Пишем о том, что полезно вам будет
и через месяц, и через год

Цитата

Я угрожала вам письмом из какого-нибудь азиатского селения, теперь исполняю свое слово, теперь я в Азии. В здешнем городе находится двадцать различных народов, которые совершенно несходны между собою.

Письмо Вольтеру Екатерина II,
г. Казань

Хронограф

<< < Апрель 2024 > >>
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30          
  • 1991 – В средствах массовой информации оглашено Заявление Президента СССР и руководителей союзных республик (Заявление «9+1»), в котором шла речь о новой концепции Союза. Республики опять делились по «сортам». Татарстан в очередной раз вошел в число «второсортных» республик

    Подробнее...

Новости от Издательского дома Маковского

Finversia-TV

Погода в Казани

Яндекс.Погода

Елисавета Феодоровна: немецкая принцесса с русской судьбой

10 мая 2017 года в белокаминном зале Музея изобразительных искусств РТ прошла презентация книги Анатолия Елдашева «Как ангел, ты тиха, чиста и совершенна… Великая княгиня Елисавета Феодоровна в Казанском крае».

Книга вышла еще в начале 2016 года в казанском издательстве «Логос», однако известный казанский краевед, доцент Казанской православной духовной семинарии Анатолий Михайлович Елдашев решил презентовать широкой общественности сразу три своих книги. Кроме издания о Елисавете Феодоровне, речь шла о книгах «История Казани в лицах» и «Казанские часовни».

Сегодня мы познакомим своих читателей о результатах исследования, посвященного Великой Княгине Елисавете Федоровне, жене Великого князя Сергея Александровича Романова, свояченицы царствующего монарха Николая II, внучки английской королевы Елизаветы. Это третье, дополненное и исправленное издание. Предыдущие издания увидели свет в 2010 и 2014 годах. К его выходу самое непосредственно отношение имеет Татарстанское отделение Императорского православного палестинского общества. Анатолий Елдашев является его действительным членом.

Татарстанское региональное отделение ИППО находится в  городе Набережные Челны. Председатель -  настоятель церкви свв. бесср. Космы и Дамиана,  протоиерей отец Олег (Богданов).

Книга продолжает серию «Казань православная: Подвижники Духа» и посвящена преподобномученице Великой княгине Елисавете Феодоровне ((20 октября (1 ноября) 1864 – 18 июля 1918), возглавлявшей Императорское православное палестинское общество в 1905-1917 годах. Она заменила на этом посту мужа, когда его убил террорист.

Ее полное имя – Елизавета Александра Луиза Алиса. Домашние звали ее Элла. После принятия православия она стала Елисаветой Феодоровной. Согласно традиции, отчество Феодоровна давали немецким принцессам, выдаваемым замуж в Россию, в честь почитаемой Феодоровской иконы Божией Матери.

Она была дочерью великого герцога Гессенского Людвига IV и великой герцогини Алисы, урождённой принцессы Великобритании и Ирландии.

Старшая сестра Елисаветы Феодоровны  Алиса позже, в ноябре 1894 года стала русской императрицей Александрой Феодоровной, выйдя замуж за русского императора Николая II.

В 1884 году Елисавета Феодоровна вышла замуж за Великого князя Сергея Александровича Романова, брата российского императора Александра III.

В России она в совершенстве овладела русским языком, говорила на нем почти без акцента. Еще исповедуя лютеранство, посещала православные богослужения. В 1888 году вместе с супругом совершила паломничество на Святую землю. По своему положению, она могла остаться лютеранкой, но в 1891 году по своему желанию приняла православие, написав перед этим своему отцу:

«Я всё время думала и читала и молилась Богу – указать мне правильный путь – и пришла к заключению, что только в этой религии я могу найти настоящую и сильную веру в Бога, которую человек должен иметь, чтобы быть хорошим христианином».

После того, как 4 февраля 1905 года от взрыва бомбы эсера И. Каляева погиб её супруг, она решила посвятить свою жизнь Господу через служение людям – больным и бедным. Она выбрала особую форму подвижничества – благотворение. Великая княгиня в 1909 году создала в Москве Марфо-Мариинскую обитель труда, милосердия и молитвы и стала её настоятельницей.

В обители была создана одна из лучших в Москве больница, здесь были амбулатория, бесплатные аптека и столовая, велась широкая благотворительная и миссионерская деятельность.

Здесь уместно напомнить, что Великий князь Сергей Александрович Романов, дядя императора Николая II, бывший генерал-губернатор Москвы, был убит бомбой, брошенной террористом Иваном Каляевым 5 (18) февраля 1905 года. Был погребен в церкви Чудова монастыря. На месте убийства его супруга Елисавета Феодоровна воздвигла памятник-крест, сделанный по проекту художника Васнецова. На памятнике Великая княгиня выразила настроение своей души, начертав евангельские слова Спасителя, сказанные им на кресте: «Отче! прости им, ибо не знают, что делают». Когда усыпальница для Сергея Александровича была готова, туда перенесли его гроб.

