Пишем о том, что полезно вам будет
и через месяц, и через год
|
17.02.2019

Цитата

<...> Казань по странной фантазии ее строителей – не на Волге, а в 7 верстах от нее. Может быть разливы великой реки и низменность волжского берега заставили былую столицу татарского ханства уйти так далеко от Волги. Впрочем, все большие города татарской Азии, как убедились мы во время своих поездок по Туркестану, – Бухара, Самарканд, Ташкент, – выстроены в нескольких верстах от берега своих рек, по-видимому, из той же осторожности.

Е.Марков. Столица казанского царства. 1902 год

Погода в Казани
-3° / -2°
Ночь / День
.
<< < Февраль 2019 > >>
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29    
  • 1909 (2.03) – В деревне Новые Каргалы Белебеевского уезда Уфимской губернии (ныне Башкортостан) родился Амирхан Еники (Амирхан Нигметзянович Еникеев), народный писатель Татарстана.

    Подробнее...

Первая гимназия в провинции

По инициативе Михаила Ломоносова указом Сената в 1759 году (по некоторым источникам – в 1758 году) в Казани была открыта первая в провинциальной России гимназия для обучения детей дворян, разночинцев и купцов.

Учебное заведение было в ведении Московского университета, откуда гимназия получила свой Устав, первых учителей и организаторов.

Третья в России

До этого в городе существовали лишь славянско-латинская школа (открыта в 1723 г., здесь обучались будущие церковнослужители) и цифирная (начальная) школа (1718 г.) при Адмиралтействе для обучения рабочих, занятых на строительстве судов, чтению, письму, арифметике и основам геометрии.

В XVIII веке всё российское образование было сосредоточено в духовных и военных учебных заведениях. Первая светская гимназия возникла при Петровской Академии наук в 1726 году. С открытием в 1755 году первого российского университета в Москве при нём немедленно создали вторую российскую гимназию.

Куратор университета И.И. Шувалов поставил задачу «подготовлять учащихся к слушанию  университетских лекций». Очевидно, этого источника пополнения студенчества недоставало, и руководство университета возбудило вопрос о создании гимназии на периферии. Но где именно?

Вот что рассказал об истории создания гимназии в Казани профессор Казанского федерального университета Валентин Королев в журнале «Казань» (сентябрь  2008 года): Академик У.Э. Фишер предложил:

«Если но­вые в разных городах Российского государства гимназии употребить запотребно рассуждено, то, по моему мнению, прежде всего надлежит гимназию основать в Казани. А когда ученики, по прошествии двух или трёх лет, окажут своё прилежание и успехи, тогда по малу можно оные гимназии разводить и в других городах Россий­ской империи».

Академик понимал выгоднейшее положение Казани, форпоста, открывавшего пути на Урал и в Сибирь, на север и южные просторы Туркеста­на, в низовья Волги и на Кавказ. Учтено было и то, что в Казани имелся кое-какой опыт обучения в цифирных школах Петровского Адмиралтей­ства, приходских училищах, Духовной семина­рии, школах батальонных кантонистов.

21 июля 1758 года с подачи Московского университета Елизавета Петровна подписала указ об основании Казанской гимназии. Сначала в гимназии училось 14 человек, потом – 25. В следующем учебном году было уже 120 учеников.

Первым директором назначили асессора Московского университета М.И.Веревкина, ставшего в 1785 году академиком. Это был известный писатель-просветитель XVIII века.  В середине 20-х годов XIX века гимназию недолгое время возглавлял И.И. Лажечников (1792-1869), будущий автор исторических романов.

Среди руководителей первой Казанской гимназии встречались настоящие подвижники народного образования, талантливые педагоги и неординарные личности. Таким являлся Николай Алексеевич Галкин, замечательный врач, храбрый морской офицер, талантливый организатор.

Сейчас мало кто помнит, что он был участником первой Антарктической кругосветки на шлюпе «Мирный» под командованием М. П. Лазарева. Закалённый моряк и опытный командир, он с 1826 по 1851 год являлся директором гимназии, и она тогда достигла своего расцвета.

Огромной любовью гимназистов и уважением казанской образованной публики пользовался Иван Александрович Сахаров. Выпускник словесного отделения Казанского университета, он всю свою жизнь посвятил делу образования. Работал в Казани инспектором гимназии, позднее был её директором окружным инспектором казённых училищ учебного округа, а с кончиной попечителя Грубера фактически управлял им. Когда Иван Александрович скончался, на погост Кизического монастыря его проводила вся Казань.

Тридцать пять лет у руля гимназии стоял способный педагог и отличный организатор Генрих Иванович Креленберг. Это была третья гимназия в стране и первая в российской провинции. Ей суждено было сыграть уникальную роль в становлении регулярной системы российского образования.

Оставаясь на протяжении почти полувека единственным учебным заведением подобного рода, первая Казанская обеспечивала учительскими кадрами многие губернские города России, где посте­пенно появлялось много разных школ. Одно­временно множество выпускников гимназии шли на государственную службу.

Гимназия способствовала развитию искусства, научной, общественной и литературной жизни города, создала базу для учреждения Азиатской типографии в 1802 году и для открытия университета в 1804 году. Это было первое учебное заведение, где с 1769 года преподавался татарский язык.

С 60-х годов XVIII века в ней  силами учащихся и любителей со стороны давались публичные театральные представления, положившие начало истории театра в Казани. Вот как вспоминал годы учения в гимназии Гавриила Державин:

Преподавалось учение языкам: латинскому, французскому, немецкому; арифметике, геометрии, танцеванию, рисованию и фехтованию. Более всего старались научить читать, писать и говорить сколько-нибудь по грамматике и быть обходительным: заставляли сказывать на кафедрах речи, также представить на театре, танцевать и фехтовать, что делало питомцев хотя в науках не искусными, однако же доставило модность, некоторую развязность в обращении.

Елизаветинская гимназия развивалась трудно. Тогдашнее состояние средств сообщения делало почти невозможным управление ею Московским университетом. Квалифицированных учителей не хватало, деньги поступали нерегулярно.Тем не менее число учащихся росло, в 1762 году их было сто девятнадцать, в 1773 году – сто двадцать пять.

Здание первой казанской гимназии на улице Воздвиженской. Фото 80-х годов XIX века.

Казанская гимназия создавалась по образцу Московской, однако сразу же в ней возникли существенные особенности. Особый Устав её разработал Юлий Иванович фон Каниц, возглавлявший гимназию с 1764 по 1781 год. Талантливый педагог и организатор, он сумел с учётом казанских обстоятельств упорядочить как учебную часть, так и бытовые условия, поддерживать дисциплину. Его Устав никем не утверждался, но введён был де факто и действовал до 1786 года.

Именно фон Каниц расширил преподавание иностранных, в том числе восточных языков. Ему принадлежит и инициатива организации гимназических театральных постановок. Это по его настоянию первую гимназию «для приращения её знатности и славы» стали называть Императорской. 25 августа 1785 года Екатерина II подписала указ о народных училищах, предусматривавший создание в каждом губернском городе Главного народного училища. Первая Казанская гимназия включалась в число таких училищ и передавалась из ведомства Московского университета заботе Казанского Приказа общественного призрения.

Гимназия теряла все свои привилегии и всё имущество, а потому сопротивлялась В 1787-1788 годах гимназисты всё ещё продолжали ходить учиться на квартиры к своим старым учителям. В 1788 году директор гимназии Листов представил в Приказ свой последний отчёт. Так в истории гимназии получился десятилетний перерыв.

Более стабильным стало существование гимназии после посещения Казани Павлом I. В 1798 году своим указом он передал учебному заведению библиотеку и другие художественные ценности князя Г.А. Потемкина.  Директором гимназии тогда был  П.А. Соколов.

В начале девятнадцатого века в Казанском учебном округе гимназии открылись в Пензе, Астрахани, Нижнем Новгороде, Перми, Симбирске, Тобольске и Вятке. В общем Уставе народных училищ, подведомственных университетам, от 5 ноября 1804 года провозглашалась всесословность образования: «в гимназии принимаются всякого звания ученики». Категорически запрещались телесные наказания. Вообще, этот устав отражал либеральные идеи, характерные для «дней Александровых прекрасного начала», как его назвал Пушкин.

К сожалению, нельзя сказать, что этот благой порыв был необратим. Дворянство яростно сопротивлялось новым веяниям, и к Николаевской эпохе в гимназиях насчитывалось не более четверти детей из разночинцев. Что касается Казанской гимназии, то в ней и в первое её столетие разночинцев было больше, чем дворян. Она всегда была наиболее открытой в ряду подобных заведений.

Почему так получалось? Ответ мы нашли в очерке профессора Валентина Королева. Эта особенность, как  и другие особенности Казанской гимназии, во многом определялась её первородством. Возникшая раньше других, она свой собственный положительный опыт всегда ценила выше пожалованных регламентов. Именно поэтому в ней трудно приживались новые нормативные акты. Даже с введением регулярной образовательной системы Казанская гимназия не могла стать типовой.

Особенностью её и великой заслугой было то, что в ней преподавались восточные языки, что делало гимназию уникальной. Начало этому положил ещё первый директор елизаветинской гимназии М. Верёвкин. При нем было введено преподавание татарского, а следом – калмыцкого языков.

Дальше пришла настоящая слава, потому как первая Казанская всё более расширяла изучение восточных языков. Кроме арабского и персидского в разные время преподавались монгольский, китайский, маньчжурский, армянский, санскритский, не говоря о турецком, татарском, калмыцком... Среди преподавателей были очень квалифицированные специалисты, в том числе носители языка «из природных азиатцев».

Первым преподавателем татарского языка стал с 1769 года переводчик адмиралтейской конторы Сагит Хальфин – родоначальник известной семьи татарских просветителей и лингвистов. Именно гимназия заложила основу создания знаменитой востоковедческой школы Казанского университета, которая оплодотворила и европейскую ориенталистику. В гимназии преподавали три поколения Хальфиных – Сагит, Исхак и Ибрагим, долго и успешно работал там Мухамед Галей Махмудов, персидскому обучали Александр Казембек и его брат Абдюсеттар (Николай), а чуть позднее Николай Сонин (Ибрагим Багиров), монгольскому языку учили лама Никитуев, А.В. Попов, К.Ф. Голстунский, китайскому – архимандрит Даниил, подготовивший себе смену из гимназиста Н. Зоммера.

Когда открылся университет, а в нём Восточный разряд, в Казани возникла блестящая последовательность подготовки востоковедов самой высокой пробы. Особенно процветала эта замечательная связка в эпоху Н.И. Лобачевского. Попечителем Казанского учебного округа в то время был М.Н. Мусин-Пушкин, неравнодушный к ориенталистике, а директорствовал в гимназии в течение четверти века Николай Алексеевич Галкин, тоже немало содействовавший развитию этой традиции.

В 1802 году при гимназии была открыта так называемая азиатская типография, которая первой в России начала печатание книг на арабском и татарском языках. В 1827 году она была присоединена к университетской. Служители типографии из природных татар накопили богатый опыт книгопечатания, стали прекрасными мастерами и впоследствии распространили книжное дело среди других тюркских народов Центральной Азии и Кавказа.

В ту эпоху имперское правительство также проявило большой интерес к восточной проблематике и поощряло как исследования, так и подготовку соответствующих кадров.

Казанская школа востоковедения, основание которой положила первая гимназия, стала широко известна не только в стране, но и за её пределами. Высокий авторитет этой школы выразился в том, что семь ее представителей были избраны в Императорскую Академию наук. И этим стоило гордиться. Однако так хочется присоединиться к сожалениям попечителя Казанского учебного округа П.Д. Шестакова, который писал в отчёте за 1865 год:

«Я не могу сродниться с грустной мыслью, что восточный факультет навсегда оставил Казань; я остаюсь в надежде, что этот факультет рано или поздно возвратится на свою настоящую почву и чем скорее это сделается, тем лучше для него и для России».

Сильный удар был нанесён первой Казанской гимназии Высочайшим решением 1854 года о переводе Восточного разряда в Санкт-Петербург. Она сразу же утратила свою главную изюминку, делавшую её уникальной. Переезд в Санкт-Петербург Мусина-Пушкина, назначенного попечителем столичного учебного округа, имел последствия.

Без него не обошлось в подготовке указа Сенату от 22 октября 1854 года, провозгласившего открытие в Петербургском университете факультета восточных языков. В связи с этим в Казани в гимназии и университете прекращалось преподавание восточных языков (оставался только татарский), финансирование переадресовывалось в Санкт-Петербургский университет, туда же переводились профессора-ориенталисты и многие студенты, туда же ушли восточные манускрипты, книги и коллекции.

Первая Казанская в практиковавшихся тогда смотрах гимназий регулярно занимала первое место среди десятка в учебном округе. Достигалось это за счёт того, что в гимназии продолжали работать многие профессора и адъюнкты университета.

В 1868 году гимназия широко и торжественно отметила столетний юбилей. Торжества длились три дня. Гимназия принарядилась, украсилась портретами царей-благодетелей и яркой иллюминацией. Над портретами Петра I, Елизаветы, Павла и царствовавшего Александра II было начертано: «Монаршими щедротами существует с 1758 года». В Казань приехало много гостей из разных гимназий учебного округа. На торжественном собрании всеобщий восторг вызвал Высочайший рескрипт на имя министра народного просвещения, зачитанный попечителем.

Император среди прочего провозгласил: «Мы признали за благо присвоить Казанской первой гимназии наименование Императорской». Пятнадцать преподавателей и чиновников гимназии были пожалованы орденами, младшим чиновникам и служителям выдали денежные премии.

С общим обзором пути гимназии за сто лет выступил автор Исторической записки В. Владимиров, удостоенный ордена Святого Владимира 4-й степени. В обзоре говорилось, в частности, что за сто лет в гимназии учились семнадцать тысяч человек. Только для университета гимназия подготовила семьсот студентов.

Юбилей проходил в благоприятных условиях. Россия становилась на путь общей модернизации, реформы шестидесятых-семидесятых годов значительно меняли лицо страны. Устав учебных заведений 1864 года утверждал принцип всесословности образования. Гимназия объявлялась главной формой общего среднего образования, в гимназиях вводились полномочные педсоветы. Преобразования получили поддержку общественности, в том числе крупных чиновников и просветителей.

Но и в эту новую эпоху проявилась хроническая российская болезнь, синдром попятного движения. Возглавил его граф Д.А. Толстой, ставший в 1866 году министром народного просвещения, он же был и обер-прокурором Синода. «Распространение между мещанами и крестьянами гимназического образования бесполезно», – утверждал он и повсеместно насаждал так называемые благородные пансионы, то есть закрытые для недворян учебные заведения.

Устав 1864 года предполагал деление гимназий на классические и реальные. В споре классицистов и реалистов Толстой выступил сторонником суперклассицизма. Этот метафизический спор на самом деле скрывал социально-политическую основу разногласий. Сторонники Толстого: известный консервативный публицист и издатель Катков, профессора Георгиевский и Неволин, чиновник и публицист Леонтьев настаивали на том, чтобы образование получалось «по состоянию». Позже Толстой принимает идею.

В условиях, когда новейшие социально-педагогические идеи становились достоянием широкой общественности, гимназия жила своей жизнью и часто поступала не по нормативам, а вопреки им.

Птенцы гнезда гимназического

В гимназии учились многие выдающиеся деятели отечественной истории и культуры. В 1759 года в числе гимназистов первого набора был будущий известный писатель и государственный деятель  Г. Державин. Казани адресованы его слова, повторенные затем в несколько измененном виде А. Грибоедовым в его комедии «Горе от ума» и обошедшие всю Россию: «Отечества и дым нам сладок и приятен...»

В гимназии начал формироваться духовный мир крупнейшего русского поэта XVIII века, здесь он начал, по собственному выражению, «марать стихи». В 1801-1805 годах воспитанником I мужской гимназии был С. Аксаков, впоследствии известный писатель. Вместе со своим одноклассником А. Панаевым он издавал в гимназии рукописный литературный журнал «Аркадские пастушки» (1804).

Из стен гимназии вышли создатель неэвклидовой геометрии Н. Лобачевский (учился с 1802 по 1807 г.), знаменитый химик А. Бутлеров (окончил в 1844 г.), поэт Г.Каменев, замечательный художник-пейзажист И. И. Шишкин (учился с 1843 по 1848 г.), астроном и географ И.Симонов, химик А.Бутлеров и многие другие известные всей России люди.

С середины XIX века гимназия становится вслед за Казанским университетом одним из очагов революционного брожения. Выдающимся представителем революционного молодежи был Н. Федосеев, учившийся в гимназии в 1880-1887 годах. Его политическая неблагонадежность для гимназического начальства была очевидна, и он в конце декабря 1887 года был вынужден покинуть гимназию. В 1888 году Н. Федосеев стал организатором первых марксистских кружков в Казани. В работе одного из них осенью 1888 года, после возвращения в Казань из кокушкинской ссылки, принимал участие В. Ленин. Н. Федосеев был арестован в июле 1889 года. Почти полтора года, пока тянулось следствие, Федосеев находился в Казанской тюрьме. Он вел себя мужественно, отказался давать какие-либо показания, благодаря чему картина полной деятельности казанской нелегальной марксистской организации 1888–1889 годов так и осталась нераскрытой. В декабре 1890 года после суда Н. Федосеев был отправлен в Петербургскую тюрьму «Кресты». В. Ленин вел переписку с Н. Федосеевым, оценивал его как «необыкновенно талантливого и необыкновенно преданного своему делу революционера».

С 1887 по 1889 год в гимназии учился младший брат В. Ленина – Д. Ульянов. На рубеже Х1Х-ХХ веков Казанская Императорская (она единственная в России носила такой титул) гимназия превратилась в образцовое среднее общеобразовательное заведение классического типа. Как и прежде, она была главным источником пополнения Казанского университета.

В последней трети девятнадцатого века его студентами стали многие выпускники гимназии, чьи имена составляют непреходящую гордость старейшего университета России. Среди них замечательные медики А. С. Догель, И. А. Праксин, В. М. Аристовский, В. Л. Боголюбов, А. Д. Сперанский, представители славной казанской химической школы А. Е. Арбузов, А. Я. Богородский, Д. М. Марко, А. Н. Реформатский, астрономы и математики Е. А. Болотов, А. А. Михайловский, В. А. Баранов, словесники и историки В. А. Богородицкий, И. А. Стратонов, М. К. Корбут, Н. Ф. Калинин...

Многие из этих имён станут широко известны уже в XX столетии. Но и тогда было известно, и сейчас хорошо знают и помнят, что они вышли из старейшей российской гимназии.

Дом для гимназии

Только в 1762 году гимназия получила собственное помещение – два свежесрубленных двухэтажных дома в приходе Грузинского образа Богоматери. В 1774 году на город, как ураган, обрушилось пугачёвское восстание. Все учителя, обслуга и ученики старше шестнадцати лет участвовали в обороне города, но вынуждены были отступить в крепость. Пугачёвцы дотла сожгли здание гимназии.

После такого погрома она ютилась во временных пристанищах сперва в Татарской слободе, затем в доме купца Пушникова на Проломной. 

В конце 70-х годов XVIII века по проекту В. Кафтырева было построено специальное здание (современный адрес: угол улиц К. Маркса и Жуковского, д. 43/13), сохранившееся до наших дней. Здание прямоугольное в плане, кирпичное, оштукатуренное, является интересным памятником архитектуры барокко в Казани. Вход в дом со стороны дворового северо-западного фасада.

Вот как описывают это здание специалисты-архитекторы: архитектурная композиция и декоративное убранство фасадов присущи позднему барокко. Юго-восточный фасад дома (в пять окон) обращен на улицу Маркса, а северо-восточный (в три окна) – на улицу Жуковского. Объем здания завершается венчающим карнизом. Фасады фланкированы узкими лопатками, верх которых не доходит до венчающего карниза и обрывается на уровне оконных завершений. Низ лопаток не доходит до цоколя, выложенного из камня. Окна с лучковыми перемычками обрамляются плоскими барочными наличниками, с завершением сложной формы – «с ушками». Чердачное перекрытие выполнено по деревянным балкам. Крыша стропильная, четырехскатная, кровля железная.

В 1798 году гимназия была переведена в губернаторский дом на Воскресенской улице (ныне улица Кремлевская). Однако с 1805 года в этом же здании разместился Казанский университет, а для гимназии было решено построить другое здание.

 Как пишет профессор Валентин Королев, предтеча университета, первая Казанская гимназия сыграла огромную роль в период его становления. Возникший на её базе университет долго составлял с гимназией одно целое. Парадокс: поначалу создавалось впечатление, будто университет открыт при гимназии, а не наоборот, как утверждалось в Уставе 1804 года. И дело не только в том, что база была одна – прекрасный дом на Воскресенской, но и в том, что административную власть передали в одни руки – директор гимназии получил ещё необычный пост профессора-директора университета.

К тому же в первое время финансирование университета шло через гимназию. Что касается высшего начальства, то попечителя Казанского учебного округа академика С. Я. Румовского, крупного учёного, но к этому времени одряхлевшего, такое положение устраивало.

Трудно сказать, что могло бы развиться из этой ситуации, будь во главе гимназии и университета другая личность. Но Илья Фёдорович Яковкин обладал недюжинной волей, большой изворотливостью ума и огромным властолюбием. Правдами, а чаще неправдами он умудрялся держать в порядке эту двуединую структуру. С открытием университета главной задачей гимназии стала подготовка молодых людей к учёбе в нём.

Уже в феврале 1805 года в студенты были переведены успешно закончившие гимназический курс. Первым в списке стояло имя Петра Кондырева, будущего профессора университета. Среди других знакомые имена: братья Василий и Дмитрий Перевощиковы, будущие академики, Александр Княжевич, будущий имперский министр финансов, Сергей Аксаков, братья Панаевы, Василий Тимьянский, Андрей Кайсаров, тоже будущие профессора университета.

И с этого времени ежегодно первая гимназия пополняла ряды студентов. Территориальное сожительство гимназии и университета продолжалось полтора десятка лет. За эти годы помещения стали тесными для двух учебных заведений, хотя к гимназическому дому были прикуплены соседние дома Тенишева, Кастелли и Спижарной.

В 1807 году у помещика Молоствова был приобретен двухэтажный каменный дом, выстроенный в 1798 году по проекту Ф. Емельянова, куда гимназия перебралась только в 1811 году.  Но в 1812 году из двух московских женских пансионов, подведомственных Опекунскому Совету императрицы, эвакуировали сто шестьдесят благородных девиц под присмотром тайного советника Баранова, и губернатор Б.А. Мансуров попросил Яковкина вернуть гимназию на Воскресенскую.

Когда прогнали Наполеона и беженки вернулись в Москву, в 1813 году гимназия, наконец, перешла в своё здание. Однако 3 сентября 1815 года в страшном пожаре гимназические дома сгорели дотла. И вновь гимназия с оставшимся скарбом вернулась назад. Только 27 августа 1820 года она окончательно освободила помещения на Воскресенской и переехала в восстановленное здание на Воздвиженской.

 

В 1811 году здание было перестроено. Оно видоизменялось еще в 1840, 1939-1940 годах.  К переменам причастны архитекторы  В. Смирнов, Я. Шелковников, М. Коринфский, А. Бикчентаев и В. Дубровин.  В. Смирнов и Я. Шелковников в 1811 году сохранили почти без изменений фасад существующего дома, заменив лишь угловые широкие окна второго этажа двумя, более узкими.

Главный вход был украшен шестиколонным коринфским портиком, вместо фронтона портик завершался большим балконом-террасой, средняя часть дома была приподнята на один этаж и перекрывалась куполом (ныне убранным). Надстройка третьего этажа удачно увязывалась с общим масштабом здания и придавала внешнему облику длинного здания парадность и величественность.

Гимназии были упразднены при Советской власти. Что было в здании первой гимназии до 1932 года, выяснить не удалось. Новую жизнь оно обрело в связи с созданием на базе аэродинамического отделения университета Казанского авиационного института. 

Первый учебный корпус Казанского национального исследовательского технического университета имени А.Н. Туполева. Фото 2012 года

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

 Издательский дом Маковского Айтико - создание сайтов