Властительница танца век спустя

Дмитрий Туманов, культурный обозреватель "Казанских историй"

03 февраля 2026 года

3 февраля исполнилось бы 100 лет со дня рождения Нинель Даутовны Юлтыевой – выдающейся балерины, хореографа и педагога.

Казанское хореографическое училище, в котором легенда балетного мира работала художественным руководителем с 1998 по 2014 годы, подготовило вечер «Вспоминаем учителя и друга».

Уже в фойе чувствовалось, что это не просто мероприятие «для галочки», а самый настоящий семейный праздник.

– Не стесняйтесь, проходите! – как желанных гостей встречали всех улыбающиеся вахтёры. – Девочки, помогите сориентироваться.

И стайка воздушных маленьких балерин тут же обступала пришедшего и вела в комнату, где можно было оставить пальто. А затем – вверх по ступенькам мраморной лестницы и по извилистым коридорам – к залу, где намечалось проведение торжества.

И всюду портреты именинницы, афиши её спектаклей, фотографии в разных ролях, личные вещи...

Татьяна Шахнина директорствует в Казанском хореографическом училище с января 2003 года. Она застала последний десяток лет жизни властительницы танца. Но до сих пор не готова принять весть об уходе Нинель Юлтыевой.

Для неё художественный руководитель училища по-прежнему рядом. И это трепетное отношение к учителю и другу, каким была Нинель Даутовна практически для всех, с кем пересекались её пути, определило сердечную атмосферу сегодняшнего морозного февральского дня.

Вся жизнь Юлтыевой прохвачена таким морозцем, не дававшем ей расслабляться. Её отец Даут Юлтый, драматург, журналист и общественный деятель, основоположник башкирской литературы, назвал дочь в честь Владимира Ленина, с которым ему однажды посчастливилось встретиться лично: если прочесть Нинель наоборот, то получится Ленин.

«Однажды ночью за отцом пришли, – вспоминала Нинель Даутовна. –  Папа молча собрался, поцеловал нас, и его увели. Никогда больше мы папу не видели». Его расстреляли, маму на десять лет отправили в лагеря».

На месте общей могилы, куда покидали тела убитых, сегодня сквер с памятной стелой, на которой нет ни одной фамилии...

Для формирования прямой спины балерины необходим сильный характер. И Нинель Юлтыева его взрастила в себе: «Никто никогда не видел, чтобы я плакала. Мне помогало то, что вокруг были добрые люди, и я занялась профессией, которой должна была заниматься от природы».

Мемориальную доску в честь балерины Нинель Юлтыевой на фасаде здания Казанского хореографического училища открыли в октябре 2023 года

В нынешнем году есть ещё одна знаменательная дата в жизни Юлтыевой – 85 лет её сценической деятельности. Она начала танцевать на башкирской сцене в 1941 году, дебютировав в опере «Русалочка», в дивертисментах. Юлтыева была задействована во всех спектаклях эвакуированного в Уфу Киевского театра оперы и балета. В Уфе она встретила и свою первую любовь – Хасби Фазлуллина, главного дирижёра Башкирского театра, с которым в 1946 году перебралась в Казань.

Юлтыева, кстати, переживёт и его, и второго мужа, и своего единственного сына...

Ладно, ставим ещё одну циферку в календаре знаменательных дат – 80 лет.

В 1956 году она, ведущая балерина Татарского театра оперы и балета, впервые выступила в роли балетмейстера в «Лебедином озере», одновременно исполнив главную партию Одетты-Одиллии. Успеваете отмечать? – 70 лет.

«Она танцевала всё, что хотела, а не всё, что могла. Она была властительницей, самым важным человеком в театре», – вспомнились мне слова, сказанные о Юлтыевой её соученицей по Ленинградскому хореографическому училищу имени Агриппины Вагановой примой-балериной Татарского академического государственного театра оперы и балета имени Мусы Джалиля Альфией Айдарской, дочерью композитора Сары Садыковой и режиссёра Газиза Айдарского.

С именем Юлтыевой связаны этапные события становления хореографического искусства Татарстана. Об этом говорили на мемориальном вечере в Казанском хореографическом училище педагоги училища, его ученики, друзья и родственники юбиляра.

Один за другим поднимались со своего места видный государственный и общественный деятель Зиля Валеева, писатель и драматург Рабит Батулла, чей сын окончил Казанское хореографическое училище, главный балетмейстер Государственного ансамбля песни и танца Татарстана Раиля Гарипова, выдающаяся балерина, хореограф и педагог Сания Хантимирова, племянница героини дружеской встречи Наиля Юлтыева, журналист Ольга Стрельникова и другие.

Много тёплых воспоминаний прозвучало и из уст самой Нинель Даутовны – в документальном фильме «Профессия по любви», снятом пятнадцать лет назад по книге «Адажио ее памяти» (редактор Ольга Стрельникова).  Она делась со зрителями своими мыслями о жизни и об искусстве.

При всей своей тактичности, она не терпела снисходительной жалости ни к другим, ни к себе. «Бог дал дар, надо его использовать в полной мере. Я получила знания у потрясающих легендарных педагогов. И как же после этого можно сдаваться перед трудностями? Бывало, перед спектаклем ногу подвернёшь, а заменить тебя некем, так что выходишь и танцуешь, превозмогая боль», – ничуть не кокетничая, говорила она.

В воспоминаниях, звучавших в мемориальный вечер в Казанском хореографическом училище, часто говорили о том, с каким юмором она оценивала своё состояние в критические моменты. Когда в больнице её собрались везти на каталке, Юлтыева твёрдо бросила: «Пардон, но я на таких авто не езжу». И встала на ноги.

За свою карьеру балерина исполнила свыше сорока ведущих партий. Были среди них любимые, такие, как Сююмбике в «Шурале», были, наверное, и не очень близкие ей по духу. Но всегда, при любых обстоятельствах она как credo повторяла: «Классический танец – самый сложный вид искусства. У драматического артиста есть текст, чтобы играть. У музыкантов – ноты, инструменты. У нас же ничего этого нет. Только музыка. И когда ты её понимаешь, сможешь показать всё, что есть в душе, на сцене, сказать, кто ты и почему ты танцуешь…».

Лучшим подарком такому человеку мог быть только танец. И выпускницы Казанского хореографического училища подготовили к этому дню аж три: татарский, башкирский и любимый Юлтыевой классический балетный номер на музыку «Вальс-фантазия» Михаила Глинки.

Нинель Даутовна хотела быть похоронена на Арском кладбище, неподалеку от Назиба Жиганова. Ведь она приехала в Казань по его приглашению и всю жизнь с благодарностью вспоминала об этом. Так и случилось.

Пасмурным воскресным утром на исходе ноября на восемьдесят девятом году её не стало. Правда, не рядом с Назибом Жигановым — ее могила в конце первой аллеи, на участке «Миллениум».

До сих пор её коллеги, друзья и ученики не хотят говорить о ней в прошедшем времени. Она для них по-прежнему остаётся камертоном искренности и честности не только в профессии, но и во всех поступках.

«Кроме балета меня ничто и никогда не увлекало по-настоящему...  Я – одинокий волк по натуре, счастлива только в профессии...», – говорила она.

Незадолго до кончины ей задали вопрос о самом сокровенном желании. И Нинель Даутовна, не раздумывая, ответила: «Найти могилу отца». Этого ей так и не удалось.

Зато удалось построить интернат Казанского хореографического училища. Помню, как она повторяла, словно рефрен в песне, при наших встречах: «Хорошо бы, чтоб ученики жили тут же, рядом с училищем». В 2015 году при Казанском хореографическом училище был открыт интернат для одарённых детей. И это стало лучшим памятником Нинель Юлтыевой.