Крест был снесён новой властью весной 1918 года. В начале 1985 году во время ремонтных работ на Ивановской площади Московского Кремля рабочие обнаружили хорошо сохранившийся склеп с останками Великого князя. В девяностую годовщину убийства, 18 февраля 1995 года, Святейший Патриарх Алексий II отслужил панихиду в Архангельском соборе Кремля и сказал в проповеди:

«Мы считаем справедливым перенести останки Великого князя Сергея Александровича в Романовскую усыпальницу под собором Новоспасского монастыря. Вознесем же молитву, чтобы Господь упокоил его душу в обителях небесных». 17 сентября 1995 года останки Великого князя были перенесены в Новоспасский монастырь.

Как глава Императорского православного палестинского общества (ИППО), Великая княгиня помогала русским православным паломникам посетить святые места Палестины, Афона и Барии. Елисавета Федоровна и сама много паломничала по России. Во все времена на Руси особой гордостью Царствующего дома было прославление святых подвижников веры. Эта традиция с особой убедительностью проявила себя в последние годы Российской империи. В поисках духовной опоры пред грядущей бедой подвижники духа обращались к поддержке святых.

Тридцать лет Великая княгиня Елисавета Феодоровна активно участвовала в поездках, связанных с канонизацией святых, путешествиях обетного характера, в паломничестве в царские и ставропигиальные монастыри. Она объездила всю страну – от Соловецких островов до Белгорода, от Риги и Почаевской Лавры до Верхотурья. В этих поездках она укреплялась духом, словно готовилась к своему трагическому предназначению.

Великая княгиня в Казанском крае

Неоднократно Великая княгиня посещала и Казанскую губернию. В 1910-1913 годах она принимала активное участие в строительстве и освящении храма-часовни на месте обретения Казанской иконы Божией Матери. Мысль о построении храма и часовни на месте явления чудотворной иконы возникла при первом ее посещении Казани 13 июля 1910 года. Великая княгиня посетила тогда настоятельницу обители игумению Варвару в её покоях. Здесь ей показали золотошвейные и рукодельные работы сестёр-мастериц. С заметным огорчением она перебирала в руках те немногие уцелевшие драгоценности, которые уцелели после кражи иконы Божией Матери в июне 1904 года.

Перед своим отъездом из обители она изъявила желание побывать на месте явления святой чудотворной иконы Божией Матери, которое находилось под алтарем главного монастырского храма. Великая княгиня спустилась в нижний (подвальный) этаж собора, долго молилась там, а потом выразила сожаление, что такое святое место находится в запущенном состоянии.

Игумения монастыря Варвара предложила Елисавете Феодоровне устроить на месте явления чудотворной Казанской иконы Божией Матери часовню в память приближающегося трехсотлетия царствования дома Романовых на русском престоле, предложив гостье принять под своё покровительство ход строительства часовни. Великая княгиня изъявила полное свое согласие и радость послужить этому святому делу.

11 декабря 1910 года Казанская Богородичная женская обитель получила Указ Святейшего Синода от 27 ноября на имя Архиепископа Казанского и Свияжского Никанора, в котором извещалось, что Император дал согласие на принятие Великой княгиней Елисаветой Феодоровной звания попечительницы сей часовни. В своём письме от 16 декабря 1910 года на имя Преосвященного Алексея, ректора Казанской Духовной академии, управляющего Казанской епархии, Великая княгиня писала:

«Глубоко счастлива, что Господь сподобляет меня принять участие в святом деле сооружения часовни на месте явления чудотворной Казанской иконы Божией Матери. На днях вышлю вам, Владыко, план маленького храма-часовни, который разработан архитектором академиком Щусевым, строителем моего храма в обители. Со своей стороны, я желала бы прислать все иконы и соорудить сень над царскими вратами, в которой будет вставлена чудотворная икона. Весь храм будет напоминать древние катакомбы, а отчасти и усыпальницу Великого князя Сергея Александровича».

Алексей Викторович Щусев (1873-1949) – известный советский архитектор, академик Академии наук СССР (1943). В своем творчестве не раз обращался к традициям древнерусского зодчества. По проектам Щусева построены Казанский вокзал в Москве, 1914 – 1926, 1941, Мавзолей В.И.Ленина (1924 -1930), гостиница «Москва» (1932-1938, с соавторами), он участвовал в разработке плана реконструкции Москвы (1918-1925). Щусев также является автором проекта часовни, заложенной 11 июля 1913 года на высоком правом берегу Волги у Романовского моста. Когда подъезжаешь к Волге по железной дороге из Москвы, то ее хорошо видно, хотя сооружение находится далеко. Не так давно часовню отреставрировали.

В феврале 1911 года Елисавета Феодоровна отправила в Казанский монастырь модель храма. Для ознакомления на месте с проектом в Казань приезжал секретарь ее высочества В.В. Фон-Мекк, который привёз и эскиз иконостаса, выполненный архитектором Щусевым. Будучи и сам художником, Фон-Мекк на месте сделал необходимые архитектурные наброски.

Вскоре после его отъезда в Москву была приглашена игумения Варвара вместе с инженером П.П.Голышевым. С Елисаветой Феодоровной они окончательно приняли проект устройства церкви и часовни. Этот проект затем был исправлен в строительном отделении казанского губернского правления и утверждён 21 июля 1911 года.

30 июля 1911 года, в день рождения наследника престола цесаревича Алексея, в нижнем (подвальном) этаже летнего собора был совершён чин основания храма-часовни во имя Рождества Пресвятой Богородицы на месте явления чудотворной Казанской иконы Божией Матери. Чин совершали благочинный монастыря архимандрит Варсонофий, настоятель монастырского собора, протоиерей Александр Зеленецкий, профессор Казанской Духовной академии и университета иеромонах Анастасий, диакон Панкратьев, в присутствии настоятельницы монастыря игумении Варвары, старших монахинь и сестёр обители.

По совершении чина Великой княгине была послана телеграмма. На другой день игуменией Варварой был получен ответ:

«Да поможет нам Господь трудиться во славу его пречистой Матери и да даст он силы и пошлёт благословение всем принимавшим участие в построении храма-часовни. Молитвенно соединяюсь с Вами, архимандритом Варсонофием, протоиереем Зеленецким и иеромонахом Анастасием. Прошу Ваших святых молитв. Елисавета».

31 июля 1911 года под руководством инженера П.П. Голышева началось возведение храма-часовни. В подземелье обустроили лестницу, для иконостаса возвели кирпичную стенку, зацементировали полы, оштукатурили стены и своды, поставили две печи для притока наружного воздуха, покрасили стены и полы. К весне 1913 года благоустроительные работы в основном были завершены. И все благочестивые жители города и насельницы Казанского монастыря с нетерпением стали ожидать день освящения храма-часовни, который должна была назначить Великая княгиня. Ею была выбрана суббота на пасхальной неделе, 20 апреля.

Длинный, широкий, подвальный этаж соборного монастырского храма за два года совершенно изменился. На протяжении всего XIX века это место служило для погребения умерших лиц не только иноческого чина, но и воинского звания, на что указывали кости похороненных здесь людей и полуистлевшие останки одеяний. Все найденные здесь черепа и кости были бережно и благоговейно собраны в одно место, окроплены святой водой и погребены с восточной стороны часовни, над ними была совершена панихида.

На самом месте явления чудотворной Казанской иконы Божией Матери была устроена богато убранная сень, в которой была установлена икона. Перед ней находилась серебряная лампада с украшениями из жемчуга и драгоценных камней, пожертвованная самой Великой княгиней ещё в первый её приезд в монастырь. Внутри сени находилась еще одна ажурной работы драгоценная лампада, украшенная изумрудом, эмалью и тремя государственными гербами, подаренная самой императрицей Александрой Феодоровной. Одна серебряно-вызолоченная лампада была пожертвована инженером П. Голышевым, другая – неизвестным жертвователем.

Сень была обита басмой и расписана в древнерусском стиле. Иконостас и сень были изготовлены в Москве у мастера Силина, который сам и собирал их на месте. Все иконы осматривала в Москве Великая княгиня, которая и одобрила их установку. Росписи потолка и стены часовни производились сестрами монастыря по эскизам, присланным из Москвы Великой княгиней. Местная икона Нерукотворного образа Спасителя была написана по образцу, находившемуся в Кремлевской часовне Казани.

Великая княгиня прибыла скорым поездом в Казань днём 19 апреля 1913 года. На железнодорожном вокзале она была торжественно встречена городскими властями и массой народа. После посещения кафедрального Благовещенского собора и Спасо-Преображенского монастыря в Кремле она прибыла в Казанско-Богородицкий монастырь, где была с радостью встречена настоятельницей обители игуменией Варварой, казначеей монахиней Анатолией, благочинной монахиней Евгенией со старшими сестрами, при большом стечении народа.

В субботу, 20 апреля, прошло освящение храма-часовни на месте явления чудотворной Казанской иконы Божией Матери, потом прошел крестный ход, состоялся торжественный обед с участием духовенства и почётных гостей, среди которых были командующий войсками Казанского округа, генерал от инфантерии, барон А.Е. Зальц, начальник губернии, камергер, действительный статский советник М.В. Стрижевский, попечитель Казанского учебного округа, действительный статский советник Кульчицкий, вице-губернатор Г.Б. Петкевич.

После обеда Великая княгиня в сопровождении губернатора и полицмейстера побывала в Императорской Духовной академии, где в храме было отслужено пасхальное молебное пение о здравии императора и всего царствующего дома. Ей была представлена академическая профессорская корпорация. Ей были поднесены артос, просфора, икона св. архистратига Божия Михаила и сборник статей в память 300-летняго Царствования Благословенного Дома Романовых (мартовская книжка Православного собеседника 1913 г.). Великая Княгиня была приглашена в академическую библиотеку, в которой ректор показал ей редкие издания и некоторые рукописи Соловецкой библиотеки. Гостья расписалась в книге почетных посетителей. Она была удостоена звания почетного профессора академии.

В этот приезд Великая княгиня побывала в Свято-Введенском Кизическом монастыре, посетила Свияжск для поклонения святыням местных монастырей: Свято-Успенского мужского и Иоанно-Предтеченского женского. Анатолий Елдашев уточняет, что Елисавета Феодоровна  всё время своего пребывания в Казани была одета в белое монашеское одеяние.

Летом 1914 года, незадолго до начала Первой мировой войны, Елисавета Феодоровна в очередной раз посетила наш край вместе с сестрой, принцессой Викторией Баттенбергской и ее дочерью, принцессой Луизой. Они побывали в Казанско-Богородицком монастыре и Раифской пустыни. Затем поехали в Пермь, Белогорье и Верхотурье. Сегодня о Великой княгине Елисавете Феодоровне напоминает скульптура, установленная перед входом в Детский корпус Раифского мужского монастыря. Она выполнена послушниками святой обители.

Анатолий Елдашев утверждает в своей книге, что Великая княгиня останавливалась в Казани и в июле 1914 года, во время плавания по Волге и Каме в границах бывшей Казанской губернии. Он отмечает, что среди дореволюционных и современных историков и краеведов, изучающих пребывание Великой княгини Елисаветы Феодоровны в Казанском крае в 1910-1914 годах, полностью выпало исследование ее плавания по Волге и Каме на пароходе «Межень». А ведь Высокая паломница трижды проплыла Казанскую губернию от Козьмодемьянска до Соколок (место впадения Вятки в Каму).

Сакральные рейсы «Межени» стали центром молитвенного притяжения во время паломнических поездок Великой княгини Елисаветы Феодоровны в 1910 году в Николо-Березовский женский монастырь Уфимской епархии и в 1914 году - через Николо-Березовку в Пермский край, и только телеграмма о начавшейся войне с Германией не позволила ей доехать до запланированного конечного пункта – Алапаевска, которому суждено было сыграть в ее жизни трагическую роль.

С 1902 года Великая княгиня получала духовное окормление у старца Гавриила в Седмиозерной пустыни, а затем – в Спасо-Елеазаровом монастыре, под Псковом, где он служил после отъезда из Казанской губернии.

В своей жизни она опиралась на авторитет многих духовных наставников – святого праведного Иоанна Кронштадтского и Великого князя Сергея Александровича, старца Алексия Зосимовского и отца Митрофана (Сребрянского), епископов Трифона (Туркестанова) и Анастасия (Грибановского). 26 мая 1893 года скончался духовный отец Великой княгини настоятель храма св. Александра Невского при доме московского генерал-губернатора, священник отец Мефодий (Смирнов), спустя 17 лет ее духовником стал преподобный старец Гавриил Седмиозерный (Зырянов).

Преподобный Гавриил происходил из крестьян Пермской губернии. В течение 10 лет он являлся послушником в знаменитой Оптиной пустыни, духовным чадом преподобного Амвросия Оптинского. В Москве он принял постриг с именем Тихон, затем по указанию оптинских старцев, покинул Москву и направился в Раифу, а затем – в Седмиозерную пустынь, в которой жил в 1883 по 1908 год. В 1894 году принял схиму, в 1900 году по настоянию правящего архиерея был назначен наместником пустыни. Усердием старца Гавриила был отстроен в 1898-1899 годах новый двухэтажный храм во имя преподобного Евфимия Великого и святителя Тихона Задонского для неусыпного чтения Псалтири по усопшим.

В конце XIX – начале XX века преподобный Гавриил был одним из авторитетнейших русских старцев. В 1908-1915 годах он проживал на покое в Спасо-Елеазаровом монастыре.

Великая княгиня долгое время о старце Гаврииле не знала. Она до 1910 года не была в Казани и в Седмиозерной пустыни. Его имя начинает упоминаться в ее письмах только с 1909 года. По мнению Анатолия Елдашева, она могла узнать о нем от настоятельницы Казанско-Богородицкого монастыря игумении Варвары. По всей Руси разнеслась тогда слава о прозорливом молитвеннике и утешителе из Казани. В день старец принимал до 150 человек.

Духовное сближение Великой княгини со схимоархимандритом Гавриилом произошло тогда, когда старец был переведен в Спасо-Елеазарову пустынь. Она впервые посетила старца в этой обители 5-7 августа 1910 года. Он, в свою очередь, навещал устроенную ею Марфо-Мариинскую обитель милосердия, где лечился, подкреплялся физически и наставлял сестер обители.

Когда старец из-за слабости уже не мог служить в монастырском храме, на средства Великой княгини в Спасо-Елеазаровой пустыни,  около его кельи, была устроена маленькая домовая церковь. Она не только пожертвовала солидную сумму денег на строительство храма, но и послала туда подсвечники, покров для жертвенника и престола и облачение для о. Гавриила. Иконы для иконостаса были выполнены по ее идее и под ее руководством. Домовая церковь была освящена 7 августа 1910 года епископом Иннокентием (Ястребовым), воспитанником Казанской Духовной академии.

