Пишем о том, что полезно вам будет
и через месяц, и через год
|
20.08.2018

Цитата

Я угрожала вам письмом из какого-нибудь азиатского селения, теперь исполняю свое слово, теперь я в Азии. В здешнем городе находится двадцать различных народов, которые совершенно несходны между собою.

Письмо Вольтеру Екатерина II,
г. Казань

Погода в Казани
+16° / +24°
Ночь / День
.
<< < Август 2018 > >>
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31    
  • 1997 – На 75-м году жизни скончался Александр Иванович Бондаренко, с 1965 по 1985 – председатель Исполкома Казанского Совета депутатов трудящихся. Родился 9 сентября 1922 года.

    Подробнее...

Фабрика смерти Освенцим, или Аушвиц

В сорока пяти километрах от польского Кракова находится город Освенцим, который ассоциируется с геноцидом евреев во времена Великой Отечественной войны. Именно здесь располагался комплекс концентрационных лагерей с общим названием Аушвиц, у нас известный как Освенцим.

Комплекс Освенцим – самая крупная и наиболее долго существовавшая нацистская фабрика смерти. С 1947 года на территории бывших концлагерей открыт музей, включенный в Список всемирного наследия ЮНЕСКО, и очень жаль, что наследие такое печальное.

«Музей Освенцима – удивительное, жуткое, страшное и пугающее место, и невозможно оставаться равнодушным после его посещения, – говорится в одной из публикаций на его сайте. – Мозг еще очень долгое время пытается осознать масштаб человеческой жестокости, которая творилась в этих стенах. Пытается и не может.

Осознание того, сколько живых людей было замучено, убито, отравлено и сожжено в этих стенах, невероятно угнетает, и все это усиливается «эффектом присутствия» – ведь Вы физически находитесь внутри помещений, стены которых видели и помнят огромное количество человеческих смертей.

Спасибо нашим дедушкам, которые смогли остановить этот ужасный террор и вернули мир на Землю. Именно после посещения таких мест понимаешь, как много мы им должны и никогда не сможем сделать для них ничего равнозначного...»

Я расскажу об этой фабрике смерти, используя очерки с сайта музея Освенцима.

Работа над очерком о генерал-майоре Федоре Красавине, командире стрелковой дивизии №100 60-й армии 1-го Украинского фронта, которая освобождала узников Освенцима, заставила меня познакомиться со многими публикациями в Интернете.

Самые интересные оказались на сайте музея в Освенциме. И потому, что они более подробно рассказывают о комплексе лагерей (мы имеем представление в основном о лагере в городе Освенциме), при этом тексты иллюстрируются многочисленными снимками, которые я не встречала ранее. И потому, что это наиболее правдивая история. Пришлось буквально продираться через фактические несоответствия разных публикаций.

У меня есть личные впечатления от Освенцима. Я была в музее в начале 70-х годов. Помню, какой шок испытала возле печей в крематории. Но гораздо страшнее этих печей оказалась гора обуви, которая уже никогда никому не понадобилась.

Работники музея предупреждают: для посещения концлагеря стоит выделить не менее 2-3 часов, а людям впечатлительным лучше вообще воздержаться от посещения – остаться равнодушным не получится. Могу засвидетельствовать: впечатления после посещения лагерей Освенцим и Бзежинка очень тяжелые и остаются в памяти надолго.

Наверняка число экскурсантов в последние годы резко сократилось. Даже ветераны, участвующие в боях, не очень любят вспоминать эти страшные годы. В той же Польше желание оставить всё в далеком прошлом я обнаружила еще в 80-е годы. Полякам, да и людям других национальностей не понять, почему мы не хотим забывать. Может, потому, что они не заплатили за Победу такую страшную цену, как мы.

Не помню, где я прочитала это, но помню: фраза резанула своей очевидностью - если сегодня мы забудем о прошедшей войне, то завтра надо будет готовиться к новой.

