Пишем о том, что полезно вам будет
и через месяц, и через год

Цитата

<...> Казань по странной фантазии ее строителей – не на Волге, а в 7 верстах от нее. Может быть разливы великой реки и низменность волжского берега заставили былую столицу татарского ханства уйти так далеко от Волги. Впрочем, все большие города татарской Азии, как убедились мы во время своих поездок по Туркестану, – Бухара, Самарканд, Ташкент, – выстроены в нескольких верстах от берега своих рек, по-видимому, из той же осторожности.

Е.Марков. Столица казанского царства. 1902 год

Хронограф

<< < Май 2024 > >>
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31    
  • 1972 – Решением Совета Министров ТАССР имя Героя Советского Союза Магубы Хусановны Сыртлановой присвоено улице в микрорайоне Горки-1 

    Подробнее...

Новости от Издательского дома Маковского

Finversia-TV

Погода в Казани

Яндекс.Погода

«Я лично всегда радуюсь, когда в зале сидят «мама, папа, я»

Наш собеседник сегодня – Радион Букаев, новый главный режиссер Казанского театра юного зрителя.

Впрочем, трудно назвать его новым, поскольку он начал работать в этой должности еще в прошлом году. В репортерском плане об этом событии оперативно рассказали многие мои коллеги. Мне же хотелось встретиться с Радионом Тимуровичем позднее, когда он пообвыкнет на новом месте. Ведь его переезд в Казань – это факт не только личной биографии Букаева, но и очередная страница истории ТЮЗа, за труппой которого я в последние годы стараюсь наблюдать внимательно.

Этому театру всегда не хватало внимания СМИ, его считали как бы предтеатром для талантливых актеров, которые, набравшись опыта на тюзовской сцене, переходили потом в «большие» театры – Качаловский или Камаловский. Однако в последние годы ТЮЗ заставил воспринять его всерьез, и не только как театр для детей и молодежи.

Радион Букаев

– Радион Тимурович, до Казани вы работали в нескольких театрах, ставили спектакли по всей стране. С прошлого года у вас постоянная труппа. В этой связи хочу спросить – есть ли разница в вашем творческом самочувствии? И как вам Казанский ТЮЗ? Он вам, конечно, знакомый, но одно дело – видеть театр со стороны, другое дело – быть внутри. В жизни этого театра были разные периоды. Была даже «Золотая маска». По силам современной труппе и вам снова ставить такие высокие цели?

Коллектив ТЮЗа, как мне казалось до вступления в должность, был мне знаком. Но когда я начал знакомиться с актёрами лично, встречаться, беседовать, это оказалось не так. Параллельно с беседами я отсматривал репертуар, большинство спектаклей не один раз. Затем пришло время репетировать. И вот что я хочу сказать – это один из самых «здоровых» коллективов, с которыми мне посчастливилось работать.

Конечно, в любом организме (а с коллективом театра можно провести такую аналогию – организм) регулярно возникают разные потрясения. Это бывает, главное – как организм с этими потрясениями справляется.

Когда-то, кем-то много лет назад было заложено, что Казанский ТЮЗ – одна семья, где нет места распрям, где любые невзгоды уходят, но остаётся тёплая, творческая атмосфера и согласие. Одна актриса мне сказала – я верю, что под нашей сценой бьёт фонтан добра и он неиссякаемый.

Мы, театральные люди, – доверчивые, склонные к вере в знаки и другие нематериальные чудеса. Я сам начал чувствовать этот фонтан. Помимо этого, в коллективе заложены именно режиссёрские традиции. Где режиссёр – основа творческого процесса. А актёр, драматург, художник – помощники. Здесь коллектив, которому необходимы серьёзные, со своими мирами, концепциями, режиссёры. И тогда труппа расцветает.

Так как «Золотая маска» является на сегодняшний день главным мерилом качества, я стал приглашать режиссёров, отмеченных «Золотой маской», номинантов, в чьих спектаклях есть актеры-лауреаты этой премии. Или тех режиссёров, чей потенциал близок к этому качеству, по моему мнению.

И последнее. Коллектив ТЮЗа – про человека; не про жест, язык, среду, объект или какие-то другие смыслы. Поэтому и будущий репертуар театра – про человека.

– Мне понравилось, что вы входите в коллектив, так сказать, эволюционным путем. Даже удивило то, что вы до сих пор не заменили афиши на театре, в которых до сих пор фамилия предыдущего главного режиссера. Что за этим стоит – вы в принципе разделяете позиции Туфана Имамутдинова или просто не любите радикальных решений?

Мне известно, что при Имамутдинове в коллективе были творческие разногласия по поводу репертуарной политики. При нем ТЮЗ сильно «повзрослел». Некоторым актерам не нравилась нацеленность Туфана на фестивальный результат.

Ваши первые спектакли – пятьдесят на пятьдесят – сказка и английская история о любви. Но в то же время в планах на первую часть сезона – участие в нескольких фестивалях. Не могли бы вы прояснить вашу позицию о роли театра юного зрителя в городе, где есть другие, «взрослые» театры?

Театр – организм консервативный, требующий раздумий, решений и соответствующего финансирования. А ещё – сочинения и рождения нового.

В начале этого сезона у нас появился новый главный художник, молодая выпускница Академии художеств имени Сурикова, уроженка Казани Надежда Иванова. Это серьёзное изменение в театре. Пришёл молодой художник с задачей изменить визуальную концепцию всего театра. Это не только сценография. Это и фасад здания, и коридоры, потолки, пол, стены, афиши – всё, что видит глаз.

Театр в скором времени уходит на капремонт. И через год у театра юбилей. Вот в юбилейный сезон зритель и увидит обновлённый ТЮЗ. Сейчас наспех что-то перекраивать мы не стали. Директор со мной согласна. Лучше эти деньги потратить на новые постановки или на ремонт уже идущих спектаклей.

Что касается Туфана Имамутдинова – это большой художник, который нашёл себя в театре, его мировоззрение меня лично восхищает. Но мы с ним разные.

Я выпустил четыре работы. И все они – не «взрослые» и не «детские». Они – « семейные». Я лично всегда радуюсь, когда в зале сидят «мама, папа, я». Когда ребёнок может задать прямой вопрос взрослому и тому придётся ответить. Когда среди зрителей возникает диалог. Пусть он произойдёт после спектакля или даже во время, неважно, главное, чтобы он случился. Мне важно, чтобы театр возвращал зрителя к себе обратно. А с развитием интернета, соцсетей зритель уходит из театра.

Поэтому я продолжу ставить спектакли не только в классическом формате – актёр на сцене, а зритель в зале. Есть спектакль в трамвае, во дворике. Будут спектакли и в других нетеатральных местах.

Про фестивали. Сегодня фестивали – один из критериев оценки качества работы. Как и посещаемость, как и кассовый сбор. Поэтому мы будем стремиться ездить на те фестивали, которые являются значимыми на театральной карте России. Но это одни из лучиков солнца под названием «развитие театра». Мы будем думать и о других лучиках, и о посещаемости, и о социальном направлении.

 

– Не могу не спросить, чем вы обычно руководствуетесь, выбирая драматургический материал для постановки? Изменились ли критерии для выбора в постоянной труппе?

Руководствуюсь тем, чтобы материал соответствовал коллективу, времени. И городу. Сегодняшним коллективу, сегодняшнему времени и сегодняшнему городу, то есть, зрителю. Это моё внутреннее ощущение, с которым я делюсь. На это у меня есть право.

– Рада за театр, что есть «Пушкинская карта». Она дает вам возможность гарантированной аудитории для ТЮЗа. Но не могу не спросить, как вы относитесь к юному зрителю, который пришел в театр при административном влиянии взрослых?

– Я к любому зрителю отношусь одинаково, независимо от того, какого он возраста.

