Напоминаем читателям, что выставку «Владимир Чумаков: архитектор, краевед и коллекционер» в Национальном музее Татарстана можно посмотреть только до 6 сентября.

Она открылась 15 июля 2026 года  в главном здании музея и посвящена памяти известного исследователя истории нашего края, собирателя старинных предметов Владимира Владимировича Чумакова. Ему удалось объединить профессиональные занятия с увлечением историей: знание архитектуры помогало изучать культурное наследие,  памятники старины раскрывали секреты старых мастеров Казани, имена которых хорошо известны и в наше время.

Это удивительно, раритеты из его коллекций широко известны, они входили в экспозиции десятков выставок, но нынешняя, так сказать персональная, в стенах музея первая. Она юбилейная — Владимир Владимирович родился 7 июля 1931 года. Так сказать, подарок к 95-летию со дня рождения. Цены бы ему не было, если бы инициатором выставки был музей.

На церемонию открытия пришли историки, музейные работники, архитекторы, журналисты — все, кто его знал и помнит. С тёплыми воспоминаниями выступили коллеги и друзья.

Владимир Чумаков – коренной казанец (1931-1988). Родился в семье архитектора и педагога и тоже стал архитектором и педагогом. Трудовую деятельность начал в 1953 году в Специальной научно-производственной мастерской и по роду занятий не мог не заинтересовался архитектурными  памятниками республики, в том числе на острове Свияжске. В 1957-1958 годах работал старшим техником-архитектором закрытого предприятия, известного как п/я 695. За этим номером в ту пору скрывался Казанский пороховой завод. С 1958 по 1963 год был старшим лаборантом кафедры архитектуры Казанского инженерно-строительного института, где работал его отец. В 1963-м закончил Всесоюзный заочный инженерно-строительный институт в Москве (ныне Московская государственная академия коммунального хозяйства и строительства) по специальности «Промышленное и гражданское строительство». Тема дипломной работы — «Краеведческий музей для города Казани» — отражала уже сформировавшийся интерес к культурному наследию прошлого.

В 1963-1965 годах преподавал и заведовал вечерним отделением в Казанском строительном техникуме, затем работал ассистентом кафедры архитектуры Волгоградского института городского хозяйства. В 1965 году вернулся в Казань. Устроился в КИСИ, на должность ассистента кафедры начертательной геометрии и графики. Через два года перевелся на кафедру архитектуры, где работал старшим преподавателем до последних дней своей жизни. И потому у Владимира Владимировича много учеников и среди архитекторов, и среди строителей. Однако в памяти  всех, кто его знал, он прежде всего остается страстным краеведом и коллекционером.

В главном музейном собрании республики коллекция, подаренная Владимиром Чумаковым и его близкими – третья по значимости после собраний Андрея Лихачёва и Василия Флоринского. Впрочем, точнее говорить не о коллекции, а о коллекциях. Поскольку их много, и каждая — отражение его собирательских интересов на определенном этапе жизни.

Коллекции Чумакова, а это около 10-ти тысяч экспонатов, можно сказать, уникальны. Он собирал не археологические артефакты, не произведения искусств, не старинную мебель, фарфор, часы или канделябры. Владимир Владимирович коллекционировал предметы повседневной жизни, которые, как оказалось, способны хранить для потомков то, что чаще всего остается за пределами краеведческих изысканий. Это так называемые мелочи жизни, далекие от больших исторических событий: перьевая ручка, пуговица, точь в точь такая, как на твоем детском платье, лампа — такая была и в твоей квартире, граммофон — и ты помнишь, с каким восторгом твоя бабушка рассказывала о появлении этого чуда техники в вашем семье…

«Мелочи жизни», представленные в экспозиции Национального музея, напомнят людям взрослым о том, что они уже давно забыли, и новая встреча принесет массу эмоциональных переживаний… А наши внуки увидят то, что они видели в основном на киноэкране.

Далеко не в каждой семье есть заветный сундук, где хранятся свидетельства прошлой жизни. Сколько их после использования выбрасывается на мусорные свалки или пылится в сараях и дачных домиках. И нет среди нас таких, как Чумаков, которые бы подсказали, что со временем цены не будет старому утюгу или  бабушкину подзору на кровать…

Те, кто был знаком с Чумаковым близко, вспоминают, что он знал почти всех казанских старожилов, записывал их истории о каких-то оригинальных предметах быта. Мог напроситься в гости, увидев в окне оригинальный светильник. Что-то ему дарили, что-то он покупал.