Многотрудная жизнь старца уже подходила к концу, и в 1915 году он совершенно неожиданно для всех вернулся в Казань с ясным сознанием своей близкой кончины: «Поеду в Казань – и там умру!». 27 августа он прибыл в Казань. Месяц длилось его последнее предсмертное пребывание в нашем городе. Он простился со своими духовными учениками, преподал им последние наставления и благословения. Многим из посещавших его в те дни духовных чад из бывших академических воспитанников выпала судьба стать впоследствии архиереями Русской Православной Церкви и быть гонимыми во времена советской власти.

Наступили последние дни земной жизни старца Гавриила, сопровождавшиеся тяжелой болезнью. Последнее причастие он принял из рук своего духовного сына – иеромонаха Ионы (Покровского). Его последними словами были: «Спастися подобает многими скорбями». Подвижник Христовой веры упокоился в академическом флигеле в ночь на 24 сентября 1915 года. Прощание с почившим старцем прошло при огромном стечении народа. Со всех сторон во множестве прибывали православные ко гробу угодника Божия. Отпевали старца в академической церкви во имя Архангела Михаила четверо архиереев, в сослужении архимандритов, иеромонахов и более чем двадцати священнослужителей из числа его духовных чад.

На отпевание приехала и Великая княгиня Елисавета Феодоровна с казначеей Марфо-Мариинской обители милосердия В.С. Гордеевой. Затем траурная процессия пешком направилась в Седмиозерную Богородичную пустынь, путь до которой занял целый световой день. Торжественно, с великим почетом встречала братия обители своего бывшего настоятеля. После великой панихиды в главном соборе монастыря старец был погребен под храмом преподобного Евфимия Великого, строителем которого он был.

Великая княгиня приехала в Казань по железной дороге. Маршрут её пребывания предусматривал литургию в академическом храме, посещение Казанского Богородицкого женского и  Спасо-Преображенского мужского монастырей, встречу тела почившего и литию на Ивановской площади. Заночевала она в гостинице Казанско-Богородицкого монастыря.

29 сентября, во вторник, отслужили Литургию и панихиду в «пещерке» Спасо-Преображенского монастыря. Гостья посетила центральный лазарет имени Великой княгини Елисаветы Феодоровны, земский лазарет в Дворянском собрании, купеческий лазарет, городской лазарет в Шамовской больнице, университетский лазарет.

Дорогие подарки для инвалида войны от Великой княгини

Анатолий Елдашев рассказал в своей книге историю двух уникальных фотографий 1905 года, которые ему подарила Валентина Васильевна Кременская, ныне проживающая в Казани. Фотографии долгое время находились в их семье.

В 1904-1905 годах царская Россия воевала с Японией. С началом русско-японской войны Елизавета Фёдоровна организовала Особый комитет помощи воинам, при котором в Большом Кремлевском дворце был создан склад пожертвований в пользу воинов: там заготавливали бинты, шили одежду, собирали посылки, формировали походные церкви.

На дальневосточном театре военных действий воевали и уроженцы нашего края. Один из них, Михаил Михайлович Волков, крестьянин села Новоспасское Мензелинского уезда Уфимской губернии (ныне Заинский район, Республика Татарстан), получил увечье и оказался в необычном госпитале. Его организовала Великая княгиня, сама перенесшая трагедию,  в усадьбе супруга Великого князя Сергея Александровича в селе Ильинское, летом 1905 года. Вот как об этом периоде вспоминала Мария Павловна, племянница Сергея Александровича:

«…Траур не помешал нам поехать в Ильинское в начале лета. В имении тётя (Елисавета Феодоровна) организовала госпиталь для раненных, который был для неё большим утешением, и большую часть своего времени она проводила там, вникая в мельчайшие детали…Во время пребывания в Ильинском, моя бабушка, греческая королева Ольга увлечённо помогала тёте, работавшей среди раненных в госпитале…».

На излечении в госпитале находилось более двадцати солдат. Каждого вылечила, после лазарета одарила деньгами, настенными часами. Как вспоминает Валентина Васильевна Кременская, Великая княгиня одарила солдат и посудой, хрусталём, позолоченными ложками. Каждому, ввиду его инвалидности, подарила еще вязальную машинку, которая могла помочь заработать на жизнь. Многие подарки в голодные 1920-годы семья обменяла на еду. 

Михаил Волков провел на излечении четыре года и вернулся домой только в 1909-м. По селу передвигался в инвалидной коляске, которую также подарила княгиня. Поменял вязальную машину на швейную. Этим и жил. Накопив сбережения, построил солидный дом на высоком фундаменте, двор подвел под крышу, обзавелся хозяйством, стал выращивать скотину. Умер в 1923 году. Похоронен на сельском погосте. Могила сохранилась.

С каждым инвалидом Великая княгиня сфотографировалась. Было сделано также групповое фото выздоравливающих. Кроме того она подарила всем и своё фото. Оно, к сожалению, не сохранилось – как рассказала Валентина Васильевна, внуки проникли в сундук и его порвали.

Хоть и с понятной опаской, но в семье трепетно относились к памяти своего деда, к памяти Великой княгини, которая его излечила. Фотографии по праздникам ставились на видное место, на Пасху Христову извлекали и яичко, подаренное княгиней.

На фронт Волкова мобилизовали в 36 лет. Он с 1868 года рождения, всего на четыре года младше Елисаветы Феодоровны, можно сказать, они ровесники, представители одного поколения. Но у него уже было четверо детей: Капитолина (1890-1965), Иван (1892-1917, погиб в Первую мировую войну), Анфиса (1901-1943, умерла от голода) и Гермоген (1903-1942, увечный, израненный лошадью). Приходится удивляться, как уже возрастного крестьянина, имеющего четверых детей, в том числе и малолетних, мобилизовали из далекого от фронта боевых действий Казанского военного округа.

После его выздоровления, в 1909 году, родилась последняя его дочь Екатерина, мама Валентины Васильевны, в семье которой и сохранилась память о Великой княгине – благотворительнице.

Анатолий Елдашев провел исследование группового фото, на котором двадцать человек. Крайняя справа – Великая княгиня Ольга Константиновна Романова (1851-1926), ей здесь 54 года, она старше Елисаветы Феодоровны на 13 лет. Ольга Константиновна особенно сблизилась с Елисаветой Феодоровной в этот тяжелый период ее жизни и помогала в налаживании и обустройстве госпиталя.

Ольга Константиновна -  внучка Николая I, старшая сестра Великого князя Константина Константиновича Романова (1858-1915). Константин Константинович, к счастью, не дожил до трагедии 1918 года, когда под Алапаевском в шахту «Межная» живьем с Елисаветой Феодоровной были сброшены его сыновья Иоанн, Константин и Игорь. В сентябре 1914 года он тяжело пережил смерть сына Олега, героя мировой войны.

Как выявил Анатолий Елдашев, Великий князь Константин Константинович три раза был в Казани. 13 апреля 1901 года он посетил Казанско-Богородицкий женский монастырь. Приложился в соборе к Казанской иконе Божией Матери, принял из рук настоятельницы святой обители игумении Серафимы список с чудотворного образа, работу сестер монастыря. Весной 1904 года, 8 марта, он был на службе в кафедральном Благовещенском соборе. В начале 1915 года, как генерал-инспектор военно-учебных заведений, посетил Казань с инспекторской проверкой.

За плечом Ольги Константиновны стоит мальчик в матросской форме – это Дмитрий Павлович (1891-1942), будущий участник убийства Григория Распутина. Ему здесь 14 лет. Его мать, принцесса Александра, жена Павла Александровича, брата Сергея Александровича, умерла при родах в 1891 году. Поэтому Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна, не имея собственных детей, взяли на попечение Дмитрия и его старшую сестру Марию.

Мария Павловна (1890-1958) тоже есть на фотографии. Она стоит в центре в элегантной шляпке. Ее Елисавета Феодоровна выдаст замуж через три года за шведского принца Вильгельма. Шестой справа, в шляпе – Христофор (1888-1940), сын Ольги Константиновны. Ему здесь 17 лет.

Михаил Михайлович Волков на фотографии – в коляске, пятый справа, рядом с Христофором.

Сама Великая княгиня Елисавета Феодоровна скромно и как-то незаметно стоит на фото слева. Тонкие черты изможденного усталого лица, глаза, полные печали, говорят о том большом горе, которое переживает еще молодая женщина (ей всего 41 год), потерявшая недавно (4 февраля) своего любимого супруга. Тёмная одежда свидетельствует о трауре, который она носила глубоко в сердце.

Дату групповой фотографии можно определить, как конец июня – начало июля 1905 года. С 15 по 26 июля Елисавета Феодоровна вместе с Марией и Павлом уезжала в Гатчину на именины вдовствующей императрицы Марии Феодоровны (именины 21 июля). 6 июля были именины ее покойного супруга Великого князя Сергея Александровича.

Столько нахлынуло воспоминаний о пережитом. В ночь с 5 на 6 июля в письме Марии Феодоровне она так и пишет: «В этом месте я вновь переживаю своё счастливое, дорогое сердцу прошлое – увы, его нельзя прожить ещё раз».

Август также отпадает, так как Ольга Константиновна с сыном уже не жили в Ильинском.

В годы первой мировой войны трудов у Великой княгини прибавилось: необходимо было ухаживать за ранеными в лазаретах.

Первое время после октябрьской революции Марфо-Мариинскую обитель не трогали. Напротив, сестрам оказывали уважение, два раза в неделю к обители подъезжал грузовик с продовольствием: черный хлеб, вяленая рыба, овощи, немного жиров и сахара. Из медикаментов выдавали в ограниченном количестве перевязочный материал и лекарства первой необходимости.

Германское правительство, заключив с Россией Брест-Литовский мир, добился согласия советской власти на выезд  Елисаветы Феодоровны за границу. Посол Германии граф Мирбах дважды пытался увидеться с ней, но она не приняла его и категорически отказалась уехать из России. Она говорила: «Я никому ничего дурного не сделала. Буди воля Господня!»

В начале 1918 года, кроме членов императорской семьи, были арестованы многие их родственники. Черёд Великой княгини пришел на третий день Пасхи, в праздник Иверской иконы Божией Матери. В момент ареста вместе с Елисаветой Феодоровной разрешили ехать только инокиням Варваре (Яковлевой) и Екатерине (Янышевой). Великую княгиню повезли в Пермь, где ее вместе со спутницами поместили в женском монастыре. Потом их путь был в Алапаевск, куда они прибыли 20 мая 1918 года и соединились с другими арестованными.

Смертников разбудили в ночь на 18 июля – день памяти преподобного Сергия Радонежского, день ангела убитого террористами супруга Елисаветы Феодоровны - Великого князя Сергея Александровича. Заключенных посадили в телеги, повезли дорогой на деревню Синячиху. Нужный чекистам заброшенный рудник был в восемнадцати километрах от Алапаевска. В нем для расправы палачи наметили шахту Нижнюю Селимскую в 60 метров глубиной. Из стен этой пропасти торчали полусгнившие бревна, а на дне стояла глубокая вода.

В шахту старого рудника были сброшены, кроме Елисаветы Феодоровны и верной Варвары, Великий князь Сергей Михайлович, младший сын Великого князя Михаила Николаевича, брата Императора Александра II, его секретарь – Феодор Михайлович Ремез, три брата – Иоанн, Константин и Игорь, сыновья великого князя Константина Константиновича, и князь Владимир Палей, сын Великого князя Павла Александровича.

В сентябре 1918 года Алапаевск заняли белые. Останки убитых извлекли из шахты. На груди Елисаветы Феодоровны обнаружили иконку Спаса Нерукотворного с надписью: «Вербная суббота, 13 апреля 1891 г.» - дар Александра III в день ее перехода в православие. 18 (31) октября тела страдальцев обмыли, одели в белые саваны, положили в деревянные гробы и поставили в кладбищенской церкви Алапаевска, где служились панихиды. На следующий день гробы перенесли в Свято-Троицкий собор, отслужили заупокойную Литургию, а вслед за ней – отпевание. Гробы были поставлены в склепе собора, с правой стороны от алтаря. Но недолго покоились здесь их тела. Красная армия наступала, и необходимо было перевезти их в более безопасное место. Занялся этим отец Серафим (Кузнецов), игумен Алексеевского скита Пермской епархии, друг и духовник Великой княгини.

Отец Серафим был известен в монархических кругах дореволюционной России. Написанная им в смутные годы первой русской революции работа «Призыв к укреплению Веры, Царя и Отечества» получила одобрение императорской семьи.

В 1909 году он был представлен Великой княгине Елисавете Феодоровне как знаток уставной жизни монашеских обителей. А 8 декабря 1910 года получил аудиенцию у Императора Николая II. В годы мировой войны он часто останавливался в Марфо-Мариинской обители, где вел долгие беседы с Елисаветой Феодоровной. Последняя их встреча произошла весной 1917 года. Он приглашал ее поехать с ним в Алапаевск, где, по его словам, были надежные люди в скитах, которые сумеют укрыть и сохранить ее. Елисавета Феодоровна отказалась скрываться, но добавила в конце беседы:  «Если меня убьют, то прошу вас, похороните меня по-христиански». Слова эти оказались пророческими.

Игумен Серафим получил разрешение от адмирала Колчака перевезти тела в Читу. Атаман Семенов выделил для этого вагон и дал пропуск. 1 (14) июля 1919 года восемь алапаевских гробов направились к Чите, где их привезли в Покровский женский монастырь. Монахини обмыли тела страстотерпцев и облачили Великую княгиню и инокиню Варвару в монашеское одеяние. Отец Серафим с послушниками сняли доски пола в одной из келий, выкопали там могилу и поставили все восемь гробов, засыпав их небольшим слоем земли. И сам остался В этой келье жить и охранять тела страдальцев.

В Чите гробы находились шесть месяцев. Красная Армия снова наступала, и останки новомучеников необходимо было увозить уже за пределы России. 26 февраля 1920 года гробы отправили в Русскую духовную миссию в Пекине. В апреле 1920 года они прибыли в Пекин, где их поместили в склеп на кладбище Русской Духовной миссии. Сразу для упокоения мучеников начали сооружать новый склеп у храма св. преподобного Серафима Саровского. В него позже перенесли шесть гробов – Великого князя Сергея Михайловича, братьев-князей Константиновичей Иоанна, Константина и Игоря, князя Владимира Палея, Федора Ремеза.

