Цитата

Лучше молчать и быть заподозренным в глупости, чем отрыть рот и сразу рассеять все сомнения на этот счёт.

Ларри Кинг, тележурналист, США

Хронограф

<< < Сентябрь 2019 > >>
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30            
  • 1930 – Введено обязательное изучение татарского языка для всех студентов 1, 2 и 3 курсов Казанского университета,  на факультетах медицинском, экономическом, советского строительства и права.

    Подробнее...
Finversia-TV

Новости «100 в 1»

Новости от Издательского дома Маковского

Погода в Казани

Яндекс.Погода

1000 лет Казани - предъявите доказательства

Во многом под влиянием «сенсационных» сообщений СМИ считается, что возраст Казани был определен по одной чешской монете, найденной в одном из кремлевских раскопов. Однако существует немало других аргументов в поддержку версии казанских археологов.

Во-первых, была подтверждена и уточнена стратиграфическая шкала культурного слоя, созданная еще в 1970-х годах профессором Халиковым. Согласно этой шкале, культурные отложения Кремля, имеющие мощность от 3 до 8 и более метров на разных участках, делятся на 5 разновременных слоев, нижний из которых, V – самый ранний, накоплен в домонгольское время.

Во-вторых, в раскопах найдено немало доказательств по каждому культурному слою. И все они прошли высококвалифицированную экспертизу не только в российских, но и в зарубежных научных институтах.

Представляем вашему вниманию сообщения по наиболее важным аргументам, подготовленных с помощью ученых Института истории Академии наук РТ.

 «Князь Вацлав» из Праги

Поистине сенсационной находкой является древнечешская монета, найденная в 1997 г. в домонгольском слое раскопа IX, расположенном к северо-востоку от Благовещенского собора Кремля. Данная монета (пока самая ранняя и единственная) имеет чрезвычайно важное значение для датировки раннего слоя Казани. На аверсе монеты изображен равноплечий крест, на реверсе – храм с двумя ступенями; между колоннами надпись: IOА, скорее всего обозначающая сокращенное имя монетчика.

Вид монеты, как считает начальник нумизматического отдела Национального музея Чехии Яромира Хаскова, соответствует так называемому храмовому типу, преобладавшему на монетах восточной части Германской империи, точнее в Баварско-Швабской области. На монете написано по латыни: «Вацлав князь» и «Город Прага». Имя князя может принадлежать только князю из династии Пржемысловичей, ставшему позднее покровителем Чехии – святого Вацлава.

Я.Хаскова считает, что данная монета могла возникнуть только в Чехии и не позднее 929-930 гг., но причина ее возникновения не была экономической. Она была изготовлена из свинца с небольшой примесью серебра. Изготовленная из некачественного материала, не могла применяться в международной торговле. Судя по отверстию на краю монеты, монета использовалась в качестве украшения, значит, могла попасть в Казань не обязательно торговым путем. По мнению Я.Хасковой, монета была чеканена не позже X века.

Какова же была цель чеканки в Пражском Граде монеты с именем Вацлава? Поскольку фискальные причины исключаются, утверждает Я.Хаскова, остаются только причины политические. Монета – символ власти. Историки считают князя Вацлава одним из самых дальновидных славянских правителей того времени, а чеканка монет полностью соответствовала начинаниям прозорливого правителя, благодаря которым он приблизился к «цивилизованному» миру западной культуры. Чеканка монеты ставила Вацлава – князя до того времени разрозненной Чехии в один ряд с правителями зарождавшейся Германской империи.

Данное заключение было подтверждено участниками рабочего симпозиума «К проблематике древнечешской монеты из Казани», проходившего в Праге в марте 1999 г.

 Ярмила Хаскова,

начальник нумизматического отдела Национального музея Чехии

Чешская монета, найденная в 1997 году при археологических исследованиях Кремля имеет чрезвычайно важное значение для датировки раннего слоя города Казани.

Вид монеты соответствует т.н. каролингскому храмовому типу, преобладавшему на монетах восточной части Германской империи, точнее в Баварско-Швабской области. В баварском городе Регенсбурге, где монеты спорадически чеканились еще в IX в., регулярная чеканка монет была организована в начале Х в. Это в первую очередь монеты императора Конрада I (911-918) и князя Арнульфа.

Для баварских монет до самого начала XI в. стал характерным один тип, подражающий старому каролингскому образцу XPISTIANA REGILIO. Этому типу подражает и монета, найденная в Казани, не будучи, однако, немецкой.

Описательные легенды на монете однозначно указывают на то, что местом ее происхождения является Чехия. Имя князя, которое мы находим на монете, вызывает удивление, так как не может принадлежать никому другому из династии Пржемысловичей, как князю, ставшему позднее покровителем Чехии – святому Вацлаву (907? – 935?). Почему именно это имя удивляет? Главным образом потому, что вместо VASLAV, в то время было принято другое написание этого имени – VENCESLAV.

Еще не закончилась дискуссия между чешскими и зарубежными нумизматами по поводу другой монеты – т.н. святовацлавского денария, приписанного именно князю св. Вацлаву. И хотя характер монеты, вызвавшей дискуссию, совершенно иной, но мы и на ней находим имя Вацлава.

Оставив в стороне все типологические анализы и высказанные гипотезы, мы приходим к важному заключению: ни у кого из дискутирующих не вызывает сомнения возможность существования в Чехии объективных условий для возникновения монеты во время правления Вацлава, т.е. до 955 г., который в настоящее время считается общепризнанной датой начала монетного дела в нашей стране. Кроме того, монета, найденная в Казани, вписывается в контекст исторического развития в Чехии.

Найденная монета могла возникнуть только на территории Чехии. Причина возникновения монеты, несущей имя Вацлава, как нам кажется, не была экономической. К такому выводу мы приходим на основе анализа металла, из которого изготовлена монета – свинец с небольшой примесью серебра. Само собой разумеется, что монета, изготовленная из некачественного материала, не могла иметь никакого экономического эффекта в области обмена.

В международной торговле использовался преимущественно византийский золотой и серебряные монеты высокого качества арабского и европейского происхождения. Судя по уже упомянутому отверстию на краю казанской монеты, она использовалась в качестве украшения. Такое использование этой монеты одновременно указывает на то, что она могла попасть из Праги в Казань не обязательно торговым путем.

Из всего вышесказанного вытекает вопрос: какова была цель чеканки в Пражском Граде монеты с именем Вацлава? Если мы на основании предшествующих размышлений исключим фискальные причины чеканки, то останутся только причины политические. Это неудивительно, так как историки считают князя Вацлава одним из самых дальновидных славянских правителей того времени.

Дело в том, что чеканка монеты полностью соответствует начинаниям прозорливого правителя, благодаря которым он приблизился к «цивилизованному» миру западной культуры. Возможно, это было стремление отличиться от «варваров» за рекой Лаба (Эльба) в период саксонской экспансии. Чеканка монеты, кроме всего прочего, ставила признанного правителя до того времени разрозненной Чехии в один ряд с князьями зарождающейся Германской империи. Поэтому 929-930 годы, когда происходили военные столкновения и переговоры между Вацлавом и саксонским Ииндржихом I, можно считать самым вероятным временем возникновения древнечешской монеты из раскопок Казанского Кремля.

  От редакции:

Как явствует из акта находки, составленного 15 августа 1997 г., монету нашел Богдан Сауленко в присутствии Юрия Григорьева и Айрата Ситдикова.

Первым ее исследовал старший научный сотрудник отдела нумизматики Государственного Исторического музея А.Беляков, который определил время чеканки – X – XI век. Монета археологам показалась серебряной, однако В.Потин из Эрмитажа с помощью рентгенофлюоресцентного анализа определил, что это – почти чистый свинец. «Подлинность предмета, с точки зрения типа коррозии сомнений не вызывает», – написано в заключение нумизматического отдела (15.01.1998). По надписям на монете он определил, что монета – чешская.

При рентгенофлюоресцентном анализе в условиях Ратген-лаборатории Государственного музея Берлина (23.01, 1998) в составе монеты были обнаружены небольшие вкрапления серебра, меди и железа. Окончательная экспертиза была проведена в Чехии, доктором Я.Хасковой, начальником нумизматического отдела Национального музея (Прага), которая в августе 2000 года была участницей международного научного семинара «Историко-культурное наследие Великого Волжского пути». Она сделала тогда сообщение на тему «Взгляды ученых на чешскую монету, найденную в Казанском Кремле». Статья в книге «Археологическое изучение булгарских городов» (Казань, 1999), которую мы предлагаем вашему вниманию с большими сокращениями, подготовлена на основе этого доклада.

 Арабский дирхем

Арабский дирхем Х века – половина монеты из серебра хорошего качества – был обнаружен в домонгольском слое раскопа XIII. На монете отсутствовала надпись с указанием места и времени чеканки, имя халифа, при правлении которого она чеканилась.

Данная находка изучалась группой специалистов: Д.Г.Мухаметшиным (Болгар), И.Г.Добровольским (Санкт-Петербург), Г.А.Федоровым-Давыдовым (Москва), определивших время ее чеканки первой половиной Х в.

Более углубленное изучение проводил профессор А.Совелам (университет «Айн Шамс», Каир, Египет). В культурный слой Древней Казани, по предположению А.Совелама, она могла попасть во второй половине X, но никак не позднее начала XI века.

 Джамиль Мухаметшин,

директор Болгарского государственного историко-архитектурного заповедника, эпиграфист и нумизматист

В 1997 г. при археологических раскопках Казанского Кремля был обнаружен обломок серебряного дирхема. Он происходит из раскопа XIII (участок Б/3, глубина 297 см от современной поверхности), расположенного у подножия северо-восточного склона Кремлевского холма за пределами ранних укреплений города. Монета лежала в слое V в виде плотной гумусированной темно-серой супеси с мелкими вкраплениями древесного угля рядом с подпрямоугольным в плане сооружением, которое археологи склонны интерпретировать как остатки раннего жилища. Находки из данного слоя немногочисленны и представлены лишь фрагментами булгарской гончарной керамики домонгольского времени.

Дирхем обрезан, диаметр 37 мм, вес (сохранившегося обломка) – 1,2 гр. Шифр в коллекционной описи КК-97-ХШ/244. Место и год чекана, к сожалению, определить невозможно. По палеографии надписей он близок к чекану Балха и Андероба 20-30-х годов Х в. При отсутствии в культурном слое других датирующих находок дирхем может быть использован для датировки слоя. Однако здесь надо учитывать обстоятельство поступления куфических монет на территорию Поволжья и степени их обращения.

Куфические монеты на территорию Среднего Поволжья поступали начиная с VIII в., а на Русь – с рубежа IХ-Х вв. Однако, как средство обращения дирхемы начали использоваться только в конце IX в. Клады и отдельные находки саманидских дирхемов в количественном отношении резко возрастают в 50-60-х годах Х в. Монеты 20-30-х годов в Среднее Поволжье, вероятно, поступали позднее, именно в эти годы. В.М.Потин, исследуя клады монет, пришел к выводу, что период от чеканки основной массы монет до их зарытия составляет около 30-50 лет. Однако при исследованиях Старой Ладоги А.Н.Кирпичников обратил внимание на случаи, когда арабские дирхемы попадали в культурный слой через 4-7 лет после их чеканки. С учетом вышесказанного, слой, в котором был обнаружен наш дирхем, можно датировать второй половиной « концом Х в.

 Мохаммед Гамал Эль Дин, Адель Совелам

Мы проводили сравнительное изучение казанской находки с монетами из нумизматической коллекции Музея исламского искусства в Каире, просмотрели доступные нам каталоги арабских монет в Дамаске и Ираке и в итоге пришли к следующим результатам.

Изучение почерка, которым написано на половине монеты (дирхема), стиля написания (с учетом версии Корана) позволяют утверждать, что этот дирхем принадлежал одному из правителей первого Саманидского периода, который завершается в III столетии Хиджры (X столетие н. э.)

Исмаил Ахмад (295-301 г. X. Или 907-914) первым от халифа получил разрешение на чеканку монет, и все саманидские коллекции монет берут начало практически со времен его правления. Судя по последней букве, которая сохранилась на монете, и ее расположению в тексте, можно предположить, что она чеканилась при правителе Исмаиле Ахмаде. Если это так, то год чеканки ее можно определить в пределах 279-295 гг. X., или 892-907.

Сопоставительное изучение монет, чеканенных при Саманидах, показывает, что в первый период существования государства монеты выпускались обычно в Шаше (Ташкент), а позднее – в городах Балхе и Андерабе. Таким образом, есть основания предполагать, что местом чеканки казанской монеты был, скорее всего, город Шаш.

 От редакции:

Как явствует из акта находки, составленного 22 сентября 1997 года, дирхем найден в раскопе XIII, за пределами ранних укреплений города – у Воскресенской башни (подошва склона Кремлевского холма). Автор находки – Рафаил Хуснуллин. Непосредственные свидетели: Ренат Хасанов, Ринат Мавлимов (?), Тамара Хлебникова.

Монета обнаружена при расчистке пятна подпрямоугольного сооружения 10, возможно, жилища, стратиграфически связанного с пятым слоем, на глубине 297 см от современной поверхности.

 Гончарная и лепная керамика

По заключению известного археолога-булгароведа к.и.н. Т.А.Хлебниковой (Казань), данная категория находок является надежным датирующим материалом. Анализу было подвергнуто 1106 фрагментов булгарской керамики, происходящих из 12 раскопов.

Глиняная посуда V слоя на 80,3% состоит из общебулгарской гончарной керамики, мелкопесочного теста, преимущественно лощеной, окислительного обжига, в основном красного и коричневого цвета. По форме это цилиндрошейные и с блоковидной горловиной горшки, кувшины, кружкообразные и блюдообразные сосуды, чашечки. Есть образцы от триподов на ножках и фрагменты корчаг, в том числе и с массивным венчиком, характерным для первой половины домонгольского периода, что вполне согласуется со стратиграфическими данными, так как происходит из заполнения ямы, которая восходит к основанию V слоя.

Сред находок примечательна ручка трипода в виде стилизованной головки лося. Сосуды с такими ручками бытовали также в первой половине домонгольского времени. В гончарной с примесями керамики V слоя достаточно выразительна керамика, выделенная в группу XIII («джукетау»).

Чрезвычайный интерес вызывает керамика III группы салтово-маяцких истоков. Это всего 20 фрагментов, часть оказалась в верхних слоях, но легко узнаваема по характерным признакам. Это горшки с блоковидной, достаточно широкой горловиной, закругленным краем венчика, расширяющимся в верхней части туловом. Орнаментированы по плечику пояском округлых пальчатых вдавлений или углублениями в виде «запятых».

Гораздо более выразительна, по мнению Т.А.Хлебниковой, лепная керамика из древнейшего слоя Кремля. Это, можно сказать, классические образцы керамики булгар салтово-маяцкого и прикамско-приуральского происхождения. Керамика II группы (всего 21 фрагмент) аналогичная, по классификации С.А.Плетневой, кочевнической керамике из памятников Хазарии, изготовлена из характерного шамотно-растительного теста и имеет форму широко-горлого горшка с блоковидной горловиной, утолщенным венчиком, оформленным пальчатыми защипами.

Лепная керамика, 10-12 век

Те же культурные истоки в салтово-маяцких древностях болгар лесостепной полосы Подонья и Северного Донца имеет другая, XI группа лепной керамики (всего 25 фрагментов). Ее форма – горшок с блоковидным горлом, диаметр которого чуть больше половины наибольшего диаметра тулова. Данная группа керамики характеризуется широким резным линейным и волнистым орнаментом. На всех горшках волнистый орнамент нанесен по плечику, а линейный покрывает тулово и имеет вид рифления. По скошенному краю венчику нанесены насечки.

Керамика прикамско-приуральских и поволжских финно-угорских истоков относительно немногочисленна. По имеющимся образцам Т.А.Хлебникова представила реконструкции двух типов круглодонных горшков с толченой раковиной:

1) с подцилиндрической горловиной, орнаментированной веревочными отпечатками и с насечками или гребенчатым штампом по скошенному краю венчика (VII группа);

2) с блоковидной горловиной также с веревочным орнаментом по ней и защипами по краю венчика (V группа). Имеется также несколько фрагментов керамики приуральских угорских народов (VIII и XVII группы) – венчики горшков с подцилиндрической невысокой горловиной с резной линейно-волнистой и в виде разорванной волны орнаментации.

Определяя общебулгарскую гончарную керамику V слоя в целом домонгольским периодом, Хлебникова указала на ряд признаков, характерных для Х-Х1 вв. Это высокогорлые цилиндрошейные с рифленой горловиной горшки, некоторые формы чашек и блюдообразных сосудов, ручки в виде головок лося, триподы, массивные формы венчиков корчаг. Анализ отдельных групп лепной посуды позволил Т.А.Хлебниковой определить нижнюю дату V слоя Казанского Кремля Х веком и не позднее рубежа Х-ХI вв.

Читайте подробнее в книге Т.А.Хлебниковой «Керамика памятников Волжской Болгарии. К вопросу об этнокультурном составе населения. – М., 1984).

 Украшения и предметы одежды

Бусы, подвески, браслеты, пряжки и пр. составляют наиболее интересную группу находок из древнейшего слоя Казанского Кремля. Часть из них имеет датирующее значение.

Результаты исследований стеклянных и каменных бус из древнейшего слоя Казанского Кремля были представлены профессором Й.Кальмером (г. Берлин, Германия). Все бусы (их всего 14 экземпляров) составляют, по заключению эксперта, две хронологические группы. В старшую группу он включил бусы-пронизки (в одном случае с серебряной фольгой), которые в Северной и Восточной Европе начинают встречаться с конца VIII – начала IX вв., но еще будут в Х и чуть позднее. Этим же временем можно датировать бусину из черного стекла с крупными слегка выпуклыми глазками из синего и белого стекла. В большом количестве они известны в Салтовском могильнике У111-1Х вв.

Шаровидные сердоликовые бусы Й.Кальмер также относит к раннему типу женских украшений, широко распространенных в Восточной и Северной Европе. Однако в регионе Среднего Поволжья они бытовали еще и в начале XI века. В младшей группе бус имеются одно– и двухчастные «лимонки» из желтого стекла, бусинки с мелкими и частыми глазками, которые Й.Кальмер датировал второй половиной Х-Х1 вв.

Данная категория находок из Казанского Кремля, а также торгово-ремесленных поселений ранних булгар Х-Х1 вв. исследовалась также, причем с применением спектрального и химического анализа, директором археологического музея КГУ С.И.Валиуллиной (г. Казань), подтвердившей основные выводы Й.Кальмера на более массовом материале.

В коллекции женских украшений древней Казани имеются четыре браслета. Два из них изготовлены из бронзового дрота с утолщенными четырех– и шестигранными концами. Поверхность украшена циркульным орнаментом.

Подобные находки обычны в памятниках поволжских финнов, особенно древних марийцев, 1Х-Х вв. Верхним хронологическим рубежом их бытования считается начало XI в. Еще один браслет (детский), обнаруженный при выборке сооружения 23 раскопа II, относится к типу плетенных из четырех проволочек. Браслет такой формы, по мнению Е.П.Казакова, можно датировать Х-Х1 вв. Представляет интерес бронзовая привеска бубенчик грушевидной формы с орнаментом в виде ромбических и треугольных изображений на тулове. Такие изделия характерны для булгарского ремесленного производства Х первой половины XI вв.

В раскопе XIII 1998 г. в районе мастерской кожевенника ханского времени, но почти на уровне погребенной почвы была обнаружена бронзовая пряжка от поясного ремня с овальной рамкой и слегка расширяющимся книзу подпрямоугольным щитком, имеющим фигурный конец. Наиболее близкие аналогии данной находки известны в материалах Веселовского могильника Х – начала XI вв.

Украшение на металле

Исключительный интерес представляет бронзовая с позолотой накладка на ремень обнаруженная также на раскопе XIII 1998 г. В центре ее лицевой части имеется полушарный выступ, а по краю – бордюр с симметрично расположенными утолщениями, имитирующими вытянутые звенья цепочки. Центральный выступ соединяется с бордюром четырьмя, также симметрично расположенными изображениями стилизованных лепестков.

Венгерская поясная накладка

По мнению эксперта И.Фодора (Будапешт, Венгрия), данную находку обоснованно включают в список изделий венгерского происхождения. На территории Восточной Европы их немного, но в массовом виде обнаруживаются в памятниках Венгрии периода завоевания родины.

На основании многочисленных аналогий И.Фодор датирует их преимущественно до середины Х века, однако для казанской находки предлагает более позднюю дату – конец Х – начало XI вв., так как некоторое время она использовалась в качестве женского украшения.

Позолоченная бронзовая накладка на конскую упряжь – одна из последних находок, сделанных в Кремле. Экспертом в ее оценке в данном случае стал венгерский ученый, известный специалист по средневековой археологии Иштван Фодор.

По его заключению, в Восточной Европе такие вещицы встречаются очень редко. Отверстие на изделии, однако, указывает на то, что бляшка была использована вторично в качестве подвески, но попала она в землю не позднее начала XI века. 

 

Читайте в «Казанских историях»:

Земля Казанская пропитана нашей историей

Казань как булгарский город

Военно-оборонительные укрепления ранней Казани

 

  Издательский дом Маковского