Пишем о том, что полезно вам будет
и через месяц, и через год
|
15.12.2017

Цитата

Сей город, бесспорно, первый в России после Москвы, а Тверь – лучший после Петербурга; во всем видно, что Казань столица большого царства. По всей дороге прием мне был весьма ласковый и одинаковый, только здесь еще кажется градусом выше, по причине редкости для них видеть. Однако же с Ярославом, Нижним и Казанью да сбудется французская пословица, что от господского взгляду лошади разжиреют: вы уже узнаете в сенате, что я для сих городов сделала распоряжение

Письмо А. В. Олсуфьеву
ЕКАТЕРИНА II И КАЗАНЬ

Погода в Казани
-5° / -1°
Ночь / День
.
<< < Декабрь 2017 > >>
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31
  • 1901 – Родился Кави Наджми Кави,  писатель, общественный деятель, один из организаторов и первый председатель Союза советских писателей ТАССР

    Подробнее...

Кто будет очередным хозяином Белого дома?

В Соединенных Штатах Америки – очередная президентская гонка. Вдруг я вспомнила, что однажды, в 1999 году, видела ее вблизи, а потом внимательно наблюдала со стороны, вернувшись из американской командировки. Поездка была организована европейским сектором отдела иностранных посетителей Бюро по делам образования и культуры Информационного агентства США (ЮСИА) по гранту поддержки свободы в России.

Из опыта президентской кампании в США (1999-2000)

В роли организации-устроителя выступил Международный центр «Меридиан». Программа «Отношения между государством и прессой» предусматривала недельное пребывание в Вашингтоне, три дня – в г.Оклахома-Сити (штат Оклахома), 2 дня – в г.Де-Мойн (штат Айова) и 2 дня – в Нью-Йорке. Она предполагала ознакомление с опытом взаимодействия пресс-служб органов власти США с редакциями СМИ как на федеральном уровне, так и на уровне штата. Программа была составлена таким образом, что основное внимание было уделено двум направлениям работы, в том числе взаимодействию в период начавшейся в то время кампании по выборам президента США 2000 года.

Первое собрание в США с организаторами нашей командировки. Фотоснимки мои. Не судите строго

Наблюдение за американскими выборами дали возможность не только увидеть, как выбирают главу государства в самой демократичной стране мира (тогда говорили об этом без иронии), но и узнать много интересного про систему власти в США, понять ее внутренние механизмы. Потом, когда стала учить журналистике специалистов по связям с общественностью, по-другому посмотрела на предвыборные технологии. Очерк нигде в полном виде не публиковала. Дала в газете «Казанские истории», если память не изменяет, два фрагмента. Сейчас размещаю его в полном объеме, ничего не меняя. Правда, материал столь велик, что последнюю главу я все-таки изъяла. К тому же он носит более специфичный характер. В нем я анализирую предвыборные технологии американской президентской кампании. Очерк был завершен в 2000 году, 14 октября. 

Что видно вблизи

Интрига президентской гонки в США, закрученная в ходе предварительных выборов в 16-ти штатах, 7 марта 2000 года завершилась неожиданным финалом: после объявления результатов голосования свои кандидатуры сняли демократ Вильям Брэдли и республиканец Джон Маккейн, который к этому времени стал любимцем избирателей. Что-то заставило их пойти на такой шаг задолго до последней черты, ведь национальные партийные съезды демократов и республиканцев, на которых избираются единые кандидаты от главных партий, были запланированы на август. Из Казани, конечно, весьма сложно объяснить подобные решения претендентов на Белый дом, и все-таки попробую, опираясь на личные впечатления, а также на публикации в российских СМИ и сайтах Интернета.

Мне довелось побывать в Америке в июле 2009 года. Наша делегация, состоящая из пресс-секретарей органов высшей власти субъектов Российской Федерации, попала, можно сказать, в эпицентр предвыборных событий того времени. Организаторы поездки решили показать нам, как взаимодействуют власти со средствами массовой информации в период крупных политических кампаний. В Вашингтоне мы посетили американский Конгресс, затем три дня жили в городе Де-Мойн – столице штата Айова, который играет в ходе президентской кампании особую роль.

Белый дом где-то позади. Нас в него не пригласили

С начала 2000 года с помощью коллег из московских газет, освещающих выборы президента США, с интересом наблюдала за событиями с противоположного берега океана. Надо сказать, что информации наши СМИ предоставляют негусто. Лишь два издания регулярно рассказывали о том, что происходило в США: «Независимая газета» и «Новые известия». Их публикации позволили воссоздать более или менее целостную картину, которую порой нельзя не сравнить с аналогичными российскими событиями, благо они во многом совпали по времени.

Правда, порой разнобой в оценках и даже фактах был столь существенен, что, казалось, речь идет о разных событиях и странах. В одной газете прочитала, что штат Айова голосовал еще в декабре прошлого года, однако республиканец Маккейн от участия в этих выборах отказался. Другая газета дала информацию поточнее – голосование прошло по графику, 24 января 2000 года, с участием сенатора из Аризоны, но тот набрал там не так уж много голосов.

Пришлось просить помощи у американского посольства в Москве, откуда прислали предвыборную брошюру с необходимой информацией, еще раз доказав, что Первая поправка к Конституции США – о праве на информацию – действует. Но даже брошюра не дала ответа на все вопросы, которые рождала эта предвыборная кампания. Зато я поняла, чем отличаются американских выборы от наших.

В 1999 году две башни Международного торгового центра еще стояли. Я внутри одной из них

Все начинается с «праймериз»

Понятно даже непосвященному, что в Америке в принципе невозможна ситуация, которую мы все наблюдали во время выборов президента Российской Федерации. Там подготовка к новым выборам начинается по сути на следующий день после предыдущего голосования. Это позволяет не только в подробностях узнать политические взгляды претендентов на Белый дом, но и вдоволь покопаться в их частной жизни. Так что в Америке всегда голосуют осознанно. Во всяком случае, избирателям так кажется.

Далеко не все осознают, что их решение сформировано умелой политической рекламой, в чем можно легко убедиться, наблюдая за президентской кампанией 2000 года.

Предвыборная гонка в США состоит из нескольких важных этапов. Все начинается с открытого неформального голосования на кокусах – так называются собрания и конференции членов политических партий, которые каждые 4 года, в январе-феврале високосного года, проводят в штате Айова две главные политические партии Америки. Сначала в каждом графстве (административно-территориальная единица типа нашего района) называются имена претендентов на Белый дом, потом на уровне штата проходит первое голосование, итоги которого для кого-то – своего рода старт для дальнейшей предвыборной кампании, а для кого-то – финиш. Кандидатам, не набравшим в ходе кокусов в Айове 15 процентов голосов, как правило, не стоит далее тратить деньги.

Но бывают и исключения. Маккейн, наделавший много шума в ходе нынешней предвыборной гонки, там набрал всего 5 процентов.  

Этимология слова «caucus» обращает нас к индейской истории США. Так назывались собрания племенных вождей, на которых принимались судьбоносные решения. Потом «кокусом» стали называть группу лиц, объединенных каким-то общим интересом, партийным, отраслевым или общественным. Так, в американском Конгрессе, кроме постоянных комитетов, есть десятки неформальных кокусов самого разного направления, создаваемых для лоббирования конкретных интересов.

Как нам рассказали в Айове, у жителей этого края в далекие времена была возможность выбрать между двумя предвыборными процедурами – «caucus» и «primeris», и они предпочли первый вариант, как говорят в США – «демократию снизу». Айовцы называют себя «делателями президентов». Они считаются достаточно образованными и политически грамотными людьми, чтобы доверить им первый выбор.

По политическим пристрастиям жители штата делятся примерно на равные три части – республиканцы, демократы и независимые. Более чем за полгода до голосования в Де-Мойне, столице штата, открываются штаб-квартиры всех кандидатов. Процедура кокуса предполагает не просто знакомство с кандидатами. В Айове претенденты на Белый дом впервые озвучивают свои предвыборные платформы, что делает этот штат весьма притягательным для журналистов. За кокусами идет этап тайного голосования на первичных выборах (primeris), на которых выявляются предпочтения избирателей, поддерживающих ту или иную партию, по отношению к выдвинутым кандидатам и отбираются делегаты на национальные партийные съезды.

В некоторых штатах праймериз проводят обе партии, в ряде штатов – одна. В Калифорнии, помимо партийного голосования по выбору номинанта, проходит общее, внепартийное соревнование между всеми кандидатами, которое зовут «конкурсом красоты». В нынешнем году в бюллетень были внесены 5 фамилий.

В истории избирательных кампаний почти не было случаев, чтобы кандидат, проигравший в Калифорнии, стал президентом. Впрочем, предвыборная кампания 2000 года опровергла многие ранее сложившиеся традиции и стереотипы. Праймериз проходят в 44 штатах (всего штатов, как известно, 50). В российских газетах писали далеко не обо всех выборах. После марта они вообще утратили интерес к предвыборной гонке и обратили на нее внимание только во время проведения национальных партийных съездов.

В системе выдвижения кандидатов на пост президента США разобраться весьма сложно. С 1970 года она пребывает в состоянии перманентных изменений. Практика показывает, что успеха чаще всего добиваются те, кто умеет гибко действовать в заданных рамках и в обход них. Предвыборная борьба здесь, несмотря на внешнюю интеллигентность, жесткая и безжалостная.

Постоянные изменения правил объясняются тем, что, в отличие от системы избрания президента и вице-президента, процедура выдвижения кандидатов и проведения праймериз не прописаны в Конституции страны. Когда она принималась, партий еще не было. Основные исторические вехи таковы: с 1796 по 1828 годы претендентов на Белый дом определял так называемый Королевский совет – члены Конгресса, принадлежащие к одной из тогдашних политических партий; с 1828 судьбу хозяина Белого дома определяла единая партия – демократические республиканцы, к 1831 году разбившаяся на несколько политических групп. В тот год члены небольшой Антимасонской партии, собравшиеся в одном из салунов, выбрали своих кандидатов на посты президента и вице-президента.

Потом партийные съезды стали проводить все партии, как основные, так и второстепенные. На протяжении всего ХIХ и в начале ХХ века съезды полностью контролировались партбоссами, стало быть, именно они определяли, кто будет главой государства. Это не очень нравилось рядовым членам партий, и в стране были инициированы политические реформы. Штаты получили право принимать законы, разрешающие устраивать первичные выборы, на которых о своих предпочтениях могли заявить рядовые партийцы.

Борьба за новые правила предвыборной кампании велась долгие годы. Менялось число штатов, где проводились первичные выборы. Рядовых избирателей совсем было отодвинули от принятия важных решений, и только бурное развитие средств массовой информации, которые позволили стать участниками предвыборной кампании практически всем американцам, вернули интерес к праймериз. Это случилось уже после второй мировой войны.

Очередные политические перемены были инициированы демократами. Действующее выборное законодательство, сформированное в эти годы, поощряет штаты к проведению первичных выборов. Причем порядок их прохождения определяют сами штаты. Он такой запутанный, что лучше не лезть в законодательные дебри, ограничившись знанием нескольких важных деталей. В зависимости от законодательства штата избиратели могут подавать голоса непосредственно за претендентов на пост президента или опосредованно – за делегатов, обязанных поддерживать определенных кандидатов.

Правила выдвижения кандидатов от разных партий несколько отличаются друг от друга, тем не менее существуют достаточно жесткие общие предписания. В первую очередь в вопросах сбора средств и политической рекламы. В настоящее время примерно 80% делегатов, участвующих в съездах своих партий по выдвижению кандидатов, определяются на первичных выборах, открытых для всех зарегистрированных или самоопределившихся республиканцев и демократов.

Хитрость политической системы заключается в том, что при всем видимом равенстве кандидатов приоритет всегда отдается претендентам от двух крупных партий.

В последние годы в них сформировались две важные тенденции. Первая – все больше штатов перемещают праймериз и партийные конференции поближе к началу кампании, с тем чтобы оказать большее влияние на отбор кандидатов, побудить претендентов вложить больше средств в предвыборную агитацию.

Например, нынешняя предвыборная кампания началась еще летом 2008 года. Партийные конференции в Айове прошли в январе, а с февраля начались первичные выборы. Говорят, что так рано предвыборная гонка еще не начиналась.

Вторая тенденция – штаты активно сотрудничают со своими соседями, стремясь проводить первичные выборы и партийные конференции в одно и то же время, чтобы максимально увеличить свое политическое воздействие на исход голосования. Все это заставляет кандидатов сосредотачивать свои усилия и соответственно деньги там, где выборы проходят раньше, активно использовать в предвыборной борьбе СМИ. Это не под силу мало известным кандидатам и тем, у кого скуден предвыборный бюджет.

Заключительная фаза предвыборной кампании начинается после Дня труда (первый понедельник сентября). К этому времени заканчивается бейсбольный сезон, и избиратели могут переключить свое внимание со спортивных репортажей на политическую рекламу.

Выборы президента проводятся в первый вторник ноября каждого високосного года. Они существенным образом отличаются от наших, поскольку у нас на финише выборной кампании право голоса имеет каждый избиратель, а в Америке – только выборщики,, избранные на партийных съездах.

Число выборщиков от каждого штата равно числу конгрессменов региона – сенаторов (по два от каждого штата) и членов Палаты представителей (их число зависит от населения). Больше всего выборщиков в штате Калифорния (54). В штатах Аляска, Вайоминг, Вермонт, Делавэр, Монтана, Северная Дакота, Южная Дакота и федеральном округе Колумбия – по три выборщика. Порядок голосования каждый штат устанавливает сам.

В ходе праймериз определяется, сколько выборщиков будет у каждого кандидата во время главного голосования. Кандидат, побеждающий на всенародном голосовании в пределах штата, обычно получает все голоса выборщиков от данного штата. В некоторых штатах фамилии выборщиков включаются в бюллетень вместе с фамилиями кандидатов.

В подавляющем большинстве случаев уже в ноябре бывает ясно, кто будет президентом, но окончательное решение принимается только в январе следующего года. Чтобы кандидат считался избранным, достаточно простого большинства голосов. Поскольку всего выборщиков 538, для победы необходимо получить не менее 270 голосов. Новый президент США принесет присягу и вступит в должность 20 января 2001 года.  

Тирания невозможна в принципе

Отцы-учредители США – Джордж Вашингтон, Бенджамин Франклин, Джеймс Медисон, Александр Гамильтон и другие, принимая Конституцию нового государства, подстраховались от многих напастей, не желая воспроизводить на американском континенте монархическую систему власти, характерную для Европы, и создали такое государство, в котором ни тирания, ни даже авторитарная власть невозможны в принципе. Власть рассредоточена между Конгрессом, президентом и исполнительной властью в целом так, что ни один клан или финансовая группировка, ни один даже самый сильный правитель до сих пор не имели возможностей узурпировать ее (правительство в США конституционных полномочий не имеет).

Мы убедились, как относительно мирно соседствуют в Вашингтоне демократ Клинтон и республиканское большинство в Конгрессе. При этом в штатах могут складываться совсем другие властные конфигурации. Вызывает уважение американская традиция не называть высоких должностных лиц бывшими – президент останется президентом и тогда, когда покинет свой пост. Правда, никто ему не гарантирует того, что гарантировали первому Президенту Российской Федерации, но и подвергать поношению его тоже никто не позволит. Вот почему действующий правитель не рассматривает Белый дом как последний бастион своей жизни.

Где-то прочитала такое признание Дж.Кеннеди: «Такое впечатление, что живешь в гостинице, из которой когда-то надо будет выезжать».

То, что плохо для президента, очень хорошо для народа, который раз в четыре года имеет возможность поменять главу государства, раз в шесть лет – сенаторов, раз в два года – членов Палаты представителей. Но при этом не происходит не то что кардинальной ломки государственных устоев, но даже малого их деформирования.

Американская Конституция создала правовую основу для организационного оформления групповых интересов и их доступа к политическим процессам. Процесс выборов, принятия решений, взаимодействия властей между собой и с народом – все подчиняется четким правилам, нарушать которые не позволено никому.

Мы могли видеть по телевизору, как передвигается по стране кандидат в президенты Альберт Гор, ныне вице-президент – как простой гражданин, на обычном рейсовом самолете, без свиты официальных помощников из Белого дома. У россиян вызовут улыбку обвинения Гора и Клинтона в том, что они в 1996 году пользовались телефонами Белого дома для сбора средств на выборы, но в США это привело к достаточно серьезным последствиям.

Если в законе написано, что государственные чиновники не имеют права влиять на ход избирательной кампании, именно так и происходит. Причем речь идет не только о нравственной стороне дела. Создается такая организационная структура взаимоотношений, при которой по максиму исключаются контакты чиновников с субъектами избирательной кампании и даже с журналистами.

С интересным опытом подобного рода нас познакомили в Айове, где мы встретились с представительницей фирмы «Проект 2000» мисс Дезире Дорнбург. Во время кокусов в Де-Мойне собирается до 2000 журналистов, все заботы которых берет на себя эта фирма. Она дает им полную и объективную информацию, в отличие от пресс-служб кандидатов, которые сообщают прессе только те сведения, которые им выгодны, организует пресс-конференции на условиях равенства всех кандидатов, а также выполняет массу других необходимых работникам пера и микрофона услуг – обеспечивает жилье, питание, связь и медицинское обслуживание.

Фирма – частная и в своей деятельности ни от кого не зависит. Это и позволяет ее клиентам-журналистам обходиться без каких-либо услуг чиновников, как местных, так и федеральных.

В Оклахома-сити у нас была встреча с журналистами

Можно не сомневаться в том, что нам рассказала мисс Дорнбург. Но никогда не поверю, что есть чиновники, которые не хотели бы хоть как-то повлиять на ситуацию. В том числе и в Америке. Но там, в отличие от России, они знают, чем это может грозить.

По результатам предыдущих выборов президента национальный комитет демократов был уличен федеральной комиссией по выборам в серьезных нарушениях закона и вернул в бюджет около трех миллионов долларов, полученных в ходе предвыборной кампании в обход ограничений на пожертвования.  

Как трудно быть кандидатом в президенты

Российские американисты отмечают, что выборы президента в США – это всегда своего рода вотум доверия партии, посланец которой является хозяином Белого дома, его внутри- и внешнеполитическому курсу. И все-таки американцы, голосуя за того или иного кандидата, не определяют будущее своей страны в такой степени, как это делаем мы.

Это у нас предвыборные кампании – ристалище для битвы не столько идей, сколько разных кланов и сил закулисного влияния, когда действующая власть может буквально растоптать нежелательного конкурента. В Америке это более походит на спектакль, в котором все – и актеры, и зрители одновременно.

Идет этот спектакль не два месяца, как у нас. Срок достаточный, чтобы хорошо узнать претендентов на Белый дом. И тех, кто объявил о желании баллотироваться, не «мочат», как это принято у нас. Конечно, и там предвыборную кампанию состязанием джентльменов не назовешь.

Американцы хорошо знают, что такое компромат. У них есть понятие opposition research, или орро (изучение противника) – это сбор материалов о политическом оппоненте, которые в случае публичной огласки нанесут урон его репутации. Слово «орро» стало активно использоваться в 70-х годах нынешнего века, однако компромату – главному компоненту игры без правил – лет гораздо больше.

У Марка Твена есть рассказ «Как меня выбирали губернатором», в котором газеты выставили добропорядочного гражданина алкоголиком, клятвопреступником, насильником, клеветником и шантажистом. Газета «Новые известия» привела мнение Рика Кобба, эксперта в области занятости из консультативной конторы «Чэллинджер, Грей и Кристмас», о некоторых кандидатах в президенты от Республиканской партии. Он профессионально изучил выступления Буша, Маккейна и Киза, и результат его анализа оказался плачевен для всей тройки.

Эксперт оценил их ответы на вопросы как расплывчатые. Кандидаты постоянно перебивают собеседников, некоторые их реплики звучат как отрепетированные заранее и совсем не воспринимаются как искренние. Резюме мистера Кобба – «специалистам в области человеческих ресурсов было бы очень трудно рекомендовать принять на работу любого из этих трех претендентов». Не исключаю, что эта заметка – тонкий пиаровский ход демократов.

Надо сказать, что американская Фемида более строга к политическим и государственным деятелям: в отличие от наших политиков, научившихся защищать в суде свою честь и достоинство по самым нелепым поводам, их американские коллеги не могут подать судебный иск. Есть на этот счет правило Салливана: в 1964 году тот судился с газетой «Нью-Йорк Таймс». Исключение – только для тех, кто сумеет доказать в суде, что их оклеветали  с «подлинно злым умыслом».

Кандидату в президенты нужны крепкие нервы и стальная выдержка, чтобы спокойно отнестись к тому, что о них пишут во время предвыборной кампании. Всей Америке рассказали, как Буш в интервью корреспонденту местной радиостанции в штате Нью-Хемпшир не смог ответить на самые простые вопросы. Американский союз в защиту гражданских свобод подал судебный иск, в котором обвинил Буша в нарушении права на свободу слова. Именно так расценил союз не очень дружелюбное отношение охраны губернаторского особняка к пикетчикам, протестующим против загрязнения воздуха.

Во время встречи с пресс-секретарем одного из кандидатов мы спросили, что он будет делать, если в СМИ попадет компромат на босса. Он ответил, не задумываясь: «Насколько это возможно, будем отрицать приведенные журналистом факты. А когда это станет невозможно, обратим недостатки в достоинства. Скажем: да, ошибался, но стал умнее и больше таких ошибок делать не будет».

Если, по общим утверждениям, схватка между Клинтоном и Доулом четыре года назад была выдержанной и корректной, а потому не очень интересной для журналистов и людей, любящих «клубничку», то выборы 2000 года вызвали острую политическую борьбу, что называется, с переходом на личности.

Рассказывают, что во время праймериз в Мичигане сторонники Джона Маккейна, призывая по телефону избирателей принять участие в голосовании, намекали, что Буш выступает против католиков, и это не могло не убавить тому голосов. Какое-то основание для такого сообщения действительно в предвыборных речах Буша-младшего было, но за день до праймериз это был явно пиаровский ход команды его соперника.

Еще один ход: «Независимая газета» опубликовала материал М.Стуруа с красноречивым заголовком – «Монику Буша зовут Тэмми». Любовный адюльтер становится в Америке действенным средством компромата. Клинтон еще не успел отмыться от импичмента, как демократы отомстили республиканцам тем же самым образом. Правда, большого скандала не получилось: лидер Палаты представителей Ньют Гингрич сразу же после обнародования факта супружеской измены ушел в отставку, подал на развод и вроде бы собирался жениться на сотруднице аппарата одного из комитетов, с которой имел связь.

Говорят, это был один из сильных претендентов на Белый дом. Но в связи с адюльтером он из президентской гонки выбыл.

У Буша в этом отношении положение сложное: во-первых, он уверил всю страну, как много значит для него семья и жена, которой он не изменял ни разу, во-вторых, Тэмми Филлипс, с откровениями которой сегодня могут познакомиться все избиратели, – не просто любовница. «Это был просто секс. Это была самая ни что ни есть дешевая половая связь», – написала она в своих «воспоминаниях».

Если учесть, что совладелица одного из техасских гимнастических залов – в прошлом стриптизерша и модель «Плейбоя», последствия ее откровений могут быть для Буша самыми плачевными. Американцы вряд ли захотят иметь в Белом доме еще одного «любовника», а потому после «монигейта» все кандидаты в президенты старались особо подчеркнуть свои мужские добродетели, агитируя за семейные ценности.

Мэлор Стуруа привел в своей статье мнение профессора политических наук из Вирджинского университета Лэрри Сабато, который посчитал, что эта история вполне может стать миной для Буша, даже если факты не подтвердятся.

Выбери меня!..

Фаворитов президентской гонки – Джорджа Буша и Альберта Гора – мы видели только по телевидению, наблюдая предвыборную кампанию вдалеке от Вашингтона. У нас была возможность подробнее узнать о двух кандидатах от Республиканской партии: Ламаре Александере из Теннесси и Гэри Бауэре из Вирджинии. В. Дунаев, собкор РИА «Новости», регулярно пишущий для «Независимой газеты», в одном из своих репортажей назвал их известными политическими деятелями. Ему, как говорится, виднее, ведь он живет в Америке постоянно.

С кандидатом Гэри Бауэром, мужчиной небольшого роста с мало запоминающейся внешностью, мы встретились в необычных условиях. Для общения с избирателями пригородного городка Бин неподалеку от Де-Мойна он использовал местную сельскохозяйственную ярмарку. Идеолога консервативного движения не смущало то, что в помещении, где он выступал, пахло отнюдь не французскими духами.

Руководство ярмарки выделило для встречи пустой павильон, но в метрах двух-трех по разные стороны размещались всякие-разные домашние животные. Так что беседа шла под аккомпанемент блеяния, мычания, кудахтания и прочих характерных для такого места звуков.

О встрече с кандидатом избиратели городка узнали по объявлениям в местных средствах массовой информации. Прийти на собрание мог всякий желающий. Народу собралось, прямо скажем, не густо. Если вычесть из толпы 12 любопытствующих журналистов из России и людей со значками «Бауэра – в президенты!», добровольных помощников кандидата, которых в Америке зовут волонтерами, получалось человек 35, не больше, но это обстоятельство ничуть оратора не смущало.

К сожалению, во время выступления г-на Бауэра синхронный перевод был невозможен и о том, что он говорил, мы узнали уже после встречи. Наш переводчик Анатолий, в недавнем прошлом ленинградец, буквально кипел от злости, когда переводил заявление г-на Бауэра о том, что если тот придет к власти, то запретит аборты. Нам показалось смешным, что подобные вещи обсуждались на встрече с кандидатом.

Уже дома, изучая Америку по книгам, я убедилась, насколько серьезна эта проблема для США. Ни один кандидат не избежит вопросов на эту тему. Еще у них, оказывается, актуален вопрос о том, как кандидат относится к службе гомосексуалистов в армии. Билл Клинтон попытался добиться отмены запрета, однако не в полной мере – разрешение получили лишь те, кто не афиширует свою принадлежность к сексуальным меньшинствам.

Гор обещает пойти дальше.

Вопросов о том, будет ли вовремя выплачиваться зарплата, будущим президентам в Америке не задают. В тот день мы встретили мистера Бауэра еще раз, в аэропорту, когда улетали в Нью-Йорк – на регистрации у соседней стойки. Он и его волонтеры в ходе предварительных выборов исколесили не только Айову.

Кстати, при встрече на ферме мы его явно недооценили: мистер Бауэр сошел с предвыборной дистанции вместе с миллиардером Стивом Форбсом, после голосования в четырех штатах.

Другого претендента на Белый дом – Ламара Александера – мы не увидели. Программа пребывания в Де-Мойне включала посещение его предвыборного штаба. Бывший министр образования штата Теннесси баллотировался на пост президента во второй раз. По многим признакам чувствовалось, что большой политической силы и больших денег за ним нет. Штаб располагался в скромном особняке в пригороде. Мы встретились там с пресс-секретарем кандидата Бо Хармоном.

Молодой человек принимал нас в комнате без кондиционера, несмотря на то, что стояла дикая жара. Единственно, чем запомнился этот офис, кроме духоты, – это богатая коллекция слонов на столе секретарши в приемной. Как известно, слон – эмблема Республиканской партии. Никогда прежде не приходилось видеть сразу столько слонов, и некоторые экземпляры были такими прелюбопытными...

Для Хармона эта предвыборная кампания в роли пресс-секретаря – первая. Он очень старался играть роль сведущего человека, что не всегда у него получалось. А вопросов к нему было даже слишком много. По любопытству наших журналистов можно было ощутить дыхание предстоящей избирательной кампании у нас, в России, и коллегам предстояло сыграть в ней далеко не последнюю роль. Кстати, больше всего вопросов задавала пресс-секретарь самарского губернатора. Мы уже тогда почувствовали – Константин Титов собирается баллотироваться в президенты.

В штабе нам подарили небольшую книжицу г-на Александера, в которой он изложил 311 советов в помощь тому, кто хочет стать лидером. Приведу некоторые:

– Выбирайте слова не по их значению, а по тому, как их воспринимают люди;

– Знайте, что будете делать в первый день после избрания;

– Никогда не говорите о том, что публика знает лучше вас;

– Не делайте сегодня того, о чем бы не хотели прочитать завтра в газетах;

– Если баллотируетесь в президенты, будьте готовы ответить на вопрос: «А вы готовы умереть за свою страну?

– Политика более опасна, чем война, потому что на войне убивают только раз (У.Черчиль)».

Обложка книжицы – в черно-красную клетку. Всю прошлую президентскую кампанию мистер Александер проходил в такой вот клетчатой рубашке, что, по мнению его советников из предвыборного штаба, приближало босса к простым людям. И в какой-то степени это сработало. Во всяком случае в своей книжице он не побоялся признаться, что люди больше запоминали его рубашку, чем то, что он говорил.

В президентской кампании 2000 года мистер Александер выбрал другой образ – респектабельного буржуа. Видимо, расчет на простой народ себя не оправдал. Но и новый облик не стал гарантией успеха. Видимо, он сошел с дистанции сразу после старта – его фамилию в российской прессе я встретила только раз – в репортаже о голосовании в Айове.  

О чем говорят проценты

Отборочные соревнования претендентов на Белый дом, которые проводят в Айове обе партии, называют в США «вытягиванием соломинок». Опыт показывает, что только кандидатам, занявшим три первых позиции, стоит бороться за Белый дом. Но нынешняя кампания показала, что у этого правила бывают исключения.

Благодаря газете «Труд», мы узнали подробности о собрании республиканцев, которое проходило 24 января в небольшом студенческом городке Эймс неподалеку от столицы штата. По правилам предвыборной кампании принять участие в нем могли только жители Айовы, которые официально являются сторонниками Республиканской партии.

Штабы кандидатов в президенты, не надеясь на энтузиазм избирателей, наняли специальные автобусы, которые свозили в Эймс республиканцев со всего штата. На площадке возле городского стадиона были оборудованы места для общения избирателей с кандидатами, где всех желающих ждало угощение за счет предвыборных штабов, правда, без спиртного.

Помощник Буша по связям с общественностью Карен Хьюз охарактеризовал происходящее как «частично концерт музыки кантри, частично – ярмарку, частично – политический митинг». Во общем – фестиваль демократии.

После неформального общения каждый из девяти кандидатов имел возможность произнести 10-минутную речь. Шестеро, как пишет В.Сиснев, посвятили ее разоблачению аморальности лично нынешнего президента Клинтона и членов его администрации, трое предпочли в общих чертах изложить свою программу. Видимо, это понравилось избирателям больше, и на первые позиции вышли Джордж Буш, Стив Форбс и Элизабет Доул.

О кокусе демократов в нашей прессе не сообщалось. Абсолютное первенство в Айове было у Гора – 64% голосов против 41% у Буша. Что меня немало удивило. С кем бы мы ни говорили в Айове о президентских выборах, первой называли фамилию Буша. По результатам опроса общественного мнения, проведенного совместно газетой «Ю-Эс-Эй тудей», телекомпанией «Си-эн-эн» и институтом Геллапа в начале июля прошлого года, у первого было56% голосов, у второго – 64%.

Это был далеко не последний прогноз, которому суждено было не сбыться. Российские газеты сообщили, что от Демократической партии намеревалось выставить свои кандидатуры 25 человек, однако постоянно назывались только две фамилии.  

Кандидаты вблизи

Надо сказать, что в Америке принято знать о кандидате в президенте всю подноготную. О его детстве и юности, о родителях, хобби и уж тем более о политических взглядах. Говорят, ни один избиратель и слушать никого не будет, если не имеет исчерпывающей информации. Надо ли удивляться вопросу западных политиков: кто он, первый кандидат на московский Кремль?

О бывшем сенаторе от Нью-Джерси Вильяме (Билле) Брэдли наши журналисты рассказали крайне скупо. Ничего не известно о его семье. Писали о том, что в молодости он был звездой баскетбольной команды «Нью-Йорк никербокерс», отдал ей 10 лет своей жизни. В одной из публикаций Интернета я прочитала, что Брэдли родился в городке Кристал-Сити, учился в Принстонском университете, 18 лет был сенатором.

Зато об Альберте Горе писали много. Его отец – один из самых либеральных политиков США, конгрессмен. Сын рос в богемном районе американской столицы – Дюпон Серкл, общался со сверстниками в элитарных клубах. Бывая во время каникул на семейной ферме в Картаже (штат Теннесси), как сам пишет, «научился различать интересы рядовых американцев и шаркающих интриганов». Благодаря отцу, познакомился со многими нужными людьми, которые потом оказали ему несомненную поддержку. Общаясь с ними, учился слушать других и высказываться так, чтобы даже в самых нейтральных фразах не обнаружить своего настоящего мнения. Всю жизнь следовал совету отца – «делай все по порядку, а слава тебя найдет».

Закончил Гарвардский университет, который в годы его учебы еще не был так знаменит, как сейчас. Начал движение к карьере с работы в газете «Тенниссиэн». Он вспоминает эти годы как время невероятной независимости от окружающих, в первую очередь – от подглядывающих в дырку противников. Один из его коллег заметил, что Гор всегда открыт для общения, но в то же время скрытен. Даже самых близких людей он не подпускает к собственным мыслям и планам. Именно поэтому его решение баллотироваться в Конгресс было неожиданным для всех.

Попав в Сенат в 1994 году, Гор ничем себя не проявил. За 16 лет заседаний на Капитолийском холме он не нажил там себе врагов, зато завел много нужных связей. Коллеги завидовали ему, поскольку он сумел не ввязаться ни в один скандал. Столь же неожиданным даже для близких друзей стало его намерение баллотироваться на пост президента, но почувствовав, что у него нет шансов, он снял свою кандидатуру.

Правда, его жена – Типпер Гор – считает, что он сделал это потому, что как раз в это время был очень нужен семье: в 1989 году его сын Альберт попал в автокатастрофу. У Гора четверо детей – сын и три дочери (Каринна, Кристин и Сара).

Положение Гора при Клинтоне долгое время было более чем устойчивым. Одно время его даже называли полугоссекретарем при президенте (второй половиной была жена Клинтона Хиллари). Он занимался самыми разными вопросами, в том числе взаимоотношениями с Россией, и почти во всем имел успех. До тех пор, пока в Государственный департамент не пришла Мадлен Олбрайт. Во многом по ее инициативе Клинтон забрал у вице-президента внешнеполитические вопросы.

Среди многочисленных кандидатов от Республиканской партии фаворитом сразу стал Джордж Буш-младший, губернатор Техаса. Его отец Джордж Герберт Уокер Буш – 41-й президент США, был хозяином Белого дома в 1989-1993 годах. Два его сына стали сенаторами: Джордж – в Техасе, Джеб – во Флориде. «Нас воспитывали лидерами», – признался как-то Джеб. Кстати, именно с ним отец связывал надежды на продолжение политической карьеры семейного клана Буша. Однако младший брат опередил его.

Многочисленные публикации о Буше не дают ответа на вопрос, почему именно он решил выдвинуть свою кандидатуру на пост президента. Лилия Шевцова отмечала его страсть к игре. Он заядлый бейсболист, что не могло не отразиться на его характере. По ее мнению, Буш-младший уже перерос рамки губернатора штата, ему хочется большего простора. К тому же нельзя не учитывать чисто личного мотива: Буш-младший наверняка хотел бы отомстить демократам за сокрушительное поражение от Клинтона-Гора своего отца в 1992 году.

Сегодня политическая династия Бушей – самая сильная со времен заката клана Кеннеди. Как считают аналитики, Кеннеди отошли на второй план во многом из-за собственного неуемного темперамента. Но, находясь в Америке во время гибели Кеннеди-младшего, мы могли убедиться, сколь много значит для американской нации эта семья. Вся страна буквально застыла на несколько дней, пока самолет, на котором он разбился, не был найден.

Буш не любит, когда к его фамилии добавляют английское слово «юниор». В самом деле, он совсем не юноша: в семье – старший как по возрасту (53 года от роду), так и по положению (Техас – один из крупнейших в Штатах). Выпускник двух университетов – Йельского и Гарвардского. Всегда отказывался от отцовской помощи, все предпочитал делать сам. Его друзья-журналисты активно используют этот факт, выдавая кандидата в президенты за настоящего американца, который «сам себя сделал».

Сам Буш называл себя «паршивой овцой» в рафинированном семействе. Несмотря на хорошее образование и шестилетнее губернаторство, до начала президентской кампании он выглядел провинциалом.

Как свидетельствует Л.Шевцова, имевшая возможность наблюдать за событиями в США вблизи, он не мог ориентироваться в политических коридорах без поводырей и нередко бывал смешон, особенно когда говорил о стратегических вещах или внешней политике. На фоне вашингтонской элиты он казался посредственностью.

Когда его сильно доставали журналисты, Буш говорил о себе так: «Я не так сложен и не люблю копаться в себе». Он похож на отца внешне, но если Буш-старший всегда отличался уравновешенностью характера, то Буш-младший, как у нас говорят, остепенился только к сорока годам. Раньше пил, но теперь не злоупотребляет, был слаб до прекрасного пола – теперь любит свою жену Лауру и двух дочерей – Барбару и Дженну.

Около 30 лет назад у него были проблемы с наркотиками, о чем ему не могли не напомнить во время предвыборной гонки. В газетах написали, что его тогда арестовали, и пришлось отцу, постоянному представителю США при ООН, спасать сынка. Высказывались даже предположения, что рапорты полицейских были злонамеренно уничтожены. И пресса, и читатели на подобную сенсацию отреагировали достаточно сдержанно.

Сам Буш категорично отверг обвинения, однако признал, что в молодости совершал и ошибки.

Во внутренней политике Буш – типичный республиканец-консерватор. Он выступает за право граждан иметь оружие, одобряет смертную казнь. В 1998 году более половины вынесенных и приведенных в исполнение смертных приговоров в США приходилось на Техас. Несмотря на просьбы общественности, он не пощадил даже женщину, отсидевшую в тюрьме 14 лет. Вторичное рассмотрение просьбы убийцы двух мужей о помиловании буквально за полчаса до исполнения приговора пришлось на время праймериз, очень важное для кандидатов.

Кстати, это второй смертный приговор женщине за всю историю Техаса после Гражданской войны. Аналитики писали, что в этой ситуации любое решение губернатора – палка о двух концах. Отклонив прошение, он вызовет сомнение в искренности провозглашенного им кредо «сочувствующего консерватора»; удовлетворив его, нарушит принцип неотвратимости наказания, которым руководствовался, подписывая смертные приговоры другим.

Чем закончится эта история для Буша, мы узнаем уже в ноябре. Он победит, если среди избирателей будет больше людей, запуганных валом преступлений, и проиграет, если верх возьмет сострадание к убийце, в конце своей жизни обратившейся к богу.

Поскольку в материалах следствия нашлись какие-то подводные течения, вдову Бэтти Лу Битс журналисты уже назвали «пиковой дамой» Буша. Удивительное дело, но «простак» Буш смог обратить свою «посредственность» себе во благо. Во-первых, за время предвыборной гонки показал чудеса самоконтроля, во-вторых, его крепкая семья явно нравится избирателям, пресытившимся любовным похождением Клинтона.

Жена, бывший библиотекарь, всегда рядом, однако скромно держится в тени. Говорят, именно под ее влиянием он бросил пить. Но самое главное – претендент на Белый дом от республиканцев решил очеловечить политику республиканцев, протянул руку менее состоятельной Америке, традиционно голосующей за демократов. Он обратил особое внимание на женщин, этнические меньшинства, которые приобретают все больший вес в американской политике. И не побоялся одолеть демократов на «их» территории – в штатах Калифорния и Орегон, где проиграл когда-то его отец.

Помимо Гэри Бауэра, Ламара Александера, Джорджа Буша и сенатора от Аризоны Маккейна, о котором стоит рассказать особо, от Республиканской партии баллотировались Стив Форбс, мультимиллионер, владелец журнала «Форбс» (в президенты пробовался во второй раз); Элизабет Доул, супруга бывшего сенатора Боба Доула – соперника Билла Клинтона на выборах 1996 года (вторая в истории США женщина, рискнувшая потягаться с мужчинами за Овальный кабинет в Белом доме); бывший вице-президент Дэн Куэйл; единственный кандидат-афроамериканец Алан Киз из Мэриленда, который, судя по сообщениям газет, дошел до первичных выборов в Мичигане и Аризоне; бывший сенатор из штата Юта Оррин Хэтч; Милком Форд из Нью-Джерси; Томми Томпсон из Висконсина.

Ряды республиканцев поредели уже к голосованию в Айове. Председатель бюджетного комитета Палаты представителей Джон Кэсич стал союзником Буша, войдя в его предвыборный штаб. Роберт Смит, ранее влиятельный сенатор из Аризоны, решил продолжить борьбу за Белый дом в качестве независимого кандидата. Консервативный обозреватель Патрик Бьюкенен предпочел идти в Белый дом от Партии реформ. Кстати, на выборах 2000 года от этой партии баллотировался еще один мультимиллионер – Дональд Трамп, известный не столько своими деловыми качествами, хотя он крупнейший финансист, строительный магнат, землевладелец и торговец недвижимостью. Вся страна следила за его скандальным разводом с бывшей горнолыжницей и манекенщицей Иваной. Трамп предложил на пост вице-президента популярнейшую ведущую ток-шоу Опру Уинфри.

Как сообщил корреспондент «Комсомолки» в США А.Баранов, сама она об этом вряд ли знала. В политике Трамп отличался от других прежде всего огромными средствами, брошенными на предвыборную раскрутку, эксцентричными идеями и «крутыми» характеристиками лидеров своей и других стран.

В «Комсомольской правде» рассказали, как кандидаты в президенты отвечали на вопрос, что бы они взяли с собой на необитаемый остров. «Книги», – сказал Гор. «Библию, кроссовки, удочку», – таков был ответ Буша. «Телевизионную тарелочку», – это мнение Маккейна. «Супермоделей, и побольше», – остался верен себе Дональд Трамп. Судя по газетным публикациям, он выбыл из президентской гонки еще в феврале.

Профессор Ким Смит, с которым мы встретились в университете Дрейка, расположенном в городке Эймс, представил нам Альберта Гора и Джорджа Буша как антиподов. Наш собеседник был явно на стороне первого и с сожалением говорил о том, что имидж вице-президента никуда не годится. Он назвал Гора «деревянным», и потом это слово я не раз встречала в газетных сообщениях о выборах в Америке. Всегда хмур, даже суров, не умеет улыбаться, не любит общаться с журналистами, не может говорить на камеру.

Совсем другое – Джордж Буш. Большой друг журналистов, к тому же теле- и фотогеничный. Его советники предложили столько интересных ходов предвыборной пиар-кампании, что, кажется, каждый чих претендента на Белый дом был известен всей стране. Чтобы понравиться избирателям, он даже продавал мороженое на улице, о чем свидетельствует снимок в «Независимой газете». Даже его откровенное невежество, проявленное в интервью корреспонденту одной из региональных телекомпаний, друзья-журналисты сумели оправдать, о чем написал Ю.Сигов, корреспондент «Новых известий».

Да, Джорд Буш перепутал Словакию со Словений, не знает, как зовут премьера Индии. Рейган тоже не отличал Боливию от Бразилии, зато заложил прочный фундамент сегодняшней стабильной экономики. Никто прошлым летом не предполагал, что обоим фаворитам до встречи в ноябре 2000 года предстоит острая внутриполитическая борьба.

Сначала Билл Брэдли и Джон Маккейн воспринимались партийным истеблишментом как некая неизбежная добавка к основным претендентам на Белый дом. Неожиданный рост их популярности вызвал некое подобие шока. В.Дунаев привел в одной из своих статей под рубрикой «США: выборы-2000» шутку одного республиканского стратега, намекавшего на панику, охватившую партийное руководство: «Оглянитесь – и вы увидите дым, который валит из всех щелей Капитолия, и людей, выпрыгивающих из его окон». В одной из статей Интернета, датированной концом сентября 1999 года, приводились данные опроса общественного мнения, проведенного газетой «Вашингтон Пост».

Большинство американцев надеялись увидеть в Белом доме президента, который поведет страну в «другом направлении», а 48%, как сообщил Институт Гэллапа, хотели бы видеть в Белом доме политика, который не был бы связан с Клинтоном так тесно, как Гор.

Как пишет автор статьи в Интернете, нам понадобился бы микроскоп, чтобы увидеть разницу в позициях двух кандидатов, как правило, одинаково голосовавших в Сенате. Разница в другом: Гор – вице-президент, а в ХХ веке только одному вице-  удалось стать хозяином Белого дома – Джорджу Бушу в 1988 году. Но тогда Буш победил потому, что страна желала видеть продолжение политики Рейгана.

Хочет ли страна продолжения политики Клинтона? Ответ на этот вопрос в прошлом году был отрицательный: еще живы были воспоминания об импичменте, когда американцы высказывались против действующего президента из-за истории с Моникой, несмотря на все успехи в экономике.

Брэдли никогда бы так не приблизился к Гору, если бы не имел «большой идеи», отвечающей кровным интересам американцев. Он выступил с планом решения проблемы медицинского страхования – одной из самых чувствительных «болячек» американцев, живущих на зарплату. Кроме того, избиратели оценили его понимание миссии президента. В отличие от Гора с его тактикой постепенного решения конкретных задач, Брэдли усматривает ее в определении идеала, глобальной стратегии, в формировании целей и задач, вокруг которых нация способна объединиться.

Дело в том, что в последние годы в США получило распространение мнение о том, что президент – не отец нации, а всего лишь политический менеджер, нанятый в ходе выборов. Первым таким президентом считают Клинтона. Во общем-то такое мнение имеет под собой основание, и президент там – всего лишь самый главный чиновник. Опасность подобного подхода в том, что результаты выборов в наше время не всегда отражают истинные интересы общества и даже государства. Это у нас поддержка первого президента дала стопроцентный шанс В.Путину.

В Америке Гор проигрывал летом прошлого года как раз потому, что представлял в глазах избирателей Билла Клинтона, рейтинг которого из-за скандала с Моникой Левински сильно понизился. Понимая всю сложность своего положения, вице-президент тем не менее ни в чем не сдал Клинтона. По сообщению М.Стуруа, его официальная «советница» Наоми Вулф советовала ему для победы «вонзить зубы в президента, которому служит лояльно более семи лет».

Как отнесся он к этому совету, мы не знаем. С одной стороны, в публичных выступлениях прозвучало несколько деликатных упреков, с другой – статус мисс Вулф, которая слывет в Штатах агрессивной феминисткой, при Горе сильно понизился: она стала получать за свои услуги не 15 тысяч долларов в месяц, как раньше, а всего 5.

Сегодня близость с Клинтоном уже не представляет такой опасности для Гора. Моника Левински подзабылась, действующий президент сдает Белый дом в пору экономического расцвета. По одному из опросов, до 85 процентов американцев удовлетворены экономическим положением страны. Клинтон, представляя в Конгрессе традиционный доклад «О положении в стране», даже впрямую поддержал своего вице-президента. Прежде всего тем, что некоторые позиции его доклада повторяли положения предвыборной программы Гора.

Президент предложил выделить на увеличение медицинского страхования в следующем десятилетии 110 млрд. долларов, добавить в виде налоговых льгот и финансовых субсидий 31 млрд. долларов семьям, чьи дети намерены поступить в университеты и колледжи. Клинтон, несмотря на всю скандальность его правления, уходит с гордо поднятой головой. Получив страну с большим бюджетным дефицитом, он оставляет ее с профицитом в 35 млрд. долларов. Созданы миллионы новых рабочих мест, дополнительный рост производства исчисляется миллиардами долларов. Все это, возможно, зачтется Гору. А возможно, и нет.

Не зря «Комсомольская правда» после выступления Клинтона в Конгрессе вышла с таким заголовком – «Клинтон назначил своим «преемником» Гора. Но Америка еще подумает».

Нельзя не провести аналогию с событиями в нашей стране, хотя у нас преемник В. Путин получил от Президента Б. Ельцина совершенно другое наследство. В Америке наследников не назначают. На первом этапе предвыборной гонки Гор серьезно уступал Бушу в плане имиджа. Если верить российским газетам, вице-президент учел все претензии в свой адрес и резко изменился. Причем во всем. Перемены произошли после того, как в сборе пожертвований (а это в Америке более убедительный индикатор, чем результаты социологических опросов) его обошел не только соперник от республиканцев, но и демократ Брэдли. И хотя разница у них была всего в 500 тысяч долларов, Гор публично признал себя аутсайдером и принял кардинальные решения.

«Новые известия» донесли до нас мнение журналиста еженедельника «ЮС ньюс энд уорлд рипорт»: перед избирателями предстал другой кандидат – более эмоциональный, обаятельный, открытый для общения, менее сдержанный и не столь скупой на шутки, как прежде. Он сменил место штаб-квартиры, переехав из Вашингтона в Нашвилл, административный центр родного штата Теннесси, поменял менеджера предвыборной кампании, доверив свою судьбу Донне Бразил (прежнего руководителя – Тони Коэл – обвинили в растрате федеральных средств), отказался от услуг многочисленных консультантов и от проведения социологических опросов. «Я буду идти вперед один и либо утону, либо выплыву», – опять цитата из «Новых известий».

Помощь Гору пришла совершенно с неожиданной стороны. Ярким пиаровским ходом стало сугубо семейное событие: 26-летняя дочь вице-президента родила сына в День независимости США, тем самым заставив отметить сей факт практически все американские СМИ. Говорят, именно она переобула отца в ковбойские сапоги и заставила его носить более яркую одежду, оживляющую унылый имидж государственного служащего.

Отец доверил Каринне Шифф финансы своего предвыборного штаба, которыми она управляет вместе с мужем – состоятельным банкиром с Уолл-стрит. Человек с безупречной биографией, четкими и правильными формулировками, уверенным поведением в семье и на работе – безупречный кандидат на пост президента Америки.

Как бы ни старались республиканцы найти какой-то компромат на него – не получилось. Тогда в ход пошли обвинения в его «серости», «занудности», «заученной правильности». Сам Гор в октябре прошлого года признавался (цитирую по «Новым известиям»: «Я сам не стал бы голосовать за того Альберта Гора, о котором читаю в газетах».

По сентябрьским опросам в Нью-Хемпшире и Нью-Йорке Брэдли почти настиг Гора, и профсоюзные боссы, намеривавшиеся присягнуть тому на верность, повременили с объявлением своей поддержки. Газета «Нью-Йорк Таймс» посвятила 19 сентября огромную статью рассказу о том, что республиканцы опасаются на выборах Брэдли, но никак не Гора.

Что очень важно, в январе шансы Брэдли в соперничестве с фаворитами республиканцев были предпочтительнее: у Маккейна он выигрывал с отрывом в 13%, Бушу проигрывал, но 5% голосов, а не 11%, как Гор. Выборы в штате Нью-Хемпшир отличаются тем, что лидеры президентской гонки на этом этапе, за очень редким исключением, доходят до победного финиша и становятся президентами. Дело в том, что жители здесь – люди образованные, университет в Ганновере, где проходят праймериз, известен не только в США, население в основном белое.

В этом штате у демократов победил Гор, и затем разница в голосах между ними увеличивалась от штата к штату. Седьмого марта вице-президент взял верх сразу в 16 штатах, так что Брэдли проиграл все праймериз, даже в своем родном штате Миссури. А потому решение Брэдли снять свою кандидатуру было понятным. Тем более что соперник пообещал взять его в свою команду.

Отношения между парой соперников от Республиканской партии оказались более запутанными. В июле прошлого года мы практически каждый день видели Джона Маккейна по телевидению. Сенатор от штата Аризона, как и Буш-младший, занимал очень активную позицию во время событий в Косово, а потому то и дело попадал в поле зрения телевизионщиков.

Как свидетельствуют российские журналисты, работающие в США, именно выборы заставили американского президента занять в югославском конфликте более жесткую позицию, чем он сам хотел.

Надо сказать, Маккейн имеет большой стаж публичных выступлений: он дважды избирался членом Палаты представителей от этого штата – в 1982 и 1984 годах, уже третий срок – в сенаторах. Маккейн олицетворяет собой образ истинного патриота Америки. Биография для этого вполне подходящая. Он потомственный военный. Дед был командиром тихоокеанской эскадры авианосцев во время второй мировой войны. Отец – адмирал, командовал военно-морскими силами США в Европе и в районе Тихого океана в период вьетнамской войны. Джон Маккейн также воевал во Вьетнаме: служил пилотом палубной авиации, совершил 23 боевых вылета, в октябре 1967 года был сбит под Ханоем и более 5 лет находился в плену. Ему было предложено досрочное освобождение как сыну важного адмирала, но он отверг его как явно пропагандистское. Вернувшись домой, Маккейн несколько лет работал директором отдела по связи с Сенатом министерства ВМС. Ушел оттуда в 1981 году по состоянию здоровья. Сенатор от Аризоны считает себя истинным консерватором, приверженцем лучших американских президентов – Линкольна, Рузвельта и Рейгана.

Избирателям нравится и сам Маккейн, и его идеи. Программа кандидата предусматривает реформу системы финансирования политических кампаний. Он считает, что политическая система должна служить интересам простых граждан. По его мнению, ее необходимо освободить от влияния интересов различных групп, будь то интересы сверхмонополий, коррумпированного руководства профсоюзов, продажных юристов или экстремистов любого толка. Как считает Маккейн, коррумпированы в равной степени обе партии.

Вначале лишь теоретически угрожавший республиканскому истеблишменту своей программой реформы системы финансирования политических кампаний, он со временем стал представлять реальную опасность для наиболее консервативной части партии Слона, критикуя не только оппонентов-демократов, но и однопартийцев. Демократическая партия, говорил он, находится под влиянием крупных судебно-юридических структур, на позицию республиканцев влияют интересы корпораций, производящих лекарства. В ходе предвыборных дебатов называл конкретные факты, в том числе о лидерах республиканцев в Конгрессе. Так, они не поддержали законопроект, разрешающий больным подавать в суд на ущемляющие их права организации медицинского страхования. Сенатор считает нетерпимым положение, при котором представителей высших эшелонов власти, в том числе самого президента, выбирают деньги.

Выступая с обращением к своим соратникам по партии, Маккейн заявил: «Я призываю всех кандидатов (в президенты) сказать «нет» тем, кто оплачивает наши (предвыборные) кампании – крупным корпорациям и «специнтересам». Сегодня я бросаю вызов своим оппонентам, предлагая им присоединиться ко мне». Сенатор предложил направить неизрасходованные к тому времени избирательные деньги на нужды детей из малоимущих семей.

Наверняка соперники Маккейна использовали против него тот факт, что программа ограничения финансирования предвыборных кампаний продиктована его личными проблемами. Как писали российские газеты в начале января, Маккейну удалось собрать всего 2 миллиона пожертвований на свою избирательную кампанию. По мере его успехов на первичных выборах копилка Маккейна в значительной мере пополнилась. В феврале у него было уже более 14 миллионов.

Интерес к Маккейну в немалой степени подогрел и тот факт, что его предвыборные предложения стали претворяться в жизни еще до итогового голосования. В ходе праймериз было объявлено решение федерального судьи о пересмотре практики голосования в Нью-Йорке. Впервые здесь в бюллетени были внесены фамилии всех кандидатов от Республиканской партии, не выбывших к тому времени из игры.

Осложнив для себя лично условия состязания в этом мегаполисе, Маккейн набрал дополнительные очки, отказавшись от сделки и добившись внесения в избирательные списки четырех кандидатов, включая популярного у избирателей Алана Киза. В. Дунаев свидетельствует, что эффект был столь силен, что церемония объявления Хиллари Клинтон давно ожидавшегося решения баллотироваться в сенаторы от Нью-Йорка по существу прошла незаметно. Избирателей привлекает и его образ добропорядочного семьянина, отца семерых детей. О нем говорят как о порядочном человеке, не лжеце.

Важно, что Маккейна поддерживают выходцы из Латинской Америки. Чтобы общаться с «латинос» своего штата без переводчиков, он изучил испанский язык. Кстати, Джордж Буш-младший тоже знает испанский. Надо сказать, что у республиканца Маккейна и демократа Бредли много общего. Людей подобного типа в Америке называют «мавериками» – то есть необъезженными скакунами. Это яркая личность, выделяющаяся из общего, однообразного стада.

Прежде всего Маккейна и Брэдли объединяет то, что они, в отличие от представителей высшей столичной знати Буша и Гора, представляют американскую провинцию и не особо выбирают выражений, когда критикуют столичный истеблишмент. Эти кандидаты мало чем отличаются от своих избирателей, лучше знают их нужды, говорят на близком им языке. Брэдли объявил о желании баллотироваться в президенты в родном городке, показав тем самым, что он не связан с Вашингтоном, который в умах рядовых граждан США часто ассоциируется с грязным политиканством, а в последнее время – и с безнравственностью. Маккейн и Брэдли смогли взбудоражить общество идеями борьбы с коррупцией, материальным неравенством, расовой нетерпимостью, призывом вернуться к высоким нравственным идеалам, необходимым для здорового развития общества.

В последнее время в Америке появился новый термин – «маккейновские демократы», обозначающий не только независимых, но и ту часть электората Демократической партии, которая не довольна администрацией Клинтона, с готовностью откликаясь на призывы к «социальной терпимости» в программе Маккейна. Он призывает погасить национальный долг в течение ближайшего десятилетия за счет самодисциплины и самоограничения, не оставляя дурного наследства следующим поколениям. Отбивая удары республиканцев, которые обвинили Маккейна в том, что он сеет раздор как в партии, так и в стране, симпатизирующая сенатору пресса, напротив, делала упор на то, что эта программа – залог объединения «вьетнамского» поколения 1950-х годов и не нюхавшего пороха поколения 1980-х – отцов и детей. Есть такая проблема и в благополучной Америке.

Символом его кампании вполне может стать гражданин Вьетнама Май Ванон, который в свое время спас американского летчика, а сейчас, можно сказать, стал его другом. Как пишут российские эксперты-американисты, Америка сейчас переживает такой период своей истории, когда нация должна определиться, как жить дальше, какой быть власти. Случается это раз в 20 лет, когда президентские выборы совпадают с переписью населения, и это используется законодательными органами штатов для изменения границ избирательных округов.

Дважды в аналогичной ситуации избиратели проголосовали за кардинальную переориентацию политики руководства страны: в 1960 году Джон Кеннеди, сменив Дуайта Эйзенхауэра, привел к власти поколение демократов, в 1980-м Рональд Рейган, победив Джимми Картера, совершил «консервативную контрреволюцию», обеспечив республиканцам солидное большинство в Конгрессе.

Вот почему американцы считают, что президентская кампания 2000 года должна стать кампанией больших идей.  

Голосуя сегодня, думай о будущем страны

О будущем Америка задумалась не вдруг и не сегодня, перед выборами. В «Независимой газете» я прочитала о научной конференции, проведенной в 1996 году в городе Провиденсе, на которой обсуждалась судьба американской политической системы. В ходе дискуссий прозвучало мнение, что кампания 2000 года может обернуться «референдумом по самому Вашингтону». Имелся в виду не первый президент США.

Речь шла о вашингтонской политической знати, об американском истеблишменте в целом. Участники конференции отметили растущее недоверие американцев к политическим деятелям и политике в целом, недовольство существующей двухпартийной системой, возмущение действующей выборной практикой, когда исход выборов по существу зависит от собранных в процессе кампании средств, рекламы, многообещающих, но не реализуемых заверений, а в самые последние годы – от ловкости и натасканности целого института специалистов пиар-компаний.

Ранее, после выборов 1988 года, тревогу забили журналисты и аналитики Пойнтеровского института исследований проблем СМИ. В одном из докладов говорилось: «Общественное безразличие, недостаточная информированность и политическая апатия достигли в это время невиданного досель уровня». Разрыв между интересами избирателями и избирательной системой назван в докладе «опасным разобщением». Ким Смит, руководитель школы журналистики и коммуникации университета Дрейка, в беседе с нами говорил о том же: в последние годы граждане США стали более аполитичными, что выражается в уменьшении числа избирателей, принимающих участие в выборах.

Если раньше люди, голосуя, отдавали предпочтение программе той или иной партии, то сегодня выбирают конкретного человека, которого оценивают не столько по идеям, сколько по тому, что определяется словом «имидж». Происходит размывание электората: демократ голосует за кандидата республиканцев и наоборот. Солидное число голосов, особенно среди молодых избирателей, стали получать независимые кандидаты. Все это делает политическую ситуацию в стране нестабильной и непредсказуемой.

По мнению профессора Смита, именно этим объясняется победа на президентских выборах Клинтона. При прежних политических традициях у него не было бы шанса стать президентом Америки. Как считает профессор, в 70-80– годы начался процесс умаления роли партий как социальных институтов. На первый план вышли предвыборные штабы кандидатов и многочисленные ньюсмейкеры.

Если раньше предвыборная кампания должна была выявить общественные настроения, то теперь затрачиваются огромные средства, чтобы сформировать нужное общественное мнение.

Анализируя специальную литературу и сопоставляя отдельные факты, нетрудно заметить, что все это началось после появления электронных средств массовой информации, которые позволяют это сделать. За десятилетия кукловоды сформировали специфический электорат. В свою очередь многие избиратели, видя такое насилие над интересами общества, самоустранились от общественной жизни, усугубив тем самым ситуацию. Все это в конечном итоге вполне устраивало официальный Вашингтон.

Любопытно, что в начале 60-х годов в США многие оспаривали тот факт, что когда-нибудь в ближайшем будущем телевидение сможет оказать сколь-нибудь существенно влияние на президентские выборы и настроения избирателей. Журналисты, с которыми мы общались, говорили, что их не может не беспокоить аполитичность избирателей, поскольку она находит продолжение в дальнейших взаимоотношениях народа и власти.

В редакции газеты «Des Moines Register» (штат Айова) довелось услышать такое мнение: президент и исполнительная власть в целом стали чувствовать себя столь независимыми, что уже не хотят знать мнение народа и не нуждаются в одобрении Конгресса. Надо знать, сколь велика в каждом американце уверенность в том, что власть у него как бы в услужении, поскольку живет на его налоги, что именно его голос определяет, кто будет президентом США, чтобы представить, сколь серьезными могут быть обвинения подобного рода.

Столь нелицеприятная оценка была вызвана событиями в Косово, расколовшими американское общество на две равные части. Несмотря на то, что многие американцы поддерживали Белый дом и военных, бомбивших города Югославии, в стране была и сильная оппозиция. Как мы могли убедиться, журналисты оказались явно не на стороне власти, что, правда, не мешало власти заполнять СМИ победными реляциями о «защите» албанских беженцев.

Как это ни странно, будучи самой процветающей страной мира, имеющей силу влиять на развитие всей мировой истории, Америка оказалась перед необходимостью самоидентификации себя как единой нации. Особую остроту и злободневность этим настроениям придали события последних лет. В.Дунаев, анализируя предвыборную политическую ситуацию в США, пишет о психологии ненависти, разрушающей страну и разъедающей общество. Нетерпимость внутренняя, заставившая американских журналистов впервые открыто обсуждать свои внутренние проблемы. Как сообщил ветеран американской журналистики Джин Мэйтер, с которым мы встречались в офисе всемирно известной общественной организации «Форум свободы», в последнее время все активнее обсуждается вопрос о том, надо ли показывать по телевидению так много сцен насилия, стоит ли смаковать в выпусках новостей все эти жуткие расстрелы ни в чем не повинных людей. Он признал, что его тоже беспокоит телевидение, которое американцы обвиняют в неразборчивости в средствах, в оценке событий только с точки зрения их «рейтинговости». Конечно, настрой на сенсацию увеличивает число телезрителей, но психологи опасаются, что драматизированный характер многодневных репортажей о каждом убийстве в школе или офисе приводит к так называемым подражательным убийствам – что не сделаешь, чтобы погреться в лучах софитов?

В последнее время речь вообще идет о том, способны ли американцы и впредь сохранять единство своей нации. Опять сошлюсь на статью В.Дунаева о научной конференции в Провиденсе:

«Разнообразие неизменно являлось отличительной чертой американского общества, но никогда еще в США не наблюдалось такой крайней поляризации мнений относительно буквально всех социальных и политических проблем, поляризации, которая возникла с наступлением 60-х годов и сохраняется по сей день... Пожалуй, на сегодня от демократии, как ее задумывали отцы-основатели, здесь сохранился разброс мнений и обилие выражающих эти мнения и позиции многочисленных партий и организаций. Хотя, сознаемся, и это немаловажно».

Все более серьезную угрозу для рядовых американцев представляет ненависть извне. Другие страны совсем без восторга воспринимают деятельность США в роли мирового жандарма. Кстати, В.Дунаев приводит в этой статье мнение Билла Брэдли, заявившего, что в конечном счете на исход выборов в значительной степени повлияет не столько идея, сколько ее глашатай.

Избиратели выберут «характер», то есть личность, которая в наибольшей степени отвечает их идеалу президента, способная восстановить подорванный престиж администрации. И они такую личность нашли, отдав свои голоса Джону Маккейну, заставив тем самым серьезно поволноваться и Буша с его сторонниками, и, самое главное – лидеров собственной партии.  

Буш или Маккейн?

Сенатор из Аризоны обладал, возможно, самым мощным оружием при ведении предвыборной кампании в стране, где, по общему признанию, высшая власть во все большей степени переходит в руки СМИ. Ведь не кто иной, как Джон Маккейн, стал общепризнанным любимцем «всей королевской рати», в роли которой в наше время выступает мощный корпус следующих повсюду за претендентами на пост президента США американских теле– и прочих репортеров.

Он из Аризоны год назад начал предвыборное движение по Америке на одном автобусе с надписью на боку – «Экспресс «Прямой разговор». В период праймериз Маккейна сопровождал целый караван с волонтерами и журналистами, которые, подружившись с ним еще во время Косовской операции, донесли до сердец американских избирателей нехитрую популистскую формулу: «Торжественно обещаю вам говорить всегда одну лишь правду, чего бы это ни стоило». Эта формула оказалась востребована самой разной аудиторией, прежде всего ветеранами, студентами, домохозяйками, молодыми деловыми женщинами, рабочими, теми, кто активнее других использует свое право избирать главу государства. Нельзя сбрасывать со счетов и его характер.

Как бывший военный, Маккейн не знает страха поражений, он способен ощущать радость от любого, даже сверхсложного поединка. Восхождение Маккейна началось в Нью-Хемпшире, где он набрал 49% против 30% у Буша. Тогда некоторые аналитики объяснили это тем, что Буш не принял участия в предвыборных дебатах перед голосованием, ограничившись двухчасовым интервью по местному телеканалу – в это время он был на церемонии чествования супруги в одном из техасских университетов.

Однако есть и другое мнение – Буш просто не захотел встретиться со своими соперниками в открытом поединке. В Дэлавере и Южной Каролине Буш обошел Маккейна, но этот факт мало кто оценил как показательный. В первом штате он практически не выступал, не считая его важным «пунктом» предвыборной борьбы, а в Южной Каролине позиции сенатора из Техаса традиционно сильны. Тем не менее поражение здесь наверняка было для Маккейна обидным, ведь в этом штате живет много военного люда, и бывший военный летчик, рьяный защитник увеличения бюджета Пентагона мог бы получить сильную поддержку.

Маккейн не скрывал, что в Южной Каролине, где выборы свободные, не по партийной регистрации, он больше всего полагался именно на голоса демократов, которые не хотят победы Буша, считая его большей угрозой для Гора, а также на независимых. Не удалось. Половина ветеранов штата, которые до сих пор борются за свое право вывешивать наравне со звездно-полосатым флаг мятежной конфедерации южан, высказались за техассца. Маккейна это не обескуражило.

«Битва только началась. Я жду не дождусь следующего раунда», – так он прокомментировал свое поражение. Ни у кого не было сомнений, что 22 февраля Маккейн победит в родной Аризоне, где он собрал более 60% голосов (у Буша 36%), но мало кто ожидал, что он одержит верх в Мичигане – 50% (у Буша 43%). Победа Маккейна после этого уже не выглядела случайной.

Американцы любят тех, кому способствует удача. У Маккейна появилось много страстных единомышленников, 4 тысячи человек стали его волонтерами. Выборы в Аризоне и Мичигане позволили с большим основанием говорить о проявившейся в ходе первичных выборов в других штатах тенденции. Среди избирателей, которые отдали свои голоса Маккейну, две трети были нереспубликанцами.

Поддержка независимых избирателей и республиканцев в значительной степени повышала его шансы на национальном съезде Республиканской партии. Ее лидеры, по нашим представлениям, должны были бы радоваться победам Маккейна, так он становился опасным конкурентом для Альберта Гора и вполне мог вернуть республиканцев в Белый дом.

«Независимая газета» привела результаты опроса общественного мнения, проведенного среди представителей всех партий: на первое место вышел Маккейн (66%), далее Гор (59%), Буш (57%) и Брэдли (54%). Наши газеты уже поспешили сообщить, что вот-вот лидеры республиканцев попросят сына экс-президента добровольно выйти из игры, освободив поле битвы для более удачливого соперника. Но далее события стали развиваться довольно неожиданным образом.

Замер уровня поддержки кандидатов внутри партии показал, что 57% республиканцев готовы поддержать Буша и лишь 33% – за Маккейна. У демократов 65% отдали голоса Гору, 28% – Брэдли. Респондентов также спросили, кого они предпочтут – Маккейна или Гора. Ответы были такие: 56% – первого, 39% – второго. Когда на выбор предложили Буша и Гора, первый собрал 50%, второй – 44%.

И на этом фоне ситуация начала круто меняться. В конце февраля в трех штатах сразу Маккейн спутился на второе место: в Вашингтоне у него было всего 38% голосов против 59% у Буша, в Северной Дакоте – соответственно 19% против 76%.

Оглушающим было его поражение в Вирджинии, где Буш забрал все 56% голосов, которые будут представлять этот штат на национальном съезде республиканцев. Победой в этих трех штатах Буш получил двойное преимущество по числу голосов делегатов партийного съезда. Решающим моментом обозреватели считали 7 марта – «большой вторник», когда первичные выборы были назначены в 16 штатах, в том числе самых густонаселенных – Нью-Йорке и Калифорнии, а также на территории Пуэрто-Рико, Эксперты не сомневались, что явка на выборы будет максимальной.

У американцев, действительно, появился выбор, и голос каждого избирателя теперь мог стать решающим. В «супервторник» победой в девяти штатах Буш не только вернул себе звание «неизбежного» кандидата, но и заставил всех говорить о том, что именно он станет следующим хозяином Белого дома. В штате Нью-Йорк победа Буша была просто неизбежна, хотя, согласно опросам общественного мнения, шансы Буша и Маккейна были примерно равные. Во-первых, в бюллетене было не две, а четыре фамилии, и это не могло не «растащить» голоса, во-вторых, здесь у Маккейна не могло быть поддержки сторонников из числа независимых и демократов, поскольку в этот же день голосование проводили сразу оба партийных комитета (по этой причине он проиграл и в штате Огайо), в-третьих, за Буша в открытую «играл» губернатор штата Патаки (кто сказал, что «административный ресурс» есть только в России), в-четвертых, это было голосование не столько за кандидатов в президенты, сколько за выборщиков.

Если учесть, что выборщики Буша – это постоянно находящиеся в поле зрения избирателей высокие должностные лица, а выборщики Маккейна – никому не известные рядовые члены партии или вообще независимые граждане, нетрудно понять, за кем будет победа. Признанный «любимчик» журналистов, получивший негласную поддержку всех крупнейших нью-йоркских газет, проиграл в Нью-Йорке и еще в восьми штатах.  

«Тёмные лошадки» не пройдут

Почему же фортуна отвернулась как от Брэдли, так и от Маккейна? Дело, впрочем, вовсе не в Фортуне. Руководство партий, ошеломленное победами «тёмных лошадок», к концу февраля пришло в себя. Понадобилось определенное время, чтобы демократы и республиканцы перестроили свои ряды, пустили в ход дополнительные резервы и вновь все поставили на свои места, удалив неожиданных соперников с предвыборного поля.

Такой разворот событий демонстрирует, что сегодня, когда Маккейн и Брэдли поставили под сомнение базовые ценности американского истеблишмента, вновь востребована классическая двухпартийная система, которая уверенно отвергает «аутсайдеров» с улицы, даже если на этой улице стоит Капитолий. Сейчас, как свидетельствует В.Дунаев, среди американских аналитиков широкое распространение получило мнение о том, что руководство партии Слона скорее пойдет на поражение в конечной схватке с демократами, проголосовав за Буша, чем согласится поддержать Маккейна. «Харизма» против «машины» – так назвал свою статью в «Московских новостях» историк А.Янов, вспомнив определение сути демократического процесса Макса Вебера.

Автор статьи назвал Маккейна и Брэдли не «темными лошадками», а мятежниками. Теперь, по его мнению, начинается рутинное соревнование двух «машин». Правда, в отличие от других аналитиков, он оценивает шансы «третьей» силы – кандидата Партии реформ Патрика Бьюкенена и Ральфа Нейдера от «зеленых» – как ничтожные. А.Янов связывает этот шанс с «мятежником» Маккейном. По его мнению, все зависит от того, сохранила ли республиканская «машина» хоть капельку здравого смысла, чтобы вернуться к рулю управления страной, или просто дрейфует к очередному провалу.

Дело в том, как объясняет А.Янов, избиратели в Америке сегодня – в массе своей внесистемные люди, то есть они не придерживаются взглядов двух основных партий, находясь где-то в центре. Секрет Клинтона был как раз в том, что он решил опереться на центр. Ему отдали свои голоса умеренные и либералы Республиканской партии. Чтобы как-то противостоять сопернику, Бушу пришлось заигрывать с другой аудиторией: он рискнул выступить в Южной Каролине в откровенно расистском университете Боба Джонса, президент которого уверен, что католическая вера – «сатанинский культ».

Такого союза с правыми консерваторами избиратели ему вряд ли простят. В результате руководство Республиканской партии оказалось в трудном положении: отвергнутый мятежник способен завоевать избирателей, которые принесут ей победу, а человек, на которого сделана ставка, не способен.

Буша Гор побьет непременно, в этом теперь мало кто сомневается. Не зря сразу после оглашения итогов выборов «супервторника», когда сенатор из Аризоны поздравил Буша с победой, тот призвал бывшего противника по партии «создать команду и вместе одержать верх над Гором». Однако, как сообщили некоторые газеты, Маккейн сразу отказался от поста вице-президента, тем самым лишив Буша поддержки своего электората.

Это уже второй случай, когда не происходит автоматического переноса симпатий. Первый случился после ухода из предвыборной гонки Элизабет Доул, когда избиратели не последовали ее совету поддерживать далее Буша, а отдали свои голоса Маккейну. Так называемый «глупый вторник», 14 марта, когда выборы проходили в шести южных штатах, как и предполагалось, никаких сюрпризов не принес. По некоторым опросам Буш несколько опережал Гора, но у того больше шансов понравиться избирателям, причем не только демократам.

Гор в своих речах резко критиковал годы правления Буша-старшего, называя их катастрофическими, и прямо говорил, что если его соперник придет к власти, будет то же самое. Гор апеллировал к традиционной пастве демократов – афроамериканцам и другим национальным и расовым меньшинствам. Результаты опросов весьма красноречивы.

За Горы готовы отдать 95% темнокожих жителей Америки, за Буша – только 2%. На стороне Буша симпатии 93% белых религиозных граждан, у Гора их всего 5%. Бушу, чтобы противостоять Гору, необходимо, как он считает, сосредоточиться на решимости «восстановить честь Белого дома как символа государственной власти», Гор, напротив, рассчитывает, что его электорат, включая независимых и «умеренных», по достоинству оценит политику нынешней администрации, которая привела Америку к процветанию.  

Чего ждать России?

Симпатизируя во многом программе Маккейна, нельзя не видеть, что в случае его прихода к власти российско-американские отношения вряд ли будут безоблачными. Он считает, что Клинтон и демократы «заигрались» с Россией в демократию и с этим надо быстрее кончать. Это была, конечно, предвыборная риторика, но сенатор из Аризоны – человек решительный и своих слов на ветер не бросает.

По поводу России у республиканцев полный консенсус: и Буш, и Маккейн требовали от администрации прекратить кредитование российских проектов до тех пор, пока не прекратится война в Чечне. Буш как-то заявил, что все сделает, чтобы узнать, куда ушли доллары США, переданные Москве в виде займов МВФ. В этом смысле для нас предпочтительнее Гор, который до сих пор сохранил «российские интересы».

Конечно, он учитывает ситуацию и во время предвыборной кампании про них как бы забыл. Если до этого он встречался со всеми премьер-министрами России, а с В. Черномырдиным даже дружил, с В. Путиным предпочел контактов не поддерживать даже после того, как тот стал и.о. Президента России. И формально в вину ему это не поставишь, так как он теперь не имеет поручений от Клинтона на «русском» направлении. На всякий случай – подальше как от России, так и от Клинтона.

Но даже Гор в марте призывал «настороженно относиться к попыткам России самоутвердиться в международных отношениях» и достаточно резко критиковал нас за Чечню. В последние месяцы президентской гонки Гор всячески дистанцировался от России, совсем отказался от пророссийских симпатий и даже стал критиковать Москву, как это случилось во время первых теледебатов, когда два претендента обсуждали ситуацию с выборами в Югославии.

Но оппоненты из республиканской партии не дремлют. Чего стоят многочисленные публикации в самый разгар предвыборной кампании снимка Гора, на котором тот обнимает Черномырдина. Фото сделано еще в 1997 году, но тем, кто не забыл лобзаний Никсона с Брежневым, о многом напоминает.

Развитие событий показывает, что республиканцы в качестве одного из основных пунктов своей критики администрации Клинтона за прошедшие 8 лет выдвинули именно «российское направление». В начале октября в Вашингтоне был обнародовал объемный отчет (по сведениям «Российской газеты» – 182 страницы, по сведениям газеты «Новых известий» – 209), составленный в соответствии с рекомендацией спикера Конгресса Дэнниса Хастерта, в котором проанализирована политика США по отношению к России.

Как явствует из отчета, политика администрации Клинтона «усугубляла российские проблемы, уничтожая стимулы для реформирования и подкрепляя правительственную политику, грабительскую по отношению к российскому народу». Министерство юстиции подготовило иск на 120 млн. долларов к специалистам Гарвардского университета, которые в свое время консультировали Анатолия Чубайса и других российских реформаторов «левого» толка.

Еще один «ужастик» – книга журналиста Роберта Фридмана «Красная мафия», в основе которой – скандал с «Bank of Amerika». Все это жутко похоже на тщательно спланированную пиар-кампанию. Так что теперь многое зависит от того, как рядовые избиратели будут реагировать на отношения с Москвой. Впрочем, как отмечают аналитики, рядовые американцы мало интересуются внешней политикой. Однако «российская тема» в контексте американских выборов наверняка не останется без внимания, кто бы ни пришел в Белый дом.

Если победит Буш, выводы конгрессменов наверняка лягут в основу его политики по отношению к нашей стране, если победит Гор, он не сможет не прислушаться к выводам оппонентов, тем более что и в самой России в последнее время усилилась критика в адрес «помощников» реформаторов из-за океана.  

Ковбойские сапоги или итальянские туфли?

После завершения праймериз, когда у американцев еще было время лучше подумать, чего же они хотят, корреспондент «Новой газеты» М.Киселева, сославшись на мнение некоторых советников Маккейна, написала, что «уход» ветерана Вьетнама может быть временным – этакий временный тайм-аут для подготовки к дальнейшей борьбе.

По правилам избирательной гонки в США, он мог бы побороться за Белый дом в качестве независимого кандидата. К тому же руководители партии республиканцев, несмотря на оглушительную победу Буша и в «супервторник», и в «глупый» вторник, могли объявить в августе открытую партийную конвенцию с настоящими выборами кандидата. В таком случае у партии оставался шанс победить наконец демократов.

«Поживем – увидим, что будет важнее для лидеров Республиканской партии», – написала я тогда в первом варианте этих заметок. По сути все последние месяцы борьба шла за миллионы голосов, которые были отданы в ходе праймериз за «бунтаря» и «партийного реформатора» Маккейна.

Теперь можно подвести итоги. Сенатор из Аризоны, как и обещал в интервью телекомпании Эн-би-си за два дня до «супервторника», не делает попыток баллотироваться на ноябрьских выборах в качестве независимого кандидата, а потому Буш имеет шанс получить его голоса. Уж очень хочется республиканцам вернуться в Белый дом. К тому же Буш сильно вырос за время предвыборной кампании, нащупав путь к сердцу тех, кто голосовал за Маккейна. Мало того, он стал бороться на неуступчивый электорат – за тех демократов, которые стали сомневаться в своих лидерах.

Буш показал, что открыт для перемен. Он сделал свою партию более гибкой, менее традиционной. Он поменял свой внешний облик, поведение, взгляды, вместо ковбойских сапог стал носить итальянскую обувь, вместо мешковатых пиджаков – дорогие костюмы лучших модельеров. И в то же время оставил на вооружении ставку на менее состоятельную часть Америки, попытавшись соединить в своих речах их проблемы с консервативными ценностями.

Республиканский съезд стал для Буша триумфом. После него Буш, по итогам опроса общественного мнения, стал опережать Гора: 49% избирателей готовы были голосовать за него и только 38% – за Гора. Однако уже в сентябре Гор, до этого молча наблюдавший за активной кампанией соперника, снова опасно приблизился к нему.

Был ли способен Гор привлечь к себе электорат Маккейна? Уже в марте аналитики не допускали этого, ведь он представляет собой типичного политика старого уклада, выступающего за сохранение статус-кво. Тем не менее он сумел перебороть ситуацию и к августу не только догнал Буша, которому уступал, но и встал с ним вровень. Аналитики обращали наше внимание на «третью» силу, конкретно на Партию реформ, номинантом которой является Пэт Бьюкенен. На прошлых выборах основатель этой партии Рос Перро сумел получить 8% голосов, что, как я помню, было расценено как сенсация. Если учесть, что в Америке его называют «денежным мешком», то вряд ли Партия реформ не имела денег для раскрутки своего кандидата. Впрочем, он делает это сам, и довольно успешно. Его уже назвали самой яркой фигурой выборов-2000, чему во многом способствовала книга Пэта Бьюкенена «Республика. Не империя», которая стала бестселлером сразу после выхода в свет.

Однако уже к началу сентября стало ясно, что основная борьба пойдет между Бушем и Гором. Все должны были решить полуторачасовые публичные дебаты, хотя никто не сомневался, что для Гора, великолепного полемиста, они привычнее, чем для Буша. Однако их первая схватка, прошедшая 29 сентября в университете Бостона и которую увидели 75 млн. человек, как свидетельствуют многочисленные источники, явного фаворита не выявила. Российские СМИ сообщили об итогах в полном соответствии со своими симпатиями к претендентам.

По телесюжетам было весьма сложно определить, как же все было на самом деле. Однако оценка дебатов американскими избирателями практически была одинаковой: ни один не получил явных преимуществ. Ни тот, ни другой не сделали ничего, чтобы привлечь внимание избирателей, хотя оба понимают, что теперь идет борьба за «болото», то есть за тех, кто до сих пор не определился. Избиратели могли еще раз убедиться в том, что в главном предвыборные программы претендентов на Белый дом похожи. Они оба стараются держаться к центру, то есть стараются угодить как можно большему числу избирателей. Так что центризм в фаворе не только у нас.

Различия в позициях кандидатов касаются частностей. Так, Гор полагает, что гигантский профицит бюджета необходимо направить на укрепление пенсионной системы и на ликвидацию государственного долга, Буш считает, что обеспеченный трудом налогоплательщиков избыток денег надо вернуть им же в виде налоговых льгот. Если Буш считает, что использование американских вооруженных сил возможно только в случае реальной угрозы национальным интересам США, то Гор допускает, что это возможно и в других случаях, скажем, при возникновении гуманитарной «катастрофы», как было, например, в Косово.

Но оба сходятся в том, что Америка может диктовать свою волю другим странам, оба выступают за развертывание ПРО. За Гора – реальная практика администрации Клинтона. Теледебаты проходят не только между претендентами на Белый дом, но и между кандидатами на пост вице-президента. С их выбором оба – и Буш, и Гор – не обманулись. Первый привлек на свою сторону Ричарда Чейни, опытного управленца, работавшего еще в администрации Форда, бывшего министра обороны и верного соратника Буша-старшего, сняв тем самым упреки со стороны демократов в том, что он не понимает специфики Вашингтона и не знаком с международной проблематикой. Второй идет на выборы в паре с Джозефом Либерманом, что добавило ему симпатий определенной части электората: это первый еврей в числе претендентов на столь высокий государственный пост. К тому же Либерман в США обладает репутацией «морального компаса» в политике, честного и открытого реалиста.  

Снимок на память в зале для пресс-конференций Конгресса США

Все решится после 4 ноября

Сегодня, наверное, даже сами американцы не знают, кто в январе будущего года станет хозяином Белого дома. Безнадежное дело – определять победителя по рейтингам, поскольку не только в России, но и в США результаты замера общественного мнения определенно зависят от того, кто их делает. К тому же американская двухступенчатая система президентских выборов не позволяет видеть всю картину в целом, поскольку есть еще мнение членов коллегии выборщиков.

По данным газеты «Нью-Йорк Таймс», 14 штатов и округ Колумбия готовы поддержать Гора, таким образом вице-президент уже имеет 201 голос из 270, 22 штата и 179 выборщиков поддерживают Буша (данные на 16 сентября). Таким образом ни один из них пока не приблизился к желаемому результату и пока не ясно, кому отдадут свои голоса жители 158 выборщиков из 14 штатов. Именно в их руках сегодня находится судьба президентского места.

Как пишет в «Новых известиях» Сергей Гулый, у обоих кандидатов не осталось в запасе ярких ходов, способных в одночасье переломить ход предвыборной борьбы. Значит, настал черед скрытых от глаз публики мелких гадостей, подножек и подлостей. Как указывает эта газета, многие избиратели выбрали Гора после съезда демократов, где он сумел сменить свой имидж, дистанцировался от Клинтона, перевел предвыборную кампанию в область спора по поводу программ, а не личных нападок.

Конечно, каждый из них в ноябре примет свое решение, но каким будет решение всей страны и кто поможет его принять?

Все решится после 4 ноября 2000 года…

Любовь АГЕЕВА

Казань, 5 апреля 2004 года

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

 Издательский дом Маковского Айтико - создание сайтов