В ноябре того же года по желанию сестры Великой княгини, принцессы Виктории Баттенбергской, останки Елисаветы Феодоровны и инокини Варвары были отправлены в Иерусалим через Китай, а оттуда морем, через Суэцкий канал, в Египет (г. Порт-Саид). Сопровождал их игумен Серафим.

Всю оставшуюся жизнь игумен Серафим провёл на Святой Земле. Патриарх Иерусалимский Дамиан взял его под своё покровительство и благословил построить на территории собственной резиденции небольшую келью. Скончался белогорский подвижник 7 марта 1959 года.

28 января 1921 года останки были торжественно встречены в Иерусалиме греческим и русским духовенством, принцессой Викторией, многочисленной русской колонией, местными жителями и русскими паломниками. 30 января Иерусалимский Патриарх Дамиан совершил панихиду и погребение останков Великой княгини и инокини Варвары в церкви св. Марии Магдалины в Гефсимании. Тем самым было исполнено желание самой Великой княгини быть похороненной на Святой земле. В 1888 году Елисавета Феодоровна присутствовала здесь при освящении храма Марии Магдалины со своим супругом - Великим князем Сергеем Александровичем, основателем Императорского православного палестинского общества, и полюбила это место.

Храм во имя св. Марии Магдалины в Гефсиманском саду на Святой Земле был построен Императором Александром III в память его матери Императрицы Марии Александровны. Это образец русской архитектуры московского стиля. Церковь увенчана семью луковичными куполами. Внутри ее находится иконостас изящной работы из белого мрамора с орнаментом темной бронзы. Иконы в нем кисти художника Верещагина, пол в храме из разноцветного мрамора.

Гробы Великой княгини и инокини Варвары установили в усыпальнице храма св. Марии Магдалины – помещение под его нижними сводами. Чтобы особо почтить память новомучениц, в 1982 году было решено торжественно перенести их мощи из склепа в сам храм. Выбрали для этого 1 и 2 мая – дни празднования Святых Жен Мироносиц.

В 1981 году Собор архиереев Зарубежной Русской Православной Церкви постановил причислить к лику святых всех пострадавших от безбожников в России мучеников и исповедников православной веры. За несколько месяцев до торжества канонизации в Гефсиманском храме вскрыли гробницы Великой княгини и инокини Варвары. Когда открыли гроб с телом Елисаветы Феодоровны, помещение наполнилось необычайным ароматом: как пишется во всех публикациях - «сильным запахом как бы меда и жасмина». У Великой княгини хорошо сохранились ноги, даже мозг  не истлел. У Варвары была цела голова.

Архиерейский Собор Русской Православной Церкви в 1992 году причислил Великую княгиню Елисавету Феодоровну к лику святых, установив ее память в день кончины преподобномученицы – 5 (18) июля. 8 июня 2009 года Генеральная прокуратура России посмертно реабилитировала Елисавету Феодоровну.

Анатолий Елдашев приводит в своей книге стихотворение, которое посвятил княгине известный российский поэт Константин Романов, подчеркнув особую любовь и уважение к Елисавете Феодоровне:

Я на тебя гляжу, любуясь ежечасно:

Ты так невыразимо хороша!

О, верно, под такой наружностью прекрасной

Такая же прекрасная душа!

Какой-то кротости и грусти сокровенной

В твоих очах таится глубина;

Как ангел, ты тиха, чиста и совершенна;

Как женщина, стыдлива и нежна.

Пусть на земле ничто средь зол и скорби многой

Твою не запятнает чистоту,

И всякий, увидав тебя, прославит Бога,

Создавшего такую красоту!

Село Ильинское, 24 сентября 1884 года

Константин Романов (К.Р.) – это был литературный псевдоним Великого князя Константина Константиновича Романова (1858-1915), племянника Александра II и двоюродного брата Александра III. Даровитый поэт, переводчик, драматург, он хотя и не пользовался при жизни широкой популярностью, но был оценен А.Н.Майковым, Я.П.Полонским, П.И.Чайковским. Романсы на его стихи звучат и по сей день.

Елисавета Феодоровна и в самом деле была красавицей. Сохранилось много ее фотографий в богатых одеждах. Но очень часто такие снимки размещаются рядом с другими фотографиями, где она - в монашеских одеждах.

В одной из интернет-публикаций ее назвали немецкой принцессой с русской судьбой. Она разделила с Россией ее самые трудные времена. Не уехала домой, в Германию, хотя не раз была такая возможность. Не спряталась где-нибудь в надежде, что ее забудут в эти смутные времена.

Она служила новой Родине до самого смертного часа. И на пороге своей смерти не проклинала палачей, как в свое время пожалела убийцу мужа. Ее последними словами были: «Господи, прости им! Не знают, что творят!».

Книгу Анатолия Елдашева и другие публикации о Великой княгине

Елисавете Феодоровне читала Любовь Агеева.

 

http://www.tatmitropolia.ru/newses/almetnews/?id=60727

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить