«Мы всегда стараемся сегодня работать лучше, чем вчера»

Любовь АГЕЕВА

17 февраля 2015 года

Наш собеседник – известный казанский музыкант и педагог  Эдуард Туманский, художественный руководитель клезмерского ансамбля «Симха».

В 2014 году у нас было несколько поводов для беседы. Сначала 20-летний юбилей праздновал клезмерский ансамбль «Симха», которым он руководит с 2001 года, потом был очередной, уже четвертый по счету Международный фестиваль еврейской музыки, наконец, 12 ноября Эдуард Туманский пригласил поклонников оперного и эстрадного искусства на свой сольный концерт в Татарский театр оперы и балета имени М. Джалиля. И «Казанские истории» об этом концерте написали.

О желании взять интервью мы сообщили ему в ноябре прошлого года, но поговорить удалось перед самым Новым годом. Готов материал только сегодня, в феврале. Тем не менее мы решили сохранить прежние вопросы. Эдуард Михайлович в данном случае интересует нас как один из организаторов культурного пространства, а именно они в Год культуры были нашими собеседниками.

Итак, с Эдуардом Туманским беседует Любовь Агеева.

У меня вообще вся жизнь – в культуре

– Первый вопрос, который я задавала всем своим собеседникам: что вы вкладывали в понятие «Год культуры»? На ваш взгляд, в Казани он был успешным?

– Дело в том, что у меня вообще вся жизнь – в культуре. У меня нет кампании – сегодня – Год культуры, завтра другой какой-то год.

– Сейчас у нас Год литературы…

– И поэтому у меня каждый год – он год культуры.

Эдуард Моисеевич Туманский родился 5 ноября 1949 года. Выпускник Казанского авиационного института.

Окончил Казанскую консерваторию в 1985 году (кл. В.Воронова). В Казанской консерватории – в 1986-1990 и с 2001 г.: специальный класс сольного пения. С 2009 г. – доцент.

В 1977-1983 – солист Татарской филармонии, с 1994 – солист, режиссер-постановщик, художественный руководитель (с 2002) клезмерского театрально-концертного ансамбля «Симха». Ведет активную концертную деятельность, выступает в России и за рубежом. Лауреат международного конкурса имени Михоэлса (Москва, 2000).

– Организаторы таких крупных социальных акций, я думаю, предполагают, что Год культуры жить культурой будут не только артисты, музыканты, организаторы культурной жизни, но и все, включая чиновников, депутатов.

Сегодня уже можно сказать, что в какой-то степени это удалось. Дополнительное финансирование отрасли составило 45 процентов бюджета 2014 года. Это колоссальная поддержка!

Каким-то образом вы почувствовали, что жили в Год культуры?

– Я не почувствовал чего-то особенного. У нас была обычная работа, зрители те же самые. Может быть, кто-то почувствовал, у них, может быть, было больше денег, кто-то новоселье справил, какие-то льготы получил. А у нас была обычная жизнь, работа. Как работали до Года культуры, так будем работать и после него.

Правда, мы всегда стараемся сегодня работать лучше, чем вчера. Но это совсем другой разговор.

В Год литературы так же будем продолжать работать, так же будем нести культуру. Будем делать то же самое, что делаем всегда, и будем стараться, чтобы это было лучше, чем вчера.

Я вообще против кампанейщины – год такой или год такой… Внимание к культуре должно быть постоянным. Так же, как к литературе.

– Наверное, вы видели сюжет по телевидению – Владимир Путин сказал на очередном заседании Госсовета при президенте, что культура у нас теперь будет всегда в поле зрения. Не по остаточному принципу, а так, как экономика, как политика. Ведь сегодня многие осознали, что низкий уровень культуры так же опасен, как низкий уровень экономики.

– Я думаю, что культура живет вне политики и вне всяких вещей, которые творятся вокруг них. Человек написал новую книгу... Книги писались и при царе-батюшке, и при коммунистах, и сейчас. И как бы ни гнали Солженицына, все-таки он стал великим русским писателем. Кто-то уезжал из России и русскую литературу продолжал там. То же самое с музыкой.

Мне кажется, власть может просто помочь, если она хочет помогать. Если будут помогать культуре, то это хорошо. Я – за.

А культура – она существует помимо этого всего. Если человек поет, то он будет петь. Независимо от того, скажет президент: пой – будет продолжать; скажет – не пой – все равно будет петь. Если ему рот не закроют.

Если у нас закроют границы – тогда да, мы окажемся в такой ситуации, в изоляции, как это было раньше. А сейчас поющий и играющий человек – он может найти себе применение, если он на самом деле специалист, во всем мире, и он будет востребован. А у нас в России очень талантливые люди, я думаю, что они достойно могут представлять Россию на любых мировых культурных площадках.

– О вашем юбилейном  концерте я написала, наконец-то написала о Леониде Сонце, с большим удовольствием написала. Правда, с опозданием. При жизни заметками с концертов обходилась…

– Мы никогда о нем не забываем. На каждом концерте, где бы то ни было, вспоминаем его. Или непосредственно на концерте, со сцены, или после концерта, когда разговариваем между собой.

16 февраля в Большом концертом зале имени Салиха Сайдашева запланирован большой концерт, посвященный юбилею Леонида Сонца. Ему бы исполнилось 70 лет…

Это была личность, которая сыграла огромную роль в создании ансамбля «Симха». И поэтому никогда не будет забыта, пока мы играем.

– Но на своем авторском концерте в честь юбилея вы почему-то обошлись без «Симхи». Так было задумано?

– Я хочу сделать концерт «Симхи» отдельно, потому что у меня уже появился достаточный музыкальный багаж, который приобретен во время работы с ансамблем. Это будет отдельный концерт «Симхи», посвященный опять-таки моему 60-летию. Это будет уже в 15-м году. Здесь дата роли не играет.

Фестиваль к нам приходит каждое лето

– Вы являетесь председателем оргкомитета Международного фестиваля еврейской музыки. Понимаю, какой огромный труд у организаторов. Кто вам помогает проводить ежегодно такой музыкальный праздник?

– Во-первых, я не единственный человек, кто занимается этими фестивалями. Вообще фестиваль был задуман группой людей, в которую я тоже входил. Я являюсь художественным руководителем и в основном режиссером. Занимаюсь организацией концертов, привлекаю музыкантов, составляю программу. Это я делаю практически, можно сказать, один.

А помогают многие. Огромная помощь идет от Михаила Абрамовича Скоблионка, от Президента, который выделяет часть средств на проведение фестиваля.

Я бы хотел спросить: что такое – помощь? Дайте денег – и всё будет.

– Всё остальное сделаем сами, да?

– Ну, конечно. Все остальное мы сделаем сами. Министерство культуры помогает. К кому мы обращаемся, все встречают нас с открытым сердцем и идут нам навстречу.

– А как вам публика на фестивалях? На многих концертах, включая концерты «Симхи», все-таки преобладает еврейская публика. А вот на концертах фестиваля, что на сцене, что в зале – что называется, «каждой твари по паре»…

– Совершенно верно. Потому что он так и задуман. Этот фестиваль задуман для того, чтобы люди лучше узнавали друг друга. Как узнать друг друга, как не через культуру, через музыку тем более? Потому что это наиболее понятный всем язык. И многие мои знакомые не евреи – они уже ждут этого фестиваля, с удовольствием идут на его концерты.

Это очень такое зажигательное мероприятие, люди уже привыкли к его атмосфере, когда не только слушают, но и танцуют. Даже тогда, когда концерт на Петербургской улице проходит в не совсем благоприятных погодных условиях, все равно, это не мешает людям, они не расходятся. Весело!

– В 1999 году я была в командировке в Америке, наша делегация присутствовала на заседании совета города Оклахома-сити. На сессию пригласили организаторов джазового фестиваля, несколько человек, по инициативе которых каждый год в столице штата звучит джаз. Это были прежде всего организаторы. Причем, люди, которые занимаются этим делом в свободное от работы время, так сказать, не профессионалы.

На глазах всего города (а в США сессии от начала до конца транслируются на общественном телеканале) их подняли с места, публично поблагодарили, чем-то наградили, что-то подарили... Как оказалось, так делается всегда, когда речь идет о гражданской инициативе. Хорошая традиция!

Я когда домой приехала, во многих официальных кабинетах предлагала завести такую же традицию у нас. Не получилось…

– У нас в Казани проходит очень много фестивалей, более или менее крупных и известных. И поэтому, видимо…

– Всех не поблагодарить, хотите сказать?

– Видимо, у наших руководителей очень много других, очень важных дел, чем общение с организаторами фестивалей. Иногда благодарят. Например, организаторов первого фестиваля еврейской музыки поблагодарил лично Председатель Государственного Совета Фарид Мухаметшин. И потом – мы это делаем в общем-то не за то, чтобы нас потом как-то поощрили.

Есть такой жанр – сrossover

– Мы встретились перед интересным концертом. Меня привлекло сюда обещание встречи с известным вокальным коллективом – ансамблем «Казан егетләре». В одной программе популярная татарская группа и студенческий оркестр Казанского государственной консерватории «Tatariсa» под управлением профессора Рината Халитова. В анонсе пресс-службы оркестра сообщалось, что это будет необычное сочетание популярной музыки и музыкальной классики в жанре сrossover. Вы были названы в релизе режиссером и продюсером.

Я думала, что это сочетание – на один концерт, а тут случайно услышала, что это – целый проект. Вы имеете к нему отношение? Решили соединить коня и трепетную лань?

– Я продюсер и этого проекта. Дело в том, что у нас с оркестром «Татарика» – ежегодные концерты, которые проходят  уже несколько лет. Это концерт ко дню Победы, обязательно новогодний концерт и концерт, посвященный 8-му Марта. Три концерта каждый год играем.

Как-то раз с Ринатом Халитовым сидели, думали о том, что надо придумать что-то новое, чтобы не стоять на одном месте. И решили соединить татарскую эстраду и классическую музыку, которую играет оркестр «Татарика». Народную и академическую музыку. Мы играем достаточно широкий спектр этих музыкальных жанров.

А популярную группу «Казан егетләре» я выделяю из общей татарской эстрады, они находятся от нее где-то, может быть, в стороне, хотя и поют очень хорошие татарские песни. Молодые музыканты очень ответственно подходят к своим выступлениям, там нет упрощения исполняемых произведений, да и не всё они поют. Этим выгодно отличаются от других татарских музыкантов.

Я многих из них знаю, со многими хорошо знаком, с некоторыми даже дружу. Есть музыканты, особенно молодые, которых не отличишь просто друг от друга.

Не говорю о больших певцах, таких, как Салават, которые уже не обсуждаются. К сожалению, сейчас нет Ильгама Шакирова на сцене. Это такие лучшие образцы.

«Казан егетләре» имеют свое лицо. И потому мы подумали, что надо их творчество поставить на какую-то другую ступень, может быть, соединив с академической музыкой.

– Выходит, это вы им предложили? Не они искали такого контакта?

– Это была совместная дорога навстречу друг другу. У них были такие же мысли, они выражались, например, в аранжировке. Я просто со всеми дружу хорошо, я слышал – у них в аккомпанементе часто звучат инструменты симфонического оркестра. Те же скрипки Вот мы и предложили им сыграть с оркестром живьем. Эта идея им понравилась. Мы вместе очень долго думали, как это сделать лучше.

И как-то всё сдвинулось с мертвой точки, есть уже готовый продукт, несколько песен сегодня в концерте прозвучат. Мы уже начинаем писать клипы.

Я думаю – это будет очень интересное для Татарстана и для музыкальной культуры явление. Потому что татарская эстрадная музыка будет поставлена на несколько другой уровень.

– И когда вы хотите этот проект показать?

– Это будет в 2015 году. А как он будет продвигаться – это будет зависеть от многих вещей. Мы планируем такой концерт ко дню Победы.

– И последний вопрос: как вы, как музыкант, как педагог и как человек, который знает как популярную музыку, так и классическую и соответственно, исполнителей, и тех, и других, как вы сегодня оцениваете музыкальное пространство нашего города?

– Оно очень хорошее, оно очень разнообразное. Я бы, например, расставил в нем несколько другие акценты, но это мое мнение. Оно не является определяющим. Сейчас работает рынок. Больше того, что больше востребовано. Значит, востребованы те, кто на сцене и в эфире. Наверное, так.

Хотя музыка, на мой взгляд, она должна и воспитывать, и подтягивать людей до своего уровня. То есть она не должна быть простой.

Впрочем, она может быть и простой. Нужна и простая, безусловно. Но то, что мы делаем, это людей немного поднимает, подтягивает на какой-то другой уровень. То есть ведет нашего слушателя от простого, скажем там, к более сложному. Потому что в более сложном можно большую палитру чувств показать.

– Спасибо. Но это уже разговор на другую тему.

Разговор состоялся 25 декабря 2014 года

Читайте в «Казанских историях»:

«Новогодний музыкальный фейерверк»

Концерт Эдуарда Туманского в завершение еще одной «пятилетки»

Пусть всегда будет Сонц!

Международный фестиваль еврейской музыки 2014 года

Шолом алейхем, фестиваль в Казани! –

Каждый найдет себе музыку по душе

Миссия – радовать людей

В Казани прошел первый Международный фестиваль еврейской музыки