Вот что писал об отце на страницах журнала «Казань» его сын Фёдор:

«Отец постоянно разъезжал на ушастом «Запорожце» по районам Татарии, забираясь в отдалённые деревни, осматривал заброшенные церкви и дома. Расспрашивал местных жителей. Круг общения у него был невероятно большой.

Отец много фотографировал. Помню, у него был «Зенит», а до этого «ФЭД» (Феликс Эдмундович Дзержинский). Папа научил меня заряжать плёнку в фотоаппарат, строить кадр, проявлять. Это — целая наука! В кладовке для меня сделал фотолабораторию, где, включив красную лампочку, я химичил с растворами.

Мне было интересно наблюдать, как он мастерил. Так всё у него ловко получалось! Иногда что-то объяснял, показывал…

Я видел, как он бережно реставрирует антикварные вещи: чистит бронзу или деревянную поверхность, подновляет краску, паяет металлические детали… Он интересовался всем подряд, а не только чем-то отдельным.

Есть такие коллекционеры, которые, кроме предмета своего собирательства, больше ничего вокруг не замечают. Нет, отец был другим. Он пребывал в каком-то постоянном восторге от жизни! Его интересовала история Казани и республики, поэтому он собирал предметы, которые окружали людей: это могли быть карандаши (самая большая коллекция в стране!), чернильные приборы и писчие принадлежности, подсвечники, монеты, граммофонные пластинки…».

Владимир Чумаков увлекся стариной с детства. В шесть лет он впервые побывал в Центральном музее Татарской АССР (ныне Национальный музей РТ). Тот визит стал для него судьбоносным и определил всю его дальнейшую жизнь.

 «…Обстановка в доме, книги отца и литература из библиотеки соседа по квартире, профессора И. Козлова, рано пробудили интерес к старине, искусству и архитектуре», — рассказывал он о своих увлечениях. В одном из писем собрату-коллекционеру Владимир Владимирович  характеризовал себя так: «Дело в том, что я в душе музейщик. …  Занимаюсь краеведением… Уже тридцать лет занимаюсь фотографией. Снимаю архитектуру (старую) наших маленьких поволжских и прикамских городов. Собираю фото (старые) Казани. Их у меня уже за тысячу (это по работе). Есть у меня и страсти собирательские…».

Источник цитат:

Людмила Похвалинская, журнал «Казань», №8-9, 1997

Заместитель директора по учёту и хранению Национального музея РТ Светлана Измайлова, открывая церемонию открытия выставки, вспомнила, что Владимир Михайлович Дьяконов, руководивший музеем с 1941 по 1978 год, искал людей незаурядных, активных, ярких. Таких, как Чумаков.

Светлана Юрьевна отметила, что экспонаты из коллекций Владимира Владимировича были основой для многих экспозиций. Они есть в постоянной экспозиции главного музея республики, в Доме-музее В.И. Ленина, Литературном музее А.М. Горького (ныне Музей Горького и Шаляпина), в Музее Янки Купалы в Печищах. При его участии были созданы музейная экспозиция в Ленино-Кокушкино и Музей Горького в Красновидово, где по сохранившимся описаниям Чумаков восстановил интерьеры жилых комнат и купеческую лавку.

В 1955 году в фонд Государственного музея ТАССР поступил его первый дар – серия фотографий острова Свияжска. Так началось его сотрудничество с музеем, которое длилось более 30 лет. Он был членом фондовой комиссии, входил в Учёный совет музея. Щедро делился своими знаниями о культурном наследии нашего края с другими, много выступал перед школьниками.

На выставке представлено около 300 предметов — это лишь малая часть чумаковских коллекций. Но даже она даёт возможность узнать ближе человека, который щедро делился своим наследием с другими, подчеркнула  Светлана Юрьевна: «Подбирая предметы на любую выставку, посвященную теме школы либо канцелярской службы, наши хранители говорят: «Ручка и чернильный прибор из коллекции Чумакова». Я просто не помню другой фамилии, которая бы столь часто звучала, когда мы создавали подобные проекты».

При этом все вещи поступали от него в музей уже приведенными в порядок, отремонтированными, отреставрированными. Владимир Владимирович умел переплетать книги, ремонтировать музыкальные механизмы, восстанавливать неработающие лампы.

Директор музея-заповедника «Остров-град Свияжск» Артём Силкин отметил в своем выступлении, что Чумаков прекрасно разбирался в старинных вещах:

«Этот человек, обладавший поистине энциклопедическими знаниями о материальной культуре ушедших эпох, преимущественно дореволюционной, увлеченно собирал, как мы знаем, пуговицы, карандаши, образцы старинных обоев, осветительные и письменные приборы. Сейчас таких людей очень немного – тех, кто глубоко и всесторонне разбирается в материальной культуре не таких уж далеких от нас периодов.

Для меня лично Владимир Чумаков – очень свой человек, особенно в связи с его увлечением Свияжском. Он совмещал жизнелюбие с глубоким профессиональным интересом к фундаментальным вопросам. И хотя Чумаков не застал триумфального включения острова-града Свияжска в список Всемирного наследия ЮНЕСКО, но именно он тот человек, без которого представить себе то, чем стал Свияжск сегодня, невозможно».

Чумаков был влюблён в Свияжск и стал его летописцем. Остров с его старинными храмами занимал особое место в научно-практической работе Чумакова. Впервые он приехал сюда в середине 1950-х годов. В это время остров сохранял первозданный облик. Еще работали на острове психбольница и профтехучилище для несовершеннолетних преступников, еще стояли деревянные домишки, в которых жили старожилы. Чумаков фотографировал не только архитектурные памятники, но и историческую застройку, успев зафиксировать местные пейзажи на фотопленке до образования Куйбышевского водохранилища.

Его фотолетопись Свияжска 1950-1980-х годов — это 15 больших альбомов — помогла не только сохранить остров-град, но и сделать его современным центром паломничества туристов. Об этом говорила на открытии выставки исполнительный директор Республиканского фонда возрождения памятников истории и культуры РТ Зульфия Сунгатуллина. «Он не искал красивые виды, напротив, сознательно показывал бытовавшую на тот период реальную историю. Его честный взгляд сохранил для потомков документальную точность образа острова, и это до сих пор оказывает существенную помощь реставраторам», — сказала она.

Напомнив, что в 2027 году исполнится десять лет, как Успенский собор и монастырь острова-града Свияжска были включены в список Всемирного наследия ЮНЕСКО, Зульфия Сунгатуллина сообщила, что в преддверии этих событий и в дань уважения трудам Чумакова Фонд «Возрождение» совместно с музеем-заповедником «Остров-град Свияжск» объявляют о скором выходе в свет переиздания легендарного альбома, который вышел 55 лет назад. Основу его составили фотографии Владимира Владимировича Чумакова. Эту новость собравшиеся услышали с большой радостью.

Монографию о Свияжске, первое комплексное исследование архитектуры и градостроительного развития острова от основания крепости в 1551 году до XX века,  архитектор Всеволод Остроумов и Владимир Чумаков издали в 1971 году. Книга в формате альбома — издание раритетное, несмотря на репринт 2011 года.

Владимир Владимирович одним из первых сформулировал идею сохранения Свияжска как архитектурного заповедника. Он выступал против нового капитального строительства здесь и видел будущее острова как музея под открытым небом.

Артём Силкин напомнил, что отец Владимира Чумакова тоже был архитектором. В фондах Свияжского музея-заповедника хранится его рисунок, видимо, студенческая работа — эскиз грандиозного здания с колоннами для исторического музея в Казани. Подробнее о В.Н. Чумакове рассказал Сергей Павлович Саначин. Чумаков-старший был коллегой и приятелем его отца, известного архитектора Павла Саначина. Полгода назад Владимира Николаевича вспоминали на заседании историко-архивного клуба «Поисковик» при управлении муниципального архива Казани, посвященном памяти его сына.

У Владимира Николаевича не так много известных проектов. Можно назвать дом на перекрестке улиц Большой Красной и Жуковского, где сейчас работает средняя специальная музыкальная школа при Казанской консерватории. С 1906 года это была знаменитая женская гимназия Лидии Петровны Шумковой, профессиональное училище с начальной школой. После революции 1917 года в здании работала трудовая школа №25, в 1920-х годах одну часть большого дома отдали медицинскому училищу, другую — Дворцу пионеров. В 1934 году здание подверглось масштабной реконструкции: для медучилища по проекту Владимира Николаевича Чумакова были надстроены два этажа. Сергей Саначин назвал еще один адрес: Дзержинского, дом №16, построенный в 1955 году, образец раннего советского ампира.