– Сегодня и «взрослым» театрам приходится бороться за зрителя, а для вас тут особые трудности. Для молодых свет клином сошелся на интернете. Ваш театр нашел ряд интересных решений для привлечения в театр молодежной аудитории, не заигрывая с ней. Видела «Иваново детство», спектакль, не простой для восприятия, но, тем не менее, понятный молодым зрителям (Спектакль «Иваново детство» как «попытка тихонечко вспомнить» войну).  

 Что-то изменится в работе со зрителем с вашим приходом или театр будет развивать то, что уже найдено?

– Мы будем находить больше внетеатральных пространств и ставить там спектакли.

– Изучив вашу биографию и ваши планы в Казанском ТЮЗе, не могу не заметить ваше творческое сотрудничество с драматургом Ириной Васьковской. Как оно возникло, что вас привлекает в ее творчестве? Вы кого-то позвали в Казань из своих соратников из других театров или намерены создать казанскую команду?

–Есть три современных драматурга, с кем я работаю на регулярной основе. Васьковская – одна из них. Если я хорошо вижу спектакль внутри себя, если я точно понимаю, о чем я хочу сказать и уже не хочу менять свою точку зрения, но мне не хватает рядом талантливого плеча драматурга – тогда я зову Васьковскую. Если я точно понимаю, о чём я хочу ставить, но теряюсь в форме подачи истории, я предлагаю соратничество Светлане Баженовой, она обязательно внесёт в будущий текст что-то своё. И это может даже перевернуть мой мир. Если я знаю, что буду работать в жанре «сайт специфик», если я хочу поставить документальную работу, я зову Данилу Привалова. Мы с ним совсем недавно выпустили спектакль в музее Уралвагонзавода в Нижнем Тагиле. Я люблю работать с современными драматургами. И я открыт для каждого. И я ищу драматургов в Казани. Потому что есть достаточно много идей.

– Творческими лабораториями казанских актеров и театралов уже не удивить, но вы заявили лабораторию по произведениям нашего земляка Евгения Шварца. Его сказки наверняка будут актуальны всегда, настолько точно он определяет человеческую природу. Дракон может существовать в любом обществе. Есть он и сегодня. В первую очередь в каждом из нас. Такой диагноз человеческой натуры может породить как пессимизм (если изменить ничего нельзя), так и оптимизм (но всегда есть люди, которые сопротивляются).

Почему вы взяли именно Шварца? Что для вас важно – социальная актуальность его сказок или сама знаковая фигура великого сказочника, которая, конечно, привлечет внимание?

В Казанском ТЮЗе давно не было внутренней лаборатории. Коллектив нуждался в ней. И труппа, и цеха. Часть актёров регулярно участвует в лабораториях Казани, но многие – нет. Юбилей Шварца – очень удачно совпадение. И пусть будет больше Шварца в театральной Казани. И пусть будет больше лабораторий, которые удивляют.

В театр приехали очень интересные режиссёры. И они поставили три очень интересных эскиза. «Тень» уже вышел как полноценный спектакль. Надеюсь, в следующем году выпустим и другие спектакли после лаборатории.

– Мне известны планы модернизации здания вашего театра. Мы ждали этого давно, надеялись, что руководство республики и города даст какие-то преференции Имамутдинову, когда он возглавил театр. Не случилось. Дали ли вам какие-то обещания? Или нам просто осталось ждать, когда будет выполнено уже обещанное? Как вы намерены обустраивать обещанный «театральный квартал» вокруг театра? Планы наверняка уже составлены.

Лично мне обещаний никто не давал. Я скорее слежу за тем, что закрутилось ещё до меня. И я очень рад, что в такое непростое время что-то все-таки происходит, например, капремонт. Ни о каком «театральном квартале» сейчас речь не идёт.

На сегодняшний день готовится проект капитального ремонта зоны объекта культурного наследия. Это сцена, зрительный зал, фойе, белый, мавританский и дубовый залы. Почему так? – лучше объяснит директор.

Со своей стороны я уже высказал пожелания по тому, каким хотел бы видеть театр: увеличить авансцену и балкон, вернуть ему прежний вид. Тут удачно совпало, что у театра появился новый главный художник со своим видением. После ремонта в театре будет ещё интереснее.

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить