Пишем о том, что полезно вам будет
и через месяц, и через год

Цитата

Если хочешь узнать человека, не слушай, что о нём говорят другие, послушай, что он говорит о других.

Вуди Аллен

Хронограф

<< < Февраль 2024 > >>
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29      
  • 1913 – Под Казанью началось строительство железнодорожного моста через Волгу. Мост возводился по проекту инженеров Н.А. Белелюбского и А.П. Пшеницкого

    Подробнее...

Новости от Издательского дома Маковского

Finversia-TV

Погода в Казани

Яндекс.Погода

Когда друзья уходят: Эдуард Хайруллин

23 мая будет сорок дней, как среди нас нет  Эдуарда Хайруллина, известного человека в мире журналистики, и не только.

15 апр в 8:17

Осиротел Дом Ушковых... Без предводителя Клуб камрадов Жаржевского. Слава Богу, останется с нами своими фильмами, своей улыбкой и приветливостью. Однако, как жаль...

Любовь Агеева. ВКонтакте

С Эдуардом Хайруллиным мы сблизились на почве краеведения. До этого встречались на каких-то мероприятиях ― он был собкором Общественного Российского Телевидения (так тогда назывался Первый канал). Потом я его потеряла из виду, пока не узнала, что он уехал в Москву.

Когда в 2010 году его пригласили в пресс-службу президента, он позвонил мне как опытному чиновнику в этих делах (я возглавляла  пресс-центр парламента с 1995 года) ― посоветоваться. Я почувствовала, что он уже всё решил, поэтому скорее напутствовала, чем советовала. Предупреждала, что не раз он будет каяться, что ушел из журналистики, поскольку работа в госаппарате для журналиста ― испытание тяжелое. Рассказала о трудностях, которые его могут подстерегать.

Сначала он был заместителем Андрея Кузьмина, через 5 лет, после его ухода в «Татмедиа», заменил его. Пресс-секретарю такого уровня не позавидуешь ― кабинет между молотом и наковальней. Журналисты ведь мало знают о том, что такое субординация, слабо представляют узкий коридор наших возможностей. Упреков и недовольства при этом не избежать. Но ни разу ни от кого не слышала плохого слова об Эдике. 

В 2019 году Хайруллин ушел из аппарата президента, но государственным служащим остался, поскольку работал в «Татмедиа». Я не раз в шутку спрашивала его, не уволит ли его руководитель управления за его активную творческую работу, мало связанную с должностными обязанностями. Эдик издал две книги, организовал выставку своих фотографий, посвященную восстановлению Свияжска. Начал снимать документальные фильмы и размещал в интернете. Стал популярным человеком в сети. Зарегистрировал НКО, чтобы иметь право на государственные гранты под краеведческие проекты.

Мне его интерес к истории Казани представлялся неожиданным, а когда взяла у него интервью (Эдуард Хайруллин: когда историю можно потрогать рукой), выяснилось, что ошибалась. Просто он начал реализовывать то, что задумал уже давно. Я и не знала, что он имеет профессиональные навыки фотографа и экскурсовода.

Эдик выделялся среди других своей образованностью. Сегодня даже в журналистской среде это большая редкость. Он бывал в театры, ходил на концерты и выставки. Мы там часто встречались.

Если честно, я не очень поняла, зачем он решил как выпускающий редактор поучаствовать в  подготовке концепции модернизации журнала «Казань». Это было переломное время для редакции: Юра Балашов после тяжелой болезни выпускать журнал уже не мог, и это была хорошая возможность разработать концепцию нового, более востребованного молодежной аудиторией издания.

У номера была сквозная тема ― места силы в Казани, замечу, довольно абстрактная, которая подчинила себе все публикации. Где-то удачно, где-то не очень. Новое видение дизайна журнала заказали московскому художнику.

То ли Эдик думал стать главным редактором журнала, то ли просто пробовал себя в новом деле... Мы эту тему не обсуждали и о результатах эксперимента не говорили. Думаю, что к этому времени он сам понял, что печатная  журналистика сильно отличается от телевизионной и не всё можно передать словами.

Но в интервью он коснулся этого, когда рассказывал о своей книге, написанной к 100-летию Татарской автономной республики:

«Работа на телевидении создавала ощущение, что твой труд растворяется в эфире и, в общем-то, пропадает. Особенно сильным оно было в ранние годы. А книга, она все-таки такой документ, который останется на века, который наши потомки смогут перелистать и прочитать, найти там что-то важное, интересное. И их ощущение нашей эпохи будет реальным, осязаемым. Мне показалось это интересным…».

Как очень серьезное поручение Рустама Нургалиевича Минниханова Эдик рассматривал работу в Доме Ушкова. Много чего интересного они со Светланой Брайловской про этот дом откопали. Узнали, например, что не было никакого свадебного подарка - Зинаида и Алексей Ушковы строили этот дом как семейное гнездышко. Но туристам Эдик говорил об этом уже после завершения осмотра дома.  

Он стал первооткрывателем нового вида работы с туристами ― экскурсии-премиум, или авторской экскурсии. Путешествие по дому продолжалось три часа. Он давал экскурсантам возможность заглядывать во всех уголки, даже в подвал, открывал все двери, включая дверь на балкон, выходящий на улицу Кремлевскую. Никогда не видела, чтобы она открывалась. Там можно было сделать селфи с видом на главное здание университета.

Меня сфотографировал Эдик Хайруллин

Как-нибудь напишу об экскурсии, на которой я была среди туристов. Заодно это будет увлекательный рассказ и о Доме Ушковых.

Чтобы посмотреть Дом Ушковых, люди приезжали в Казань специально. Так мастерски зазывал он в сети потенциальных туристов. Как он мне однажды сказал, казанский особняк по числу обращений к поисковым системам в интернете вошел в десятку лучших в мире среди домов-подарков.

Эдуард был уверен, что памятники старины вполне могут себя «прокормить», если их восстановить. В интервью он подробно об этом рассказал.

Хайруллину президент Минниханов поручил разработать концепцию использования Дома Ушковых после реставрации. У него были конкретные предложения, которые он докладывал на одном из совещаний в Кремле.

Было интересно наблюдать, как Эдуард обживал особняк, сделав в правой его части нечто вроде офиса. Он многое что приобрел для восстановления аутентичной среды в старинном доме, ведь при хорошей сохранности здания и его интерьеров многое утрачено. Радовался, как маленький, когда купил французскую  печь 1906 года, возможно, у Ушковых была такая же. Где-то прикупил японскую ширму и расписной унитаз и с гордостью показывал их экскурсантам.

Ему удалось обставить мебелью одну из комнат, которые Ушковы сдавали в аренду. Туристам разрешалось посидеть на старинной кровати. 

Во время экскурсии гости заходили в кабинет хозяина, Эдик делал так, чтобы они обратили внимание на секретный сейф. Сейф открывался - и в нем были деньги, которые под веселые шуточки раздавались присутствующим. Так мне досталась советская сторублевка.

У меня в это время оказался целый мешок советских монет - достался с купленной квартирой. Я отдала мелочь Хайруллину. Эффект при раздаче был не меньше. 

Нас  с Эдуардом сблизили два обстоятельства, связанные с ТРО ВООПИиК. Мы одинаково оценивали разброд и шатания в республиканской организации, начавшиеся после скоропостижной кончины ее председателя Фариды Забировой. Странным образом отреагировало на эту непростую ситуацию руководство федерального ВООПИиК, заняло выжидательную позицию руководство республики. Хайруллин как-то пытался всех примирить, съездил в Москву, в офис головной организации. В конечном итоге был готов возглавить ТРО, пока организация не растеряла весь свой авторитет. Он заявил об этом на последнем собрании членов ВООПИиК в Доме-музее Василия Аксенова.

К выборам готовился серьезно. Давая мне интервью, рассказал о том, как ему представляется работа градозащитников. Нас обоих не устраивали «обвинительный уклон» в общении членов ТРО при взаимодействии с Комитетом РТ по охране объектов культурного наследия и нацеленность на архитектурные вопросы при полном невнимании к просветительской работе по пропаганде культурного наследия.

Смерть Эдуарда поставила в истории нашей организации жирное многоточие. И у меня уже нет уверенности, что ТРО восстановится как единое целое.

Последней работой Эдуарда Хайруллина на канале «Новая Тартария» оказался фильм «Следами Горького. По Казани и Красновидово» («Буревестнику революции» 155 лет. С днем рождения, Алексей Максимович!), где автор раскрывает не известные до сих пор широкой публике факты о пребывании Горького в Казани, размышляет над тем, о чем тогда будущий великий писатель думал, по какому поводу переживал и по какой причине однажды решил уйти из жизни.  

Как рассказал «Реальному времени» близкий друг Хайруллина — Михаил Шутов, после завершения работы над проектом о Горьком Эдуард планировал заняться историей об Иване Степановиче Жаркове, макарьевском и казанском купце 1-й гильдии, казанском городском голове и меценате.

«Мы с ним начали собирать информацию о Жаркове параллельно — это было на уровне обсуждений. Жарков был не просто купцом-меценатом, он был главой города и много чего успел. Человек здесь жил и пытался что-то сделать для Казани, вкладывая свои заработанные деньги в развитие города. Мы с Эдиком хотели увековечить память о нем хотя бы через видеопроект, если не получилось сделать памятник в городе».

Это цитата из его интервью корреспонденту «Реального времени» Миляуше Кашафутдиновой. Она беседовала и со мной. Попросила рассказать о наших с Эдиком планах создать краеведческий портал.

У меня нет уверенности в том, что я одна смогу реализовать нашу общую задумку ― создать такой портал на основе сайта газеты «Казанские истории».  Она возникла после похорон Льва Моисеевича Жаржевского, с которым Хайруллин очень подружился.

Дело в том, что статьи и очерки казанских краеведов: Ефима Бушканца, Бориса Ерунова, Ильдара Алиева и многих других, изучавших историю города по первоисточникам, остаются мало известными широкой аудитории. Они либо затерялись в газетных подшивках, либо стали частью книг, изданных на их собственные деньги, а потому малыми тиражами, либо служат источником информации для авторов вторичных публикаций, написанных чаще всего на основе прямого плагиата.

Оказывается, эта проблема волновала и Льва Моисеевича. Он как будто предчувствовал, что совсем скоро надо будет позаботиться и о его творческом наследии. После его кончины Эдуард создал сообщество его памяти (Клуб камрадов Льва Жаржевского. Есть такой теперь в Казани). Заседания клуба проходили в Доме Ушковых. Он призвал всех подключиться к собранию «сочинений» Льва Моисеевича.

Эдуард Хайруллин с Сергеем Саначиным, камрады Льва Жаржевского

В разговоре возникла идея о том, что необходимо сберечь творческое наследие всех казанских краеведов. Так родилась идея краеведческого портала. И мы уже обсудили с Хайруллиным, как ее реализовать на имеющейся сетевой платформе «Казанских историй». При небольшой перепланировке сайта в программном и содержательном смысле можно сделать портал с авторскими  блогами уже сейчас. А потом заявиться на грант для серьезной модернизации  платформы под новые задачи.

Моя коллега Светлана Брайловская, с которой Эдуард Хайруллин делал все свои краеведческие проекты, считает, что мы можем, просто обязаны реализовать эту идею. Ведь лучшая память о человеке — это продолжение его дела. И она права.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить