Салих Батыев, заместитель Председателя СНК ТАССР, выполнил свое обещание «быть завхозом»

Зулейха Салехова, кандидат искусствоведения

31 октября 2025 года

3 ноября в Государственном большом концертном зале имени Салиха Сайдашева в формате торжественного вечера, посвященного 80-летию  вуза, завершится фестиваль «Казанская консерватория – ровесница Победы».

Предлагаем вашему вниманию исторический очерк Зулейхи Салеховой, подготовленный на основе архивных документов, о том, как консерватория создавалась.

В архиве Музея композитора Н. Жиганова сохранились черновики-наброски, где спустя годы он как бы пытался восстановить картину рождения консерватории, фиксируя важные эпизоды и имена, имеющие отношение к ее истории.

Первая запись следующая: «1944 г. Закавказская декада. Глиэр, Василенко, Шапорин, Гаджибеков и беседы с ними». Речь идет о Декаде музыки народов Закавказских республик, которая проходила в Тбилиси в декабре 1944 года, куда Н. Жиганов был приглашен в составе делегации Союза композиторов СССР.

Восхищенный тем, что он увидел и услышал на репетициях и концертах, Жиганов пишет жене С. Жигановой: «Мы уже прослушали музыку армян и начали слушать грузин. <...> Есть интересная музыка, хорошие кадры композиторов. Каждая республика выступает со своим симфоническим оркестром человек в 95 -100 (!!!), национальными ансамблями песни и пляски, инструменталистами. Очень много своеобразного и интересного. Отношение к искусству, в частности к музыке, ревностное, не руководителей только, а и слушателей. <...>» (Тбилиси, 22 декабря 1944 г.).

Наблюдая состязание республик Закавказья, Жиганов мыслями постоянно обращается к татарской музыке. «Меня пугает отсутствие у нас композиторской молодежи. Значит, что-то надо предпринять. Я уж не говорю об инструменталистах, которых у нас нет вообще. У армян, например, вокальная культура стоит на очень высоком уровне» (Тбилиси, 19 декабря 1944 г.

Через несколько дней, 23 декабря, он пишет из Тбилиси Председателю Президиума Верховного Совета Татарии Г. Динмухамедову: «...Эта чудовищная воина, навязанная фашистами, не остановила творчества народов. И вот я, проехав более четырех тысяч километров, являюсь свидетелем состязания трех республик в области музыкальной культуры. На Декаде представлены все виды музыкального творчества. Мы слушаем оперы, симфонии, фортепианные концерты, струнные квартеты... до которых татарские композиторы, несмотря на безусловную одаренность, не доросли в связи с нежеланием усовершенствовать свое композиторское мастерство (!!!).

К сожалению, это так. А нам нельзя отставать ни в какой области. Мы часто в Казани ориентируемся на местные вкусы и думаем только о сегодняшнем дне. Мне кажется, что этот период уже прошел, и нужно думать, заглядывать в завтрашний день... Все, о чем я пишу, не выдумано мною. Я просто в курсе событий дальше нашей республики и при сопоставлении отдельных фактов из музыкальной жизни в других республиках с нашей республикой яснее вижу свои недостатки и недостатки моих коллег... Буду прилагать все усилия, чтобы и чудесная музыка татарского народа пробила себе путь далеко за пределы нашей республики».

На Декаде в Закавказье он много общается с композиторами Глиэром, Шапориным, Василенко. По словам самого Назиба Гаязовича, Узеир Гаджибеков сказал ему в те дни: «Если ты не добьешься того, чтобы в Казани была открыта консерватория, татарскую музыкальную культуру не поднять».

Таким образом, именно в Тбилиси Н. Жиганов утверждается в мысли о необходимости создания в Казани консерватории.

Салих Батыев поздравляет педагогов консерватории с 25-летием вуза

Возвратившись из поездки, он обращается с этим предложением к правительству. Сохранилась   запись Жиганова о том, что решение об открытии консерватории было принято у него на квартире в беседе с руководителями республики. С.Г. Батыев (в 40-е годы он занимал пост заместителя Председателя СНК ТАССР) шутливо заметил тогда: «Я буду твоим завхозом».

С Жигановым его связывала большая личная дружба. Истинный любитель и почитатель музыки, Салих Галимханович в течение всей своей деятельности поддерживал консерваторию, особенно в период ее организации.

За обращением Н. Жиганова к правительству последовали решительные меры. В Москву на имя заместителя Председателя Совнаркома СССР В.М. Молотова 14 марта 1945 года было направлено письмо с просьбой об открытии в республике консерватории, подписанное Председателем Президиума Верховного Совета Татарии Г. Динмухамедовым, Председателем Совета Народных комиссаров Татарии С. Шарафеевым, секретарем ОК ВКП(б) С. Маловым. В нем говорилось, что «отсутствие необходимого контингента национальных музыкальных работников высшей квалификации (певцы, композиторы, педагоги, оркестранты) не позволяет создать в Татарской республике постоянный симфонический оркестр, лимитирует репертуар Татарского театра оперы и балета и сдерживает дальнейшее развитие всей музыкальной культуры Татарской АССР».

Ответом послужило распоряжение Совнаркома СССР от 13 апреля 1945 года о создании в Казани консерватории республиканского (РСФСР) подчинения. Уже 19 апреля 1945 года было проведено заседание СНК Татарии, на котором создана комиссия по подготовке открытия в Казани консерватории. В комиссию вошли: зам. председателя СНК ТАССР С.Г. Батыев (председатель), зам. зав. отделом пропаганды и агитации ОК ВКП(б) В.П. Тимофеева, секретарь Казанского горкома ВКП(б) А.Н. Гржигоржевский, начальник Управления по делам искусств при СНК ТАССР И.X. Сабитов, начальник городского Управления по делам искусств К.А. Александров, композитор Н.Г. Жиганов, директор музыкального училища Р.Л. Поляков и профессор училища М.А. Пятницкая. На протоколе заседания – резолюция председателя комиссии от 23 апреля 1945 года: «Просить тт. Жиганова и Полякова представить предложения по консерватории на рассмотрение комиссии». Все необходимые предложения были представлены ими 6 июня.

23 июня 1945 года согласно приказу №602 Управления по делам искусств при СНК РСФСР Н. Жиганов был назначен директором Казанской консерватории, 1 июля 1945 года он приступил к своим обязанностям, а 6 июля его кандидатура была утверждена на бюро обкома партии.

В архивных записках Жиганова читаем: «Из беседы с первым секретарем Муратовым: «Ты – коммунист? Тебя учили, ну и учи! Твоя кандидатура утверждена в ЦК!».

Первый рабочий кабинет директора Казанской консерватории

Решение бюро обкома и СНК ТАССР об открытии консерватории было принято 30 июня. Оно затрагивало комплекс вопросов: о составе факультетов, о выделении помещения (здание по ул. Пушкина, 1), о штатах, фондах на ремонт, об инструментах и др.

В связи с открытием консерватории предстояло решать многие задачи – от формирования педагогического коллектива до приобретения музыкальных инструментов, материально-технического оснащения (мебели, оборудования) и капитального ремонта выделенного здания бывшего госпиталя, работавшего в школе.

Первое здание консерватории

 С.Г. Батыев, выполняя свое обещание «быть завхозом», сумел достать в то тяжелое послевоенное время 30 ящиков стекла (!). Он правдами и неправдами переадресовал их консерватории, просил мгновенно реализовать, чтобы адресат не мог их отобрать. Поэтому консерваторию, как вспоминал Жиганов, стеклили днем и ночью.

Назиб Жиганов с выпускниками

Параллельно велась закупка инструментов. В это же время был приобретен знаменитый белый рояль, который стал своеобразным символом консерватории.

Статья опубликована в книге

«Из педагогического опыта Казанской консерватории: Прошлое и настоящее», Казань, 1996

Читайте в «Казанских историях»:

Молодые педагоги почти не отличались по возрасту от студентов

Казанская государственная консерватория: имени первого ректора Назиба Жиганова

Оркестр дал бы возможность подняться на новую ступень 

Назиб Жиганов крупным планом. Библиография