события там развернулись неожиданным для ее членов образом. Вопреки положение о конкурсе Совету предложили две альтернативные кандидатуры: Любовь Агееву и Геннадия Наумова. Это был ожидаемый шаг, поскольку части депутатов решение конкурсной комиссии не понравилось. Не понравился им и выбранный мной формат газеты – А3, хотя взяла пример с очень популярной в то время газеты «Московские новости». Наумов публично заявил, что таким форматом верстаются только многотиражки и районные газеты.

Тучи начали сгущаться задолго до сессии. Критиковали не столько меня, сколько депутатов группы «Народовластие», которые сразу объявили, что поддержат на сессии мою кандидатуру. Группа Игоря Котова и их сторонники в Совете поддержали идею о создании новой городской газеты, но кандидатура Наумова их не устраивала. Они были уверены, что газета с Наумовым в роли главного редактора несомненно станет отражать прежде всего интересы исполнительной власти. А с Исхаковым они уже не раз «бодались» на сессиях. У бывших неформалов были свои представления о будущей газете. Так что Котов с единомышленниками на сессии боролись не столько ЗА меня, сколько ПРОТИВ Наумова. Никто в этой группе, и Котов в том числе, тогда не знал меня лично.

Мой соперник выпустил к сессии печатный номер «Казанских ведомостей», который получили все депутаты. А мои сторонники оформили нечто похожее на «стенновку» – про меня и наше представление о будущей газете. Думаю, что это могло сыграть свою роль при голосовании.

Такие страсти кипели на сессии!.. Такая закулисная шла борьба!.. При организации выборов был использован, как сейчас говорят, мощный административный ресурс всего аппарата Исполкома. Лоб в лоб сошлись два разных крыла Совета – бывшие неформалы и депутаты, делегированные в Совет исполнительной властью. И всё делалось, чтобы победил Наумов.

В какой-то момент у меня сдали нервы, и я решила выйти из игры, но Котов попросил не делать этого. В тот момент мы и познакомились. Как я потом узнала, перед сессией его единомышленники активно общались с коллегами, объясняли, зачем Совету нужна газета. Кому-то это помогло при голосовании, но громче всех были голоса за Наумова. Так что моя кандидатура победила большинством всего в один голос.

Потом Котов так вспоминал это время: «Нас – так называемых демократов – было в гоpсовете процентов 20-30. И нам нужно было такое средство массовой информации, которое служило бы дополнительным микрофоном. Была боpьба за редактора – и мы выигpали. Я считаю, что мы тогда правильно угадали Любовь Агееву: ни при каком редакторе, кроме нее, не вышел бы материал о квартирных проделках мэpа. Да, с хитростями, с оговоpками… Но я не знаю человека, котоpый, будучи на 100 процентов зависящим от гоpсовета и мэpии, дал бы такой матеpиал».

Группа Игоря Котова в будущем стала горячим защитником редакции при трениях с горисполкомом.

 КАЗАНСКИЙ ГОРОДСКОЙ СОВЕТ НАРОДНЫХ ДЕПУТАТОВ

Решение сессии от 8 января 1991 года

О ГАЗЕТЕ КАЗАНСКОГО ГОРОДСКОГО СОВЕТА

НАРОДНЫХ ДЕПУТАТОВ

Учитывая необходимость широкой информированности горожан о деятельности Казанского городского Совета, его Президиума, постоянных комиссий, тесной связи депутатов с избирателями, изучения и формирования общественного мнения, а также отсутствие печатного органа, Казанский городской Совет народных депутатов РЕШИЛ:

1. Утвердить решение Президиума от 18 октября 1990 года об учреждении газеты городского Совета народных депутатов на русском языке с названием «Казанские ведомости».

2. Рассмотрев итоги тайного голосования, утвердить редактором газеты «Казанские ведомости» Агееву Любовь Владимировну.

3. Поручить заместителю председателя городского Совета т. Рыбушкину Н.Н. совместно с редактором газеты сформировать программу (основные принципы) газеты; заключить договора по распространению газеты со службами ПТУСа (Союзпечать, служба почтовой связи).

До 15 января 1991 года подтвердить в Министерстве печати РСФСР (т. Полторанин М.Н.) вопрос о включении газеты «Казанские ведомости» в план централизованной поставки бумаги на 1991 г.

4. Поручить председателю городского Совета народных депутатов (т. Зерцалов Г.И.) подписать учредительный договор с редакционным коллективом.

5. Редактору газеты до 15 февраля 1991 г. сформировать коллектив и начать выпуск газеты «Казанские ведомости» ориентировочно с 1 марта 1991 года.

До 17 февраля 1991 г. представить на утверждение Президиума Устав редакции газеты.

6. Обязать председателя исполкома городского Совета (т. Исхаков К.Ш.) в кратчайшие сроки решить организационно-технические вопросы.

7. Контроль за исполнением данного решения возложить на постоянную комиссию по гласности, привилегиям, обращениям граждан и депутатской этике (т. Фаттахов Б.Т.).

Председатель городского Совета Г.И. ЗЕРЦАЛОВ

Вот так я стала главным редактором новой газеты. К сожалению, редактором, нелюбимым в кабинетах городской власти. Статус у газеты был официальный, а фактическое положение – как у падчерицы. У меня долго даже кабинета своего не было. Тяжело бы нам пришлось, если бы не помощь депутатской комиссии, которую возглавлял Бронислав Фаттахов.

Не могу не заметить, что мой коллега Геннадий Наумов потенциально имел все возможности стать хорошим редактором. Он доказал это, начав позже выпускать газету «Казанское Время», учредила которую его фирма «Эко-информ». И это было хорошее издание, и по содержанию, и по оформлению. Оно было серьезным игроком политических битв того времени. Камиль Исхаков, как руководитель исполнительной власти большого города, имел в лице этой газеты хорошего помощника в спорах с оппонентами и в диалоге с республиканской властью.

Геннадий пережил свою неудачу болезненно, и за всеми попытками потом осложнить жизнь нашей редакции я чувствовала, а порой даже видела, его влияние. Лишь через многие годы мы восстановили с ним добрые отношения.

Продолжение следует