Пишем о том, что полезно вам будет
и через месяц, и через год
|
26.04.2017

Цитата

<...> Казань по странной фантазии ее строителей – не на Волге, а в 7 верстах от нее. Может быть разливы великой реки и низменность волжского берега заставили былую столицу татарского ханства уйти так далеко от Волги. Впрочем, все большие города татарской Азии, как убедились мы во время своих поездок по Туркестану, – Бухара, Самарканд, Ташкент, – выстроены в нескольких верстах от берега своих рек, по-видимому, из той же осторожности.

Е.Марков. Столица казанского царства. 1902 год

Погода в Казани
+7° / +10°
Ночь / День
.
<< < Апрель 2017 > >>
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
  • 1910В Казани открыта больница, построенная на средства купца первой гильдии Я.Ф.Шамова, которая дошла до нас как Шамовская больница. Яков Филиппович не дожил до ее открытия.

    Подробнее...

Рамиль Хайрутдинов: «Наша задача сохранить память и дух Старо-Татарской слободы»

Инвестиционная группа компаний ASG восстанавливает несколько зданий в историческом центре Казани. О реставрации, сохранившихся архитектурных объектах историко-культурного наследия и перспективах использования старинных зданий корреспонденту журнала «Мир искусств» рассказал директор Института международных отношений, истории и востоковедения КФУ Рамиль Хайрутдинов.

Директор Института международных отношений, истории и востоковедения КФУ Рамиль Хайрутдинов

– Достаточно существенные перемены происходят в этой сфере, – рассказывает Рамиль ХАЙРУТДИНОВ. – В Казани всегда была сильная школа исследователей, и мы должны быть благодарны и Академии наук и, прежде всего, министерству культуры РТ, которые на протяжении 80-х – 90-х гг. смогли сохранить те лучшие традиции, которые идут со времен еще советской России.

Во все времена существовала инициативная группа людей, которые изучали памятники архитектуры. В той или иной степени по итогам этой работы были изданы книги: «Республика Татарстан: памятники истории и культуры татарского народа. Конец XVIII – начало ХХ вв.» (на русском и татарском языках), «Республика Татарстан: памятники истории и культуры. Каталог-справочник», «Республика Татарстан: памятники православной культуры», «Свод памятников истории и культуры Республики Татарстан: Административные районы», – Т.I.

Не всегда все архитектурные памятники Казани были включены во все издания. Хотя неоднократные попытки предпринимались. И последние были три-четыре года назад.

– С чем связано то, что Казань не вошла в некоторые издания?

– Как вы знаете, город стремительно менял свое лицо в последние годы. По итогам реализации программы ветхого жилья часть архитектурных объектов города была потеряна. Хотя, конечно, очевидно, что люди не могут жить в ужасающих условиях. В собранных нами материалах все эти данные сохранились, но публиковать их в данный момент, наверное, не совсем корректно.

Сейчас наступило время, когда требуется не свод памятников, которых нет, а каталог тех объектов историко-культурного наследия, которые дошли до наших дней. Министерством культуры РТ принято решение опубликовать сводный каталог памятников, которые сохранились. Предстоит большой труд, мониторинг, фиксирование всех изменений памятников. Необходимо следить за ними и предпринимать меры по их восстановлению.

Среди достижений республики – издание свода археологических памятников. В целом работа в этом направлении в республике идет в правильном направлении. Вопросами изучения и сохранения объектов историко-культурного наследия занимаются многие: от муниципальных государственных учреждений до общественных организаций. Есть еще и должность советника Президента РТ по данным вопросам, которую занимает Олеся Балтусова. Но самое главное – это отношение к наследию. В республике проводятся различные массовые мероприятия, а работа фонда «Возрождение», Министерства культуры РТ, Академии наук, сотрудников КФУ получает самые высокие оценки.

Кстати говоря, на сегодняшний день на территории республики самое большое количество музеев-заповедников, которые активно работают. Плюс, не будем об этом забывать, строятся новые музеи. Развивается в республике не только музеефикация архитектурных памятников, но и реставрация.

Другое дело мы считаем, что наследие – это тот продукт, который в будущем будет играть огромную роль и в экономике с привлечением средств, инвестиций, поэтому мы за то чтобы этот процесс не зависел только от желания одного или нескольких людей, а был осознанной государственной политикой. Поэтому все наши усилия направлены на тех людей, я имею в виду археологов, ученых, исследователей, которые участвуют в подготовке номинаций. Есть стремление этот процесс сделать необратимым в хорошем смысле этого слова.

– Не существует ли опасность превращения архитектурных памятников лишь в объекты для туризма?

– Это сложная проблема. Но начну с того, что действительно в моей жизни был счастливый этап, когда я прикоснулся к миру музейного сообщества. (Рамиль Хайрутдинов с лета 2007 по май 2012 г. занимал должность директора Государственного историко-архитектурного и художественного музея-заповедника «Казанский Кремль» -  Прим. ред.)

Я по-прежнему связан с музейным делом. Периодически встречаемся с музейщиками, обсуждаем общие вопросы. Взаимоотношения с музейным сообществом теплые. На сегодняшний день в музейном направлении ведется достаточно большая работа в КФУ. Руковожу рабочей группой, которая разрабатывает концепцию о создании нового музейного пространства в КФУ. Недавно мы встречались с Михаилом Борисовичем, обсуждали проекты. Он нас поддерживает. А в выступлениях наших коллег неоднократно рассматривалась тема гармонии между культурой и современным миром.

– Расскажите, пожалуйста, что вам удалось сделать в этом направлении в период работы в Казанском Кремле?

– Я могу сказать, что в Кремле многое удалось сделать. Об этом свидетельствует и статистика: существенно увеличилось количество туристов, посещающих его. Я пришел в тот момент, когда закончился этап реставрации, и нужно было осваивать музейное пространство. Мы проводили опросы среди казанцев, по итогам которых выявили неожиданные вещи.

Несмотря на то, что в 2005 году отмечался тысячелетний юбилей города, большинство его жителей ничего не знали об истории кремля, а некоторые вообще никогда не были на его территории. В этой непростой ситуации надо было изменить отношение людей к собственному историко-культурному наследию и к музейному пространству.

За те 5 лет, что я проработал там, многое изменилось – кремль стал желанным местом отдыха, проводится достаточно большое количество мероприятий, были добавлены и детские программы. И это было правильно, так как здание для музея – это всего лишь камни, а вот когда есть дух, есть историческая память, когда на эти камни приходят, они – живые.

Для нас было важно создать туристический продукт, привлекательный для туристов со всего мира. На сегодняшний день мы один из лучших российских городов в плане туризма, а казанский кремль – отличное место для посещения туристами. Но с другой стороны все прекрасно знают, что у нас не так уж и много мест, где можно отдохнуть душой. У нас яркий и современный город, в котором еще предстоит очень много работы с выдающимися архитектурными памятниками.

– Существую ли какие-то ограничения, связанные с посещениями памятников или с их эксплуатацией?

– Безусловно, определенные ограничения есть. Ведь памятник подвергается негативному воздействию со стороны окружающей среды. Поэтому, например, в музей не может прийти за раз сто человек, а только группа из десяти человек. Есть определенные пределы. По этой же причине нельзя слишком часто вести службу в Благовещенском соборе, мечеть Кул Шариф тоже работает по определенной схеме.

Мы старательно разводили турпотоки, чтобы, грубо говоря, одна группа уходила влево, а другая – вправо. Не будем забывать и о требованиях пожарной безопасности и т.д. и т.д. Поэтому важно, чтобы работала команда с четко выраженным планом управления. Кстати, на памятники культурного наследия готовится документ, в котором четко прописываются все нюансы.

– Как вы считаете, не опасно ли эксплуатировать храмы, монастыри, мечети? Не лучше ли для сохранности передать их в ведение музейщикам?

– Музейные работники тоже не всегда правы. Необходим некий баланс между использованием соборов и их сохранением. Например, Ватикан – это доступная территория, в то же время – это центр религиозной жизни. Бывает так, что храмы часто используют туризм в качестве основного источника дохода, например, греческие монастыри. Мы за то, чтобы были жесткие ограничения в использовании объектов культурного наследия. Надо понимать, что эти объекты создавались не для служения сегодняшнему дню, они создавались на века.

Лично у меня вызывает беспокойство так называемый человеческий фактор, который может привести и к печальным последствиям для памятника архитектуры.

Объекты историко-культурного наследия, реставрируемые ASG в Старо-Татарской слободе

Здание по улице Тукая (дом №87), реставрируемое ASG

 

Процесс реставрации дома №87 по улице Тукая в Старо-Татарской слободе

– Могут ли объекты ASG в Старо-Татарской слободе стать привлекательными для туристов?

– Знаете, за последние лет тридцать было много творческих конкурсов, различных проектов по адаптации Старо–Татарской слободы и включения ее в культурное пространство Казани. Но обычно все заканчивалось осознанием, что Старо-Татарская слобода с ее патриархальностью, маленькими домишками, курицами на улицах, с ремесленными лавочками – это потеряно. На сегодняшний день вся слобода – это новострой, сохранилось лишь несколько улочек, но они уже не придадут ту, особенную, ауру Старо-Татарской слободы.

Мечтать о слободе XVIII – начала XX веков не имеет смысла. К тому же она неоднократно горела. Ее восстанавливали не раз и не два. Наша задача сохранить память и дух Старо-Татарской слободы.

Из усадеб, которые сейчас реставрируют или которые законсервированы, можно делать рестораны. И это прекрасно! Представьте, посетитель выходит на террасу, вдыхает воздух, говорит: Ах! Как хорошо!».

И ему начнут рассказывать старинные предания о Старо-Татарской слободе: здесь пожар был – улица вся пылала, там клад нашли, а купцы здесь жили так-то…

Я отношусь к этому со всей серьезностью – если берешься за реставрацию, то надо ее делать бережно, пусть долго, десятилетиями, но очень аккуратно, сохраняя объект. Нам же наши потомки не простят, если не сохраним наследие, будем использовать для восстановления не аутентичные эпохи материалы, а стандартные, для современного евроремонта.

– Как вы оцениваете реставрацию дома Банарцева по улице Карла Маркса, дом 18?

– Считаю, что реставрация дома Банарцева проведена хорошо. Понятно, что тоже есть новое, но, по крайней мере, добавлено оно деликатно. Я за санацию. И потом, многие торопятся с процессом реставрации, и в итоге у них получается просто капитальный ремонт. Главное, в этом деле – не спешить!

Я приведу в качестве примера Казанский Кремль. Однажды, когда мы там работали, заметили крен одной из стен. Мы предположили, что она может завалиться. Но тогда Минтимер Шарипович Шаймиев сказал, что как она до нас стояла, так и будет стоять. Мы укрепили фундамент.

С тех пор я понял, что никогда нельзя спешить в деле реставрации. А эта стена как стояла, так и стоит. С ней все в порядке и это один из подлинных участков стены Казанского кремля.

Дом Банарцева (Казань, ул. Карла Маркса, 18)

Алина ЕРШОВА

Публикация 13 ноября 2015 года

Оригинал – http://int-ant.ru/news/news-culture/culture-k/ramil-khairutdinov-our-task-is-to-preserve-the-memory-and-spirit-of-old-tatar-sloboda/

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

 Издательский дом Маковского Айтико - создание сайтов