Пишем о том, что полезно вам будет
и через месяц, и через год
|
22.08.2017

Цитата

Я угрожала вам письмом из какого-нибудь азиатского селения, теперь исполняю свое слово, теперь я в Азии. В здешнем городе находится двадцать различных народов, которые совершенно несходны между собою.

Письмо Вольтеру Екатерина II,
г. Казань

Погода в Казани
+20° / +26°
Ночь / День
.
<< < Август 2017 > >>
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31      
  • 1937 – Образована Татарская государственная филармония. Ее создание ознаменовало собой новую эпоху в развитии национальной музыкальной культуры.

    Подробнее...

И памятники на погосте умеют говорить...

На подходе к новому участку Арского кладбища, примыкающего к стене, которая выходит к дороге на мост «Миллениум», трудно не обратить внимания на захоронение в самом начале старообрядческого участка. Оно находится  напротив красно-кирпичного административного здания.

На надгробном памятнике из белого мрамора написано:

Журавлева Ольга Васильевна (Романова)

(21 июня 1832 – 10 ноября 1869)

Мне показал это захоронение Анатолий Михайлович Елдашев, известный казанский краевед, автор нескольких книг о некрополях нашего города. Оказывается, Ольга Васильевна принадлежала к известной в свое время купеческой семье Журавлевых. Подробностей жизни этой семьи Анатолий Михайлович не знает, но он рассказал мне интересную историю захоронения Ольги Васильевны.

На Казанке в Адмиралтейской слободе в XIX веке работала мельница, принадлежавшая потомственному почетному гражданину Казани Ивану Николаевичу Журавлеву. У него была дочь – Аделаида. Когда она умерла, отец поставил на ее могиле очень красивый и дорогой памятник – из редкого белого мрамора. Поскольку в Казани не было своей каменотесной мастерской, мрамор скорее всего привезли из Рыбинска, где жили родственники купца Журавлева.

Фигурку скорбящей женщины ростом в 127 см установили на постаменте. Наверняка кто-то из казанцев старшего поколения ее здесь видел. Поскольку исчезла она уже в наше время, в 90-х годах прошлого века.

Однажды одна из сотрудниц Музея изобразительных искусств, проезжая на трамвае по улице Ершова, увидела недалеко от кладбища двух мужиков, которые тащили нечто, завернутое в ткань. Она сошла с трамвая на ближайшей остановке, догнала их, заговорив, узнала, что они несут, а когда те развернули ткань, увидела довольно изящную женскую фигурку. Пьяненькие мужики не скрыли, что похитили скульптуру с кладбища.

У нее не было ни времени, ни желания вызвать милицию. Способ, который она выбрала, чтобы спасти скульптуру, оказался более надежным. Она выкупила ее за бутылку водки, и незнакомцы, желающие выпить еще, на радостях даже дотащили похищенное до музея.

Как сказал А. Елдашев, в настоящее время скульптурное изображение молодой девушки находится в фондах художественной галереи «Хазинэ» в Казанском Кремле, и не исключено, что мы когда-нибудь увидим ее на выставке. Вот только на старом месте она вряд ли появится. Как сказал Анатолий Михайлович, иногда кладбищенские скульптуры малой формы вдруг пропадают, а потом находятся на других могилах.

Захотелось узнать, кто такие – Журавлевы. Эта фамилия мне не раз встречалась при знакомстве с краеведческими материалами по истории Казани. Во-первых, купец Иван Николаевич Журавлев был одним из владельцев здания, в котором сейчас находится Театр юного зрителя на улице Островского. Во-вторых, его имя связано с приютом для бездомных, работавшим в здании под кремлем (его называли тогда крепостью), в самом начале улицы Большой Проломной. В-третьих, в Адмиралтейской слободе были в свое время Журавлевские казармы. Когда я в 1965 году переехала жить в Казань, там работала лётная школа ШМАС.