Сергей Павлович не мог не знать Чумакова-младшего, сначала тот был для него дядей Володей, а потом, когда Саначин-младший поступил в КИСИ (ныне Казанский государственный архитектурно-строительный университет), стал Владимиром Владимировичем. Известный знаток казанской архитектуры сделал Федору Чумакову несколько ценных подарков. Среди них  рукопись первой научной работы его отца, посвященной реставрации храмов острова Свияжска, и записочка от Галины Михайловны Донской, заведующей кафедрой архитектуры КИСИ — коротенькое напоминание о чьей-то защите. Как же сильно время меняет наше отношение к таким вот обыденным вещам, когда рукопись, сохранившая почерк отца, может восприниматься как драгоценный подарок из прошлого.   

С особым интересом на церемонии открытия выставки было воспринято выступление Федора Владимировича Чумакова. Он поблагодарил руководство Национального музея за юбилейную выставку, отметив, что она сделана «по-доброму», поделился воспоминаниями об отце. По профессии он физик, но во многом продолжает дело отца, сотрудничая с Фондом «Возрождение». 

То, что мы можем видеть сейчас в экспозиции, сын Чумакова когда-то видел у себя дома. Отец приносил что-то старое, ржавое, и через какое-то время домашний антиквариат пополнялся еще одним раритетом. Федор Владимирович назвал такие находки «живыми вещами», и, по сути, они такими и являются.

У Владимира Владимировича была мечта — чтобы все его коллекции стали музейными экспонатами, и его наследники эту мечту исполнили.

После официальной части церемонии открытия выставки для гостей провели экскурсию. Она началась у коллекции карандашей. Как архитектор, Владимир Чумаков знал, что хороший карандаш — половина успеха в черчении. На выставке есть карандаши 1920-1930-х годов, редкие экземпляры совместного производства СССР и американской фирмы Hammer, а также карандаши, выпущенные к московской Олимпиаде 1980 года. Рядом — коллекция перьевых ручек, ножей для бумаги, поддужных колокольчиков.

Можно долго рассматривать планшет с пуговицами. В коллекции Чумакова представлены образцы с XVIII до первой половины XX века. Пуговицы с воинских мундиров, с одежды священнослужителей, чиновников, прекрасных дам… Эта коллекция – объект постоянного изучения, особенно специалистов в сфере исторической реконструкции.

Большое место на выставке занимают лампы. Одна из самых интересных — газовая лампа начала XX века, изготовленная в Германии, с шаровидным абажуром. Именно она изображена на календаре, который выпустил сын Чумакова Фёдор. Есть лампы с абажурами в виде тюльпана, с фарфоровыми и металлическими ножками, а также лампа в виде головы демона с лапами.

В витринах — монеты XVIII–XIX веков и денежные знаки разных лет. Среди них — 100-рублёвая ассигнация с портретом Екатерины II, которую в народе называли «Катенькой», и советские червонцы. По чумаковской коллекции можно проследить, как менялись деньги со временем.

Представлена на выставке и коллекция колокольчиков. В центре — валдайский колокольчик с надписью «Кого люблю, того ценю», рядом — колокольчик из Курихи с надписью «Дар Валдая». Есть колокольчики из Чебоксар и Елабуги.

Особый интерес у посетителей вызвали два граммофона начала XX века фирмы «Пишущий Амур». Один продавался в магазине братьев Поломниковых, они были первыми, кто в Казани торговал граммофонами и пластинками. Второй — необычный тумбовый граммофон: его труба спрятана внутри корпуса, а громкость регулируется дверками.  

Посетители увидят в экспозиции рабочий стол исследователя и коллекционера с письменным прибором и лампой под зеленым абажуром. Рядом — альбомы с фотографиями Свияжска 1950-1960-х годов, казанских деревянных домов, которых уж нет…

В витринах — печные изразцы, которые Чумаков собирал во время поездок на остров Свияжск, и миниатюрные иконы из его коллекции.

В экспозиции  представлены фотографии Владимира Чумакова в разные годы, его автобиография и письмо коллекционерам в Киев, где он пишет о своей любви к собирательству. Особое место занимает снимок, на котором Чумаков вместе с профессором Григорием Вульфсоном на заседании Учёного совета музея. Их коллекции сегодня — одни из самых ценных в Национальном музее Татарстана.