Finversia-TV
На одного постоянного читателя у «Казанских историй» стало меньше — вечером в субботу, 25 июля, умерла Александра Лопинцева, которую казанцы знали как Шурочку Рязанову.
В последнее время она часто болела, а умерла совсем не от этих болячек — смертельный инсульт. Так часто случается в нашем возрасте. Моя мама говорила про такие случаи — счастливая смерть.
Мы с Шурой познакомились в Ленинском доме пионеров в конце 1965 года и были заняты одним проектом. Шура как руководитель районного пионерского штаба «Искорка» была одним из главных людей в нем, а я как педагог кружка юнкоров вместе со своими воспитанниками выпускала стенную газету «Роза ветров» — орган этого штаба.
Газета была необыкновенная — в здании Дома пионеров она занимала целую стену, единственную стену такого размера. Потом стенновка «совершала путешествие» по всем школам Ленинского района.
Я была, как мне казалось тогда, уже взрослым человеком — студентка КГУ с сентября 1965 года, мама с мая 1967 года, а она — школьница, пионерка. А когда мы встретились через много лет, оказалось, что между нами не так много лет. В последние годы общались, можно даже сказать — дружили, как сверстницы. Жаль, общаться приходилось нечасто.
Справа Анэллия Дмитриевна Бездетко, рядом ее коллега Александра Рязанова
Штаб «Искорка» была идеей незабвенной Анэллии Дмитриевны Бездетко — объединить пионерских вожаков района в Доме пионеров, сделать штаб похожим на дрожжи, на которых потом взошло много интересных и полезных дел (читайте в «Казанских историях» — «Старость меня дома не застанет»; Прошлое, от которого мы отказались сами; Пионер всем ребятам пример – привет из нашего прошлого).
Ей удалось собрать в штабе самых активных ребят из всех школ района. И хотя было много хороших мальчишек, она особо выделила Шуру Рязанову
В 1968 году я из Дома пионеров ушла, но, поддерживая отношения с Анэллией Дмитриевной, знала, что там происходит. Работу штаба «Искорка» брали в пример другие районы Казани, появился городской штаб при Дворце пионеров имени А. Алиша. Ее изучали в Москве, казанский опыт осмысленной организации пионерской жизни, в которой не было места формализма, применяли в других областях и республиках.
Советские пионеры в ГДР
Наши штабисты стали людьми известными в СССР. В жизни Шуры Рязановой это имело наглядное выражение: она отдыхала во Всесоюзном лагере "Артек", была включена в состав большой советской делегации для поездки в Германскую Демократическую Республику.
Она так и осталась в душе человеком с красным галстуком. Из пионеров — в старшие пионервожатые, потом методист Дома пионеров, учитель, работник гороно. Представляю, как непросто было ей, когда она сменила бурлящий детский поток на переменах на тишину чиновного кабинета.
Это было, пожалуй, последнее советское поколение, которое еще верило в идеалы отцов и дедов, но в нем уже наметились проплешины безверия и скептицизма. И искровцы пытались их залатать.
Сообщество бывших штабистов живо до сих пор, как и союз бывших пионерских вожатых Ленинского района. И этому не мешает ни то, что бывшие вожатые теперь люди, скажем так — в возрасте, ни то, что Дома пионеров на улице Челюскина в Соцгороде уже давно нет и нет пионерской организации вообще, как нет и Ленинского района — 5 декабря 1994 года он разделен на два: Ново-Савиновский и Авиастроительный.
Изредка Шура присылала мне снимки с их встреч. И вот теперь, 6 августа, когда мы с ней будем прощаться в траурном зале больницы №12, они встретятся с ней в последний раз.
Однажды я ее потеряла — она вышла замуж и уехала с мужем в Кандалакшу, город на юго-западе Мурманской области России. Своего мужа и его детей всегда вспоминала добрым словом. Когда муж умер, вернулась в Казань к дочери. Но воссоединиться с ней не получилось — Настя с семьей в Финляндию.
Очередное свидание с дочерью Настей и внуками
Думаю, что в немалой степени для Шуры это была большая проблема — дочь и внуки не то, что далеко — в современные времена зарубежные контакты хуже, чем в советские. Но она все-таки к внукам ездила.
Старшая сестра, с которой она была очень дружна, дочь не заменила. Вначале она пыталась отвлечься на работу, но, во-первых, не увидела большого внимания к своему педагогическому опыту, во-вторых, начались болезни, а с ними не поработаешь.
Рязанова Александра (крайняя слева) - старшая пионерская вожатая
Шура очень заинтересованно относилась к тому, чем я занимаюсь. Ее, как я понимаю, тяготила жизнь пенсионерки, но здоровье другого не позволяло.
Ее заинтересовала акция «Казанские некрополи», и она очень хотела быть в ней моим помощником. Но к тому времени, когда она реально могла помочь в подготовке к будущему каталогу-справочнику памятных захоронений, сил на это у нее уже не было. Планы постоянно приходилось менять.
Щура читала все публикации на сайте газеты «Казанские истории», оставляла на нашей страничке в сети VK не только лайки, но и комментарии. Конечно, глубоко ранит каждая смерть, тем более кончина доброго знакомого, друга. Но мне горестно вдвойне. Ситуация начинает повторяться — когда на материальном уровне ощущаешь, как в очередной раз смыкается круг единомышленников, с которыми можно говорить обо всем.
У Шуры юбилей. Празднуем в кафе: рядом со мной бывшие члены штаба Татьяна Бадьянова и Шура Рязанова
У нас общее прошлое, которое совсем не такое, каким нарисовали его нашим детям в азарте борьбы с коммунизмом. И красный галстук до сих пор остается для каждого из нас символом этого прошлого.
Мы не потерялись в постсоветской России, у каждого вполне успешная жизнь, в которой можно вспомнить много хорошего. Но живет в наших душах грусть по пионерскому детству, и это посильнее, чем ностальгия по короткому беззаботному времени жизни.
Слушайте, говорит «Искорка»!
Слово Шуре Рязановой
«Искорка» — это наш районный пионерский штаб. Он родился во время старта пионерской двухлетки в октябре 1960 года. Я пришла в штаб через два года после его рождения. Для меня, как и для всех ребят-штабистов, это было большим событием.
Я была очень застенчива, но меня встретили так приветливо, так участливо расспросили о делах в дружине, что я поняла, что мне здесь будет хорошо. Потому что здесь, в штабе, собрались настоящие ребята.
Летом по заданию штаба мы начали ходить в рейды по детским площадкам. Стали помогать ребятам проводить игры, различные конкурсы. По просьбе ребят с улицы Любови Шевцовой организовали у них во дворе футбольную команду.
Наш штаб возглавлял Сережа Кайсин, на редкость веселый, остроумный, очень подвижный. Именно ему принадлежала идея начать в пионерских дружинах «мужские разговоры» о том, почему скучают мальчишки в отрядах.
Мы тогда не знали еще, во что выльются эти споры, эти откровенные признания. Мы не могли представить себе, что у нас в Ленинском районе появится многочисленная армия мальчишей, которая поклянется свято беречь и продолжать дела своих отцов и дедов.
В пионерском штабе «Искорка» каждый из нас учился отвечать за дела всего штаба. И когда Сережа Кайсин перешел в городской пионерский штаб, командиром «Искорки» выбрали меня. После школы я два года работала старшей пионерской вожатой в школе и водила своих ребят на все сборы, которые проводила «Искорка». И снова вернулась в Ленинский Дом пионеров, поближе к «Искорке». И сейчас моя должность — методист по работе по месту жительства ребят.
Когда-то мы, штабисты, ходили по детским площадкам, помогали создавать футбольные команды. Сейчас, став взрослой, я продолжаю эту работу. Теперь моя задача стала сложнее. Я должна наладить учебу воспитателей детских площадок, вместе с общественностью добиться переселения детских комнат из мало приспособленных для работы в них помещений в светлые, радостные.
Когда я задумываюсь над тем, что дала мне работа в «Искорке», я всегда прихожу к одному выводу — профессию. Штаб помог мне выбрать будущую специальность. »Искорка» помогла мне, как и многим ребятам, увидеть романтику увлекательных пионерских дел.
Я хочу, чтобы детство у мальчишек и девчонок прошло у веселого пионерского костра в дальнем походе, в дружбе с песней и остроумной шуткой. Как это было у меня. Это очень важно в жизни!
***
Я из Кандалакши (это Мурманская область). За 33 года нашего знакомства Александра Николаевна стала для меня очень близким, по сути, родным человеком. И даже когда она уехала, мы были на постоянной связи. Несмотря на 14 - летнюю разницу в возрасте, знали друг про друга всё или почти всё. И о Вас она мне тоже рассказывала. Мои искренние соболезнования родственникам и друзьям. Александра Николаевна, я буду помнить Вас всегда!
Ирина Румянцева. Пост. VK