Раньше, чтобы добыть какую-то информацию о старой Казани, шли в архив, сегодня достаточно обратиться за помощью к поисковым системам Интернета. Иногда без надежды на успех. И на этот раз поисковики не нашли никакой информации об Ольге Васильевне Журавлевой. Женщин с таким именем было много, но все они – мои современницы.

По запросу о купце Журавлеве «улов» оказался побогаче. Среди найденных материалов первым был сайт «Ярославский край», где размещена краткая биография трех Журавлевых:

Михаил Иванович Журавлев (1777 - 16.7.1834) – ратман, бургомистр в магистрате, городской голова Рыбинска (на эту должность избирался три раза: в 1821-1824, 1824-1827 и 1830-1833). Торговал хлебным товаром.

Николай Михайлович Журавлев (10.12.1810 - 21.1.1872) – сын Михаила Ивановича, купец I гильдии. 16 лет (1843-1859) служил в должности директора Рыбинской конторы Волжско-Камского коммерческого банка. Похоронен на кладбище Александро-Невской лавры в Санкт-Петербурге.

Михаил Николаевич Журавлев (25.10.1840 - 21.6.1917), сын Николая Михайловича, коммерции советник, действительный статский советник.

Настораживало то, что в списке не было казанского Ивана Николаевича Журавлева, но о том, что это те самые Журавлевы, которых ищу, говорил тот факт, что рыбинские Журавлевы, судя по именам, могли быть его родственниками.

При изучении других источников выяснилось, что глава рода – Михаил Иванович Журавлев – начинал свой купеческий путь с должности посадского в 1797 году. После его смерти в 1834 году наследниками его состояния стали два сына: Павел Михайлович и Николай Михайлович.

Сведения о купцах Журавлевых в Интернете пришлось собирать по крохам. Узнала много интересного. Но больше помогла книга Людмилы Свердловой «Купечество Казани: дела и люди», которую она мне подарила. Поскольку в краеведческой литературе больше исследований о татарских купцах, не надеялась, что найду в имеющихся изданиях какие-то подробности. Но когда взяла в руки книгу Людмилы Михайловны, уже по оглавлению поняла, что мне повезло.

Из очерка «Журавлевы» выяснилось, что к Казанской губернии имели отношение оба сына Михаила Ивановича Журавлева. В 60-70-е годы XIX века среди временных II гильдии казанских купцов числились угличский I гильдии купец Павел Михайлович Журавлев и его брат Николай Михайлович, рыбинский первой гильдии купец, коммерции советник, потомственный почетный гражданин.

В Казани Николай Михайлович купил дом на углу Вознесенской (ныне улица Островского) и Поперечно-Вознесенской (ныне улица Кави Наджми), в два этажа, каменный с двумя флигелями и другими постройками неподалеку (сегодня дом №12 по улице Островского, здание ТЮЗа).

Николай Михайлович Журавлев

После смерти Николая Михайловича в январе 1872 года дело наследовали два сына: Иван, записанный в I гильдию города Чистополя, и Михаил – I гильдии рыбинский купец. Иван Николаевич Журавлев поселился в Казани постоянно через год после смерти отца, в 1873 году, жил в его доме. 

В совместном владении братьев находилась торговая фирма «Николай Журавлев и сыновья», основанная в 1886 году. Братья зарегистрировали фирму по городу Рыбинску с капиталом в 100 000 рублей по I гильдии. Фирма торговала канатами и буксирными пароходами, их производство также составляло общее владение Журавлевых.

В 1894 году между братьями было заключено соглашение о разделе капитала, всего движимого и недвижимого имущества. По раздельному акту от 17 июня 1895 года Иван Николаевич Журавлев получил весь капитал, который значился за Казанской конторой, а также все имущество по пароходству: 5 буксирных пароходов, 37 баржей и материалы на пароходах и баржах. Все остальное имущество: заводы, канатная фабрика, земли, имения в других губерниях, в Рыбинске и Рыбинском уезде, перешли в собственность Михаила Николаевича Журавлева.

Казанский Журавлев

Председатель биржевого комитета Иван Николаевич Журавлев был гласным Казанской городской думы, имел звание «Потомственный почетный гражданин Казани». В одном из документов в книге «Достойны памяти потомков» – о городских градоначальниках (Казань, 2002) сообщается, что он был членом комиссии по отстройке сгоревшего городского театра, созданной летом 1875 года.

Журавлев дважды выдвигал свою кандидатуру на пост городского головы. Баллотировался в 1874 году (на срок с 1875 по 1879) и в 1878-м (на срок 1879-1882). Оба раза головой избирали действующего градоначальника – Эраста Петровича Янишевского.

Иван Николаевич Журавлев специализировался на торговле зерном, крупой и их переработке. В Казани в структуре фирмы «Николай Журавлев и сыновья» в Адмиралтейской слободе действовал паровой крупчатый завод, в имении Журавлевых в селе Усады Собакинской волости Казанского уезда работали мельница и винокуренный завод, для него хозяин скупал на базарах и по деревням картофель.

Иван унаследовал от отца усадьбу в Усадах (ныне Высокогорский район Татарстана). В 1870 году тот купил ее у мужа праправнучки С.М.Тютчева Анны Александровны - князя Ширинского-Шихматова. Каменный дом заложили при помещике Сергее Михайловиче Тютчеве, который в 1790 году построил в Усадах церковь. Журавлев выделял средства на ее существование.

Во владения Журавлевых входили три деревни – Чубарово, Толмачи и Усады, где находился барский дом. Сейчас в нем работает совет местного самоуправления.

В селе действует водопровод, построенный еще Журавлевым. Журавлевы построили. На его средства были построены земская школа и больница, а при ней – акушерский пункт. Журавлев сманил из соседних Шушар, принадлежавших дворянам Боратынским, толкового земского врача, обеспечив его отличной жилплощадью. Купец выстроил огромный дом с тремя раздельными входами и поселил там управляющего винокуренным заводом, механика и земского врача.

Современный усадский спиртзавод ведет свою историю от винокуренного завода торгового дома «Наследники И.Н.Журавлева», основанного в декабре 1898 года. Кстати, журавлевский завод был оснащен самым современным на тот момент оборудованием. Усадский ректификат поставлялся на госпредприятия – Казанский винный склад и Пороховой завод.

Историю Журавлева изучила местный краевед – учитель истории Зульфия Шайдуллина. Я узнала ее из газеты «Республика Татарстан» – http://rt-online.ru/p-rubr-obsh-37598/

При Иване Николаевиче в усадьбе разводили коней, делали сыр и масло, производили сельхозорудия и, конечно, пекли хлеб. У Журавлевых была оранжерея. Первый автомобиль, который увидели усадцы, принадлежал Журавлеву. У него же появился и первый телефон, в архиве сохранился даже его номер – 2-14.

Слава о купце Журавлеве разнеслась на всю округу – старожилы-усадцы до сих пор помнят рассказы своих прадедушек и прабабушек. Но прославился купец не только тем, что создал крепкое хозяйство, а прежде всего – своим чутким и добрым отношением к крестьянам, к убогим и сирым. Журавлев на собственные средства построил в Усадах ночлежку на 15 мест, а в зимние вечера здесь находили приют и еду до 80 бездомных путников.

После революции 1917 года усадьба И.Н.Журавлева была разграблена. Со времен гражданской войны и до коллективизации в ней размещалась коммуна. С 1930-х по 1960-е годы дом Журавлева служил клубом для жителей села Усады. С конца 1960-х по 1980-е годы здание усадьбы находилось на балансе Усадского ПУ-70 и пришло в запустение. По инициативе бывшего директора школы Нины Орловой дом был частично восстановлен как клуб, часть здания передали Усадскому сельскому Совету.

В марте 2016 года дом помещика Ивана Журавлева, построенный в XIX веке, передали Усадскому приходу храма Святой Троицы Казанской епархии. Как сообщили в Татарстанской митрополии, здесь будет работать воскресная школа. Начался ремонт церкви.

По сведениям Н.Я. Агафонова, Ивана Николаевича Журавлева похоронили в 1895 году на Арском кладбище, а по сообщению газеты «Казанский телеграф» – в его имении Усады. Именно там можно найти его могилу.

Казанские следы Ивана Журавлева

Выше уже сообщалось, что Иван Журавлев жил в Казани в доме своего отца. Дом получил широкую известность, когда в нем начало работать Казанское купеческое собрание, которое, как утверждает Лев Жаржевский, было в некотором роде сословным клубом. Под Купеческое собрание здание было выкуплено у Журавлевых в 1903 году. В те времена в нем было три известных на всю Казань своей роскошью залов: Белый, Мавританский и Дубовый.

Фото от Льва Жаржевского

Журавлевский особняк перестроили. Тогда в Купеческом собрании появился свой театр. В нем был не только зрительный зал и сцена, но и гримуборные для артистов. Здесь проводились различные просветительские лекции. В здании был буфет с дорогой кухней.

В первую мировую войну в здании работал один из многих военных госпиталей. Именно здесь был установлен первый в Казани рентгеновский аппарат стоимостью 5000 рублей (данные Л. Жаржевского).

После революции 1917 года в здании располагался Восточный клуб, или, как его официально называли, Дом татарской культуры. Здесь проходили выставки, шли спектакли татарской труппы, для чего в 1924 году здание внутри было основательно перестроено. В нем существенно расширили сцену, переоборудовали артистические уборные. При этом первоначальный облик здания был сильно изменен – утрачены несколько окон, вазы на парапете, лепные украшения.

В 1935 году здание передали новому театру для детей. Во время войны в нем работала труппа Сталинградского театра юного зрителя, и актеры в основном остались после войны в Казани. В настоящий исторический особняк отреставрирован после пожара 1995 года, и ему возвращен первоначальный вид как снаружи, так и изнутри.

Где жила семья Журавлевых после того, как был продан особняк, не известно. Скорее всего, у нового мужа  усадском имении.

Второй факт из жизни Казани, связанный с именем Ивана Журавлева, говорит о нем как об известном казанском благотворителе. Для казанцев его имя связано с открытием в городе первого бесплатного ночлежного приюта в 1886 году. Правда, инициатором его создания стали казанские предприниматели-биржевики, а Иван Николаевич в это время возглавлял Казанскую купеческую биржу. По объявленной подписке удалось собрать крайне незначительную сумму 8435 рублей, их не хватало даже на покупку самого необходимого для ночлежки, не говоря уж о доме. Тогда и решил И.Н. Журавлев на свои средства достроить дом, снабдить ночлежный приют всем необходимым и содержать его.

Проект дома приюта выбирался очень тщательно. Журавлев остановился на двухэтажном здании, где предусматривалось открыть пять отделений, каждое состояло из двух просторных залов, в каждом стояли двухъярусные деревянные нары, посередине – стол. И при каждом отделении были свой туалет и умывальник с водопроводной водой! Мужские и женское отделения имели обособленные входы, а для изоляции больных имелись отдельные комнаты.

Фото от Юрия Краснова

Ночлежный приют был рассчитан на прием 248 мужчин и 40 женщин. Журавлев в 1885 году реконструировал большое каменное двухэтажное здание недалеко от «Мокрых» улиц и складских помещений, почти на берегу Казанки, подрядив для этого городского архитектора П.Е. Аникина. До нас здание дошло под номером 12 на улице Баумана. Оно было построено в классическом стиле в 1786 году по проекту архитектора В.И. Кафтырева. После 1917 года приют закрыли. Не припомню, что было в здании потом.

Здание снесли в 2003 году, когда к юбилею Казани решили создать под кремлевской стеной площадь Тысячелетия.

До этого в Казани существовали только ночлежки, за постой в которых надо было платить. Они располагались, как теперь бы сказали, в одном микрорайоне – в Забулачье, на улицах, объединенных названием «мокрые»: Постояльцами были нищие, бродяги, безработные и жулики, а пьянки, драки, поножовщина и карточные игры в ночлежках были обычным делом, полиция на это смотрела сквозь пальцы.

Приют, организованный купцом Журавлевым, был принципиально иным.Он былдля представителей всех сословий, национальностей, вероисповедания и возраста, но дети допускались только в сопровождении родителей. Летом двери открывали для постояльцев с 7 до 9 часов вечера, зимой с 5 до 7 вечера, а закрывался приют утром: летом – в пять, а зимой – в семь часов.

Порядок был установлен жесткий, за ним следили надзиратели. Приносить и распивать спиртные напитки, играть в карты, кричать и ругаться, курить запрещалось, нетрезвых не впускали, а нарушителей удаляли немедленно и лишали права на дальнейшее посещение приюта. На входе в ночлежку каждый получал бирку с обозначением номера отделения и нар, которую утром при выходе сдавал надзирателю. Войти и выйти в неустановленное время можно было лишь с разрешения старшего надзирателя, если постоялец приходил с каким-либо инструментом, то он в обязательном порядке сдавал его надзирателю на хранение.

В дни церковных и иных праздников дозволялось оставаться утром в ночлежном приюте на два часа дольше. За счет содержателя ночлежного приюта все постояльцы получали бесплатный завтрак: кружку чая, два куска сахара и фунт белого хлеба, а если богатые благотворители жертвовали деньги на устройство угощения, постояльцы, бывало, получали и пироги.

А еще Журавлев открыл в ночлежке небольшую библиотеку, выписав для нее книг и журналов почти на 400 рублей. Постояльцы могли получить на вечер книги с произведениями Толстого, Пушкина, Гаршина и других писателей, и очень приветствовалось там чтение книг вслух грамотными постояльцами. Для бесед с посетителями ночлежного приюта приходили священники храма Николы Вишнякова.

Своим постояльцам Журавлев искренне сочувствовал, называя «несчастными малыми», и они это ценили.

Иван Николаевич Журавлев содержал бесплатный ночлежный приют до своей кончины 17 мая 1895 года. Вдова Вера Ефимовна Журавлева продолжала выделять необходимые суммы на содержание бесплатного ночлежного приюта. В 1898 году, когда Казань в очередной раз пострадала от пожара, она на год безвозмездно уступила один из домов в Адмиралтейской слободе для организации еще одного ночлежного приюта и приема погорельцев.

Позднее на средства города в Заречье открылся второй городской бесплатный ночлежный приют. А в Малой Игумновой слободе начал принимать на жительство и для работы Дом трудолюбия, затем такой же открыли и для детей. Бесплатный ночлежный приют на Булеке действовал на средства Общества трезвости. В неурожайные голодные годы, либо когда город страдал от пожаров, на средства купцов в их домах открывались временные ночлежные приюты.

Доброе дело, начатое Иваном Николаевичем Журавлевым, продолжилось.

Прочитав про казанскую жизнь Ивана Журавлева, я уже не сомневалась, что он имеет непосредственное отношение и к Журавлевским казармам в Адмиралтейской слободе.

Все началось с того, что казанский купец I гильдии Василий Иванович Романов в 1864 году сделав прошение о продаже ему в потомственное крепостное владение земельного участка, и в последующем получив это разрешение от Казанского губернского правления, указом Его Императорского Величества, приобрел участок земли в Адмиралтейской слободе Казани для строительства паровой мукомольной мельницы. Таким образом, купец наладил в городе масштабное заводское производство.

Спустя несколько лет, а именно в 1878 году, одну треть паровой мельницы у Прасковьи Семеновны Романовой приобрели потомственные почетные граждане, братья Иван и Михаил Журавлевы.

В оценочном табеле за 1880 год имущество И.Н.Журавлева по Амиралтейской улице состояло из каменного парового крупчатого завода; двух каменных двухэтажных флигелей; четырех каменных одноэтажных амбаров; двух каменных двухэтажных амбаров.

В 1880 году производство муки было прекращено.

В архивном фонде Казанской городской управы имеется акт от 26 ноября 1904 года на покупку городом у наследников И.Н.Журавлева и В.Е.Григорьевой земельного участка на Адмиралтейской улице в Адмиралтейской слободе с расположенными на нем зданиями паровой крупчатой мельницы с флигелями, службами и надворными постройками площадью 5115 кв. саженей. Таким образом, Казанское Городское Общество стало полноправным собственником данного земельного владения.

Причиной приобретения стало следующее обстоятельство. Возникла необходимость расположения воинских частей в зданиях города. В списке пригодных для размещения военного состава оказались корпуса бывшей Журавлевской мельницы на Адмиралтейской улице. В приказах по Казанскому военному округу на 4 декабря 1907 года в данном здании значится квартирующая сотня 4-го Донского казачьего полка.

В переписке Казанского городского головы от 23 августа 1910 года имеются сведения о необходимости срочного ремонта и перестройки зданий бывшей мельницы Журавлевых для размещения в них казарм для 161-го Александрийского полка. Он располагался там с 1910 по 1914 годы.

В советское время в зданиях размещалась Школа младшего авиационного состава, или ШМАС, в которой учились призывники со всего Советского Союза, и казанцы тоже. У школы был даже свой учебный аэродром.

Кстати, выпускники ШМАС общаются в Интернете. Адреса форумов: http://www.strizhi.ru/cgi-bin/yabb/YaBB.pl?num=1194861579; https://my.mail.ru/mail/esp1948panovka/photo/1969-1986/2753.html; http://www.strizhi.ru/cgi-bin/yabb/YaBB.pl?num=1194861579/40 и др. Судя по постам на форумах, ШМАС существовала и в 1990 году.

Фото: http://ikeller.livejournal.com/33529.html

Как рассказал «БИЗНЕС Online» известный предприниматель Александр Сергеев, комплекс зданий бывших Журавлевских казарм был приобретен компанией «Александр ЛТД» в 1999 году.

Замечу – еще до прихода в кресло министра обороны А. Сердюкова (2007).

Компания «Александр ЛТД» создала в Адмиралтейской слободе торговый центр «Петрушкин Двор». Это был целый квартал в границах улиц: Набережная – Боевая – Клары Цеткин – Адмиралтейская (бывшая улица Десятой годовщины Октября). Общая площадь – 7 га.

Александр Сергеев начал работать в бизнесе с 1992 года. В 2003 году стал основателем группы компаний с тем же названием – «Александр ЛТД». Успешный бизнесмен в 2002 году был назначен генеральным директором Агентства по развитию предпринимательства РТ (позднее – Комитет по развитию малого и среднего предпринимательства РТ, Агентство инвестиционного развития), однако через год покинул его. В перерывах между походами во власть Сергеев возвращался к оперативному управлению своей торговой империей, которую он, как у нас принято, не покидал никогда.

Подробнее на «БИЗНЕС Online»: https://www.business-gazeta.ru/article/133805

В 2006 году неожиданно для всех А. Сергеев возглавил администрацию Кировского района Казани и заявил о грандиозных перспективах возрождения казанского Заречья. Кстати, его планы реставрации бывших Журавлевских казарм совпадали с планами городской администрации. Ведь речь шла о памятниках культурного наследия Казани. В своде 1996 года комплекс зданий крупчатой мельницы К.И. Романова, построенных во второй половине XIX века, значится под номером 486.

В 2000-2005 годах было реконструировано здание паровой мельницы и открыт торговый комплекс «Петрушкин Двор» – 6 этажей (8,5 тыс. кв.м). В 2004-2006 годах реконструировано здание склада зерна, в 2005-м – одна из контор, в 2006-м – еще одна контора – офисные здания.

Одновременно на территории комплекса велось новое строительство.

В феврале 2013 года собственность, которую контролировал Сергеев, была приобретена за 115,5 млн. рублей Раифом Василовым. По словам А. Сергеева, сегодня комплекса «Петрушкин Двор» как единого целого не существует. Есть два десятка собственников – законных правоприобретателей (газета «БИЗНЕС Online» от 5 ноября 2014 года).

Рыбинские Журавлевы

Интересно было узнать о рыбинской ветви Журавлевых: Михаил Иванович – Николай Михайлович – Михаил Николаевич. В Интернете сведений о рыбинских купцах Журавлевых куда больше.

Николай Михайлович Журнавлев – основатель фабрично-заводского комплекса в селе Абакумово, благодаря которому купцы Журавлевы выросли в крупных промышленников. На купленной в 1846 году земле Николай Михайлович выстроил склады, конный завод, канатно-прядильную фабрику (1858), лесопильный завод со слесарней, пристань (1859), чугунолитейный и судостроительный заводы (1863), кроме того, здесь же находились кирпичный, крупчатый и маслодельный заводы. Абакумовская пристань считалась одной из самых лучших рыбинских пристаней.

Неподалеку от пристани Николай Михайлович устроил гавань, где была расположена верфь, где строились пароходы, баржи, барки и другие суда. Кроме фабрично-заводских зданий Журавлев построили в Абакумово дома для рабочих и служащих, трактир, лавку, бани, пожарную каланчу и множество других построек – «настоящая фабричная жизнь на европейских началах, жизнь со всеми удобствами, предупрежденная во всех потребностях рабочего люда» (Арсеньев). Николай Михайлович был награжден золотой медалью на Анненской ленте, имел благодарности от Синода (за пожертвованный капитал на Училище для девиц духовного звания в Ярославле).

«Н.М. Журавлев (1810-1872), купец первой гильдии и потомственный почетный гражданин, был одним из самых богатых торговцев хлебом Верхнего Поволжья. Писатель и публицист, – читаем на сайте «Рыбинская неделя», – Князь В.П. Мещерский писал:

«Быть в Рыбинске и не заметить его, значит, не заметить слона в хлебной торговле. Николай Михайлович Журавлев личность замечательная: по обширному своему уму, по необъятному запасу сведений о промышленной и торговой жизни России. Вникание в малейший интерес составляет тайну всемогущего влияния г. Журавлева на весь торговый мир Волги и ее притоков».

Ежегодно Н.М. Журавлев вел дела на знаменитой Нижегородской ярмарке. Первым из рыбинских купцов он занялся не только торговлей, но и промышленностью. В 1859 году в селе Абакумове, недалеко от Рыбинска, построил канатную фабрику. Изготавливались канаты и веревки длиной до пятисот метров. Такая длина была важна для использования на конных машинах. Конными машинами называли речные суда, подтягивавшиеся к завезенному вперед якорю посредством вращения ворота. Ворот, на который наматывался канат, тянувшийся к якорю, вращали лошади, ходившие на палубе по кругу.

В 1859 году Николай Михайлович отправил сыновей – Ивана и Михаила – учиться в Англию. Там братья изучали математику, химию, физику, естественную историю, геологию, минералогию, прикладную механику.

В 1860-х годах Н.М. Журавлев построил в Абакумове чугуно-литейный, механический и судостроительный заводы. Изготавливал, по мнению современников, лучшие пароходы на Волге.

После смерти отца в 1872 году Михаил продолжил дело отца в Рыбинске и Абакумове. При этом Журавлев-младший использовал знания, полученные во время учебы в Англии, где он не только научился организации промышленного производства, но и сделал важнейший для себя вывод: «Чем выше уровень жизни рабочих – тем лучше они работают!».

Как пишется в очерке на сайте, Михаил Журавлев превратил Абакумово в маленькую Англию. Его рабочие и служащие получали большую, чем в городе, зарплату. Он построил в Абакумове здание начального училища. Предоставил просторное, светлое, кирпичное здание под церковно-приходскую школу. Если дети рабочих и служащих из Абакумова хотели учиться в городе, барин оплачивал их учебу в Рыбинске.

Рабочие и служащие отвечали Михаилу Николаевичу добросовестным трудом и преданностью.

Михаил Николаевич был председателем Рыбинского биржевого комитета. Его деятельность на этом посту была оценена столь высоко, что в биржевом зале был вывешен его портрет. Он постоянно избирался гласным городской Думы. Его стараниями в Рыбинске была построена больница для судорабочих (1886), открыто коммерческое училище. В рыбинских учебных заведениях были стипендии имени Журавлева.

Михаил Николаевич состоял членом различных комиссий: по улучшению условий судоходства по Мариинской системе, о мерах против пожаров на судах, о благоустройстве Петербургского порта, исследования железных дорог в России. Был почетным членом попечительного совета детского приюта принца П.Г. Ольденбургского, на нужды которого жертвовал большие средства.

Михаил Николаевич имел ордена Святого Станислава II степени, Святой Анны II степени, Святого Владимира IV и III степеней. В 1905 году подал прошение о присвоении ему потомственного дворянства, в чем ему было отказано (1907 г.).

При Михаиле Николаевиче производство в Абакумове было усовершенствовано, выпуск продукции увеличился в три раза. В 1918 году предприятия и пароходство Журавлевых были национализированы. Сегодня Абакумово находится на дне Рыбинского водохранилища.

Кто хочет узнать о семье подробнее – http://www.yar-archives.ru/web-archive/index.php?act=fund&fund=4845; http://www.rybinsk-portal.ru/history/persons-61/

 Памятник для первой жены

Вернемся к началу моего повествования, к памятнику, который заставил меня еще раз вчитаться в историю родного города.

Вторая жена Ивана Николаевича – Вера Ефимовна, урожденная Ларионова, после смерти мужа унаследовала всю недвижимость в Казани и Казанской губернии стоимостью до 2 млн. рублей. Она вторично вышла замуж за Б.А. Григорьева – опекуна над имуществом и тремя детьми.

Подробностей о детях Ивана Николаевича немного. В публикации газеты «Республика Татарстан» об усадской усадьбе Журавлевых сообщалось, что у Ивана Журавлева было два сына: Михаил (офицер царской армии, он был убит еще в 1916 году – произошла какая-то стычка на Арском поле) и Николай, который погиб в Гражданскую войну. Была еще дочь. Правда, из нескольких источников я узнала, что ее звали не Ольга, а Аделаида.

Это поставило в моем исследовании большой знак вопроса. Тогда кто же упокоился на Арском кладбище?

Изучив очерк Людмилы Михайловны, я нашла то, что искала. Как выяснилось, на Арском погосте в 1869 году захоронена не дочь Аделаида, как говорил Анатолий Михайлович, а первая жена Ивана Николаевича Журавлева – Ольга Васильевна, дочь крупного хлебника, владельца мельницы и барж, купца I гильдии Василия Ивановича Романова.

Помните, мельница в Адмиралтейской слободе сначала принадлежала ее отцу?

Выходит, именно для первой жены был заказан дорогой надмогильный памятник. Кем? Не исключено, что бывшим мужем. Ведь он был очень богатым человеком.

Всего лишь один памятник на Арском кладбище, а сколько страниц из жизни Казани, прошлой и настоящей, он мне приоткрыл.

 Издательский дом Маковского Айтико - создание сайтов