Пишем о том, что полезно вам будет
и через месяц, и через год
|
19.08.2017

Цитата

<...> Казань по странной фантазии ее строителей – не на Волге, а в 7 верстах от нее. Может быть разливы великой реки и низменность волжского берега заставили былую столицу татарского ханства уйти так далеко от Волги. Впрочем, все большие города татарской Азии, как убедились мы во время своих поездок по Туркестану, – Бухара, Самарканд, Ташкент, – выстроены в нескольких верстах от берега своих рек, по-видимому, из той же осторожности.

Е.Марков. Столица казанского царства. 1902 год

Погода в Казани
+16° / +25°
Ночь / День
.
<< < Август 2017 > >>
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31      
  • 2005 – В Национальном музее РТ открылась выставка «Музейные раритеты – тысячелетию Казани». Это был итог работы многих поколений сотрудников музея, коллекционеров, ученых, бережно сохранявших исторические реликвии.

    Подробнее...

Загадка стальной двери Благовещенского собора

Куда вела замаскированная стальная дверь Благовещенского собора, рассказывает профессор Булат Султанбеков.

В казанской истории немало тайн и загадок. Вспомним хотя бы версию о бочках с ханским золотом в озере Кабан и загадочных подземных переходах, пронизывающих город.

В моем детстве (я вырос в Суконной слободе, точнее – на примыкавшей к ней Третьей горе) ходили слухи о богатствах заброшенного армянского кладбища на нашей улице, а также о знаменитой «Дунькиной щели» на выезде по Оренбургскому тракту, где в глубоком овраге, дескать, зарыто золото шайки, предводимой лихой девицей. Думаю, что таких мест в Казани много.

Что же касается нашей улицы, то в начале войны во всех домах было приказано рыть щели на случай бомбежки! И в нашем саду тогда нашли клад. Аккуратно смазанные шашки, несколько вскрытых ржавчиной револьверов, два ведра патронов и три снаряда...

Эхо Гражданской войны. Bcё это было торжественно снесено нами в ближнее отделение милиции. Закон тогда чтили даже в Суконке. Но были в Казани и настоящие сокровища.

Настоятелем кафедрального собора в Казанском кремле долгие годы был Андрей Поликарпович Яблоков, а протодьяконом – знаменитый бас Аксенов, обладатель могучего голоса, от которого даже гасли свечи. Страстью настоятеля была церковная история и ее «раритеты». Кстати, он был автором нескольких книжек по истории отдельных храмов и статей в «Православном собеседнике».

Особой любовью Яблокова пользовалось редчайшее собрание предметов церковной древности епархии, вверенное его попечению. А их со времен первосвятителей Гурия и Германа накопилось немало. Берёг он все это весьма тщательно и рачительно и приумножал по мере возможности. Для хранения была оборудована специальная комната – ризница.

А дверь была сделана приходскими умельцами стальная о трех замках, да еще замаскированная. Предосторожность не лишняя: лихих людей и тогда хватало. Умыкнули ведь в Казани главную святыню – икону Казанской Богоматери. Украли было в Седмиозерной пустыни другую реликвию – икону Смоленской Богоматери с бриллиантовым окладом, но ее, к счастью, быстро нашла полиция.

В ризницу допускался только архиерей. И даже на заседаниях церковно-исторического общества Яблоков демонстрировал, как правило, не сами предметы, а их фотографии.

А затем грянули революция и междоусобная смута, именуемая гражданской войной.

Известно, что взятие Казани, захваченной белочехами и белогвардейцами, в начале сентября 1918 г. подготавливалось мерами весьма жесткими. На войне как на войне. Казань постоянно бомбила красная авиация. Было повреждено несколько церквей.

А так как в августе освобождение Казани от красных приветствовалось почти всей интеллигенцией, а духовенство служило молебны по этому поводу, то нет ничего удивительного в том, что перед падением города из него начался великий исход. По дороге через Столбищи и Пестрецы по направлению к Каме тянулись десятки тысяч людей и сотни повозок. По дороге на них совершали налеты аэропланы красных.

В числе ушедших было немало духовных лиц. И как показали последующие события, мера была не лишней. Среди ушедших в сторону Чистополя был и протопоп Яблоков, очевидно, не думавший, что расстается с городом и предметом своих неусыпных забот надолго.

Прошел почти год. В отличие от помещений Спасско-Преображенского монастыря в Кремле, превращенного в место солдатского постоя, Кафедральный собор простоял год почти не тронутый. Бывали, правда, в нем военные, поднимались даже наверх, но замаскированную стальную дверь никто не обнаружил, а среди прихожан лиц, желавших нагреть на этом руки, не нашлось.

Так продолжалось до конца лета 1919 года. В августе – сентябре ЧК произвела обыски в ряде церквей. В Петропавловском соборе нашли несколько ящиков с имуществом бежавшего священника, а на хорах Кафедрального увидели, наконец, замаскированную дверь. Однако открыть ее не удалось. Ключи унес с собой Яблоков. Некоторые горячие головы предлагали сунуть под дверь пару «лимонок», но чекисты на это не пошли и, выставив 26 августа охрану, стали подыскивать «умельца» в тюрьме.

Все это стало сразу же известно церковной и научной общественности. На квартире у профессора Иринарха Аркадьевича Стратонова, знатока церковной истории и руководителя архивной службы губернии, собрались встревоженные священники и некоторые профессора университета. Было принято решение: учитывая историческую ценность предметов, хранящихся за стальной дверью, просить власти передать их в распоряжение только что созданного Общества археологии и охраны памятников и музея при нем.

Стальная дверь оказалась крепким орешком даже для приглашенного «специалиста». Наконец через 6 часов упорного труда 29 августа двери со скрипом открылись. На этой церемонии присутствовали, кроме чекистов, Стратонов и несколько других представителей общественности, в их числе известный искусствовед П.Дульский. Любопытно было всем.

В двух комнатах в идеальном порядке находились известные по фотографиям и неизвестные сокровища: панагии, старинные кресты, различные облачения, сосуды, книги, иконы. Впрочем, ценность их заключалась не в самом золоте, серебре и самоцветах, а в исторической значимости. Кто может оценить в деньгах, например, церковные сосуды эпохи Грозного или вещи, подаренные Петром или Екатериной? Много было церковной утвари, принадлежавшей видным церковным деятелям, сыгравшим большую роль в истории России и края, митрополитам, архиепископам, некоторым патриархам, первосвятителям Казанского края.

На следующий день работники ЧК предъявили ордер на конфискацию найденных вещей, однако комиссия, созданная при Обществе, опротестовала его, и заместитель председателя комиссии Петр Дульский добился приема у председателя губисполкома Николая Антипова. Было принято разумное решение: вещи оставить на месте, составить полную опись, сфотографировать и наиболее ценные для истории послать в Москву, на экспертизу в Наркомпрос. Одновременно Стратонов и Дульский связались с Луначарским и Грабарем. Нарком обещал переговорить с Лениным и Дзержинским.

7 октября была составлена подробная опись. Особенно подробно описали 33 предмета. Однако посылать их в Москву не пришлось, еще 3 октября оттуда пришла телеграмма о передаче всех без исключения вещей в музей.

Благовещенский собор сегодня

Так в целом благополучно закончилась эта история. Правда, не для всех. В 1922 году, когда составлялись списки для высылки за рубеж многих ученых на так называемом философском пароходе, из Казани в них попали трое – ректор университета Овчинников, профессор-психиатр Трошин, ученик Павлова, и Стратонов. Тот самый.

Не знаю дальнейшую судьбу сокровищ. Хотя описи, очевидно, сохранились. Но ведь прошло уже много времени, да и у музея бывали не лучшие времена. И пропажи случались. Много мы пережили разных кампаний. В 1930 году даже объявляли соревнования по сдаче священных мусульманских книг в утиль – и везли возами. Но, думаю, кое-что, по крайней мере, в запасниках, есть. Выставить бы все это, а что-то и вернуть епархии или патриархии. Вон, в Москве даже рублевские уникумы вернули по принадлежности.

Один из собеседников сказал мне, что надо бы больше показывать все, что связано с историей религии в республике. Очевидно, это так. Первым шагом была выставка документов «Судьба духовенства республики», организованная Обществом архивистов-историков и Главным архивным управлением республики. Многие из них тогда впервые увидели свет и были неожиданными и для верующих, и для атеистов.

 

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

 Издательский дом Маковского Айтико - создание сайтов