Был польским, стал немецким

В 1939 году польский город Освенцим был занят немецкими войсками и переименован в Аушвиц (Auschwitz), а 20 мая 1940 года в двухэтажных кирпичных строениях артиллерийских казарм польской армии был основан первый из концлагерей - Аушвиц I. Изначально лагерь состоял из 20 построек: 6 двухэтажных и 14 одноэтажных. В 1941-1942 годах ко всем одноэтажным зданиям были достроены вторые этажи и появилось еще восемь новых корпусов. Все строительство велось силами заключенных. Комендантом лагеря был назначен Рудольф Гесс.

Первая группа узников в составе 728 польских политических заключённых прибыла в лагерь 14 июня 1940 года из тюрьмы в Тарнове. На протяжении двух лет количество заключённых варьировалось от 13 до 16 тысяч. В среднем количество одновременно находящихся там узников колебалось от 13 до 16 тысяч, но в 1942 году их число достигло 20 тысяч.

Территория лагеря сначала была обнесена двойным забором с колючей проволокой, которая находилась под напряжением, а потом, весной 1942 года, с двух сторон появился железобетонный забор.

Фото Олега Лажечникова

В 1941 году было принято решение о строительстве второго лагеря – Аушвиц II (Бзежинка или Биркенау). Он располагался в трех км от Освенцима, в деревне Бжезинка.

Как правило, если речь заходит об Освенциме, подразумевается именно этот лагерь. Именно здесь было уничтожено наибольшее количество людей, именно здесь находились смертоносные газовые камеры Освенцима. Железнодорожные «Ворота смерти» стали сегодня визитной карточкой лагеря, и когда наталкиваешься на любое упоминание об Освенциме, перед глазами возникают именно они.

Строительство лагеря началось в октябре 1941 года на месте дислокации польского кавалерийского полка, когда бараки лагеря Аушвиц-I уже были переполнены. До немецкой оккупации в этих бараках находились конюшни на 52 лошади каждая.

Первый из четырех участков сдали уже в конце февраля 1942 года, и в нем располагались мужской и женский секторы, а первых узников фабрика смерти Биркенау «приняла» уже 1-го марта. Строительство второго участка было завершено в 1943-1944 годах, на его территории размещались карантинный и больничный блоки для мужчин, лагерь для цыган, блок для венгерских евреев («Депотлагерь»), еврейский семейный лагерь и склады. В 1944 году началось строительство третьего участка, в недостроенных бараках которого в июне и июле размещались еврейские женщины, чьи имена не были внесены в лагерные списки, и этот сектор позже стали называть «Мексика». Четвертый участок так и не был застроен.

Общее количество одновременно находящихся в лагере Аушвиц II заключенных – более ста тысяч человек. «Обслуживающий персонал» насчитывал около 6000 эсэсовцев.

Территория лагеря была огромна – более 170 га. Это в 20 раз больше территории лагеря Аушвиц I. До оккупации в строениях на месте лагеря находились конюшни польской армии, на 52 лошади каждая. Кирпичных бараков было немного – лагерь в основном состоял из деревянных. Большинство бараков были построены без фундамента. Их строительством занимались первые заключенные. Кирпичные блоки были только в женской части лагеря Аушвиц II. Всего на территории концлагеря существовало около 300 бараков, но почти все они были разрушены и на их месте остались лишь кирпичные остовы отопительных печей и дымовые трубы. Сейчас мы можем видеть только реконструкции бараков.

В 1943 году недалеко от Освенцима, в Моновицах, на территории завода «IG Ferbenindustrie», был построен еще один лагерь – Аушвиц III. Всего в течение 1942-1944 годов было построено около четырех десятков филиалов, которые в него входили. Как правило, они были расположены вблизи металлургических комбинатов, шахт и фабрик, а заключенные из этих лагерей использовались как бесплатная рабочая сила. Труд в более чем сорока лагерях был использован в самых различных областях: строительстве, земледелии,  промышленности.

Надпись над входом в лагерь Аушвиц I на немецком языке «ARBEIT MACHT FREI» («Арбайт махт фрай») в переводе означает «Труд делает свободным» («Труд освобождает»). Буква «В» в слове ARBEIT перевернута вверх ногами – это сделали заключенные в знак протеста.

Ночью 18 декабря 2009 года неизвестные злоумышленники похитили надпись и распилили ее на три части. Спустя несколько дней надпись удалось обнаружить недалеко от города Тарунь, на севере Польши. Она была завернута в брезент и спрятана под листьями и снегом. Позже удалось выяснить, что кража была заказной – приобрести надпись пожелал шведский коллекционер.

Первое, что видели узники, прибывающие в лагерь Аушвиц II – «Ворота смерти». Франц Хеслер, комендант лагеря Биркенау с 1942 по декабрь 1944 года, говорил арестантам, что выход отсюда только один – через трубу крематория. На базе этого изречения образовался лагерный сленг «вылететь в трубу».

Заключенные прибывали в лагерь на поездах – составы с узниками шли со всей Европы.

Их высаживали из вагонов и выстраивали в длинную очередь для «сортировки» вдоль железнодорожных путей. Считается, что Аушвиц II «принимал» ежедневно до 10 составов с людьми по 50-100 вагонов каждый. Многие будущие узники даже не догадывались, куда их везут. Нацисты всех убеждали, что их просто «переселяют на восток», продавали им абстрактные участки земли в восточной Европе и предлагали «хорошую работу» на заводах и фабриках. Особенно это касалось греческих и венгерских евреев.

После такой «обработки» люди обычно брали с собой все свои сбережения и драгоценности, чем и пользовались нацисты, отбирая у прибывших узников абсолютно все вещи, самые ценные из них вывозили в Германию для нужд Третьего рейха.

На немногочисленных фотографиях из лагеря Аушвиц II, сделанных самими нацистами втайне от командования, можно увидеть, как проходила «сортировка» узников. Всего сохранилось около двухсот оригинальных снимков, и некоторые из них впоследствии были признаны вещественными доказательствами зверств фашистов на судебных процессах.

Всех вновь прибывающих заключенных стригли, мыли и дезинфицировали, отбирали одежду и личные вещи, а затем регистрировали и присваивали персональные номера. Изначально, всех узников фотографировали в трех позициях. С 1943 года их стали татуировать – Аушвиц был единственным концентрационным лагерем, где заключенным делали номерные татуировки.

Вновь прибывшие спали на соломе, которая была разбросана тонким слоем по полу, позже появились подстилки из сена. Это были худые тюфяки, набитые небольшим его количеством. В помещениях, в которых с трудом можно было разместить 40-50 человек, зачастую находилось 200 и даже больше.

Потом узники получали место в бараках, внутри которых были трехъярусные нары. На каждой такой «кровати» отдыхало по двое узников. В лагере Аушвиц I нары были деревянными, в Аушвиц II – как деревянные, так и кирпичные, с деревянным настилом. В одном из бараков концлагеря Биркенау есть реконструкция спальных мест узников.

Все арестованные делились на категории и получали треугольники разного цвета, которые пришивались на тюремные робы вместе с номерами. Красный треугольник носили политические заключенные, евреи – шестиконечную звезду, которая состояла из треугольника желтого цвета и треугольника, показывающего причину ареста. Черные треугольники носили «антиобщественные элементы» (например, цыгане). Гомосексуалисты носили розовые треугольники, а «Свидетели Иеговы» – фиолетовые. Остальные были отмечены зеленым треугольником. 

Вместе с взрослыми в лагере находились дети. Большинство детей погибало в газовых камерах сразу же после прибытия, некоторые умирали в результате садистских опытов нацистов, а наиболее сильных детей отправляли на работу наравне со взрослыми.

По прибытии на разгрузочную платформу лагеря Аушвиц II у людей отбирали все вещи и ценности, врачи СС проводили отбор депортированных людей. Прибывших делили на четыре группы.

Первая группа (самая многочисленная, примерно три четвертых от всех прибывающих) почти сразу отправлялась в газовые камеры на мучительную смерть. Это были в основном еврейские старики, женщины, дети и те, кто по каким-то причинам не был пригоден к работе. По свидетельствам Рудольфа Гёсса, таких было около 70-75 процентов.

Принято считать, что за всё время существования лагеря Аушвиц II  здесь было уничтожено более миллиона евреев, и это был один из главных механизмов так называемого окончательного решения еврейского вопроса.

Следующая группа отправлялась на работы на промышленные предприятия. К фабрикам, заводам и шахтам были приписаны 405 тысяч человек, более 340 тысяч из них были замучены, казнены или умерли от непереносимой трудовой нагрузки. Недалеко от лагерей Аушвиц немецкой компанией «IG Farben Industrie» был построен нефтеперерабатывающий завод «Буна Верке» («Buna Werke»), производивший бензин и синтетическую резину, на котором использовался труд заключенных.

Еще одна группа (в основном люди с врожденными физическими отклонениями – карлики, близнецы) отправлялась в «основной» концлагерь (Аушвиц I) к доктору Йозефу Менгеле, известному как «ангел смерти», для античеловеческих и садистских опытов. После окончания войны Менгеле удалось скрыться от преследования в Бразилии, где он умер своей смертью от инсульта в возрасте 67 лет.

Одна группа состояла только из женщин и называлась «Канада». Женщины, отобранные в эту группу, использовались эсэсовцами в качестве прислуги, работниц по сортировке конфискованных у прибывающих арестантов личных вещей и личных рабов.

Такое название было выбрано в качестве насмешки над заключенными-поляками – раньше польские эмигранты присылали своим родственникам подарки из Канады, поэтому восклицание «Канада!» часто использовалось при виде богатого подарка от заграничных родственников.

Товарные вагоны, в которых перевозились заключенные, были плохо вентилируемы, воды и еды в них не было, в то время как поезда из отдаленных уголков Европы в Бжезинку иногда шли до 10 дней. Когда по прибытии вагоны вскрывались, то часть заключенных была уже мертва, а оставшиеся в живых находились в состоянии крайнего истощения и обезвоживания. Один такой вагон представлен на территории музея. В каждом вагоне провозилось от 50 до 100 человек, и они шли в лагерь нескончаемым потоком практически круглосуточно.

Портреты бывших узников концлагеря Освенцим сейчас висят в коридорах многих бараков. И кажется, что им нет конца – количество лиц просто огромно.

Пытка – каждый день и час

«Слово Аушвиц (или Освенцим) в сознании многих людей является символом или даже квинтэссенцией зла, ужаса, смерти, концентрацией самых немыслимых нечеловеческих изуверств и пыток. Многие сегодня оспаривают то, что, по словам бывших узников и историков, здесь происходило.

Это их личное право и мнение. Но побывав в Аушвице и своими глазами увидев огромные комнаты, наполненные... очками, десятками тысяч пар обуви, тоннами срезанных волос и... детскими вещами...

У тебя внутри пустота. А волосы шевелятся от ужаса. Ужаса осознания, что эти волосы, очки и туфли принадлежали живому человеку. Может быть почтальону, а может быть студенту. Обычному рабочему или торговцу на рынке. Или девушке. Или семилетнему ребенку. Которые у них срезали, сняли, бросили в общую кучу. К еще сотне таких же.

Аушвиц. Место зла и бесчеловечности».

Это цитата из очерка об Освенциме Сергея Анашкевича. Снимки с его блога легко узнать по следам крови с правой стороны. Я использовала некоторые подробности из его текста.

Некоторые жилые бараки на территории музея открыты для свободного посещения, и можно своими глазами увидеть, в каких условиях жили узники.

В лагере Аушвиц II в каждом таком бараке ночевало до 1000 человек. Трехэтажные деревянные нары, вместо матрасов – тонкий соломенный настил. В каждом таком отсеке размещалось до 8 заключенных. Кроватей всем не хватало, поэтому часто люди размещались на холодном полу и по 2 человека на одной койке.

Окон немного, стекла зачастую отсутствовали. Отапливался огромный барак двумя небольшими печами, поэтому там всегда было холодно. В сильные зимние морозы узники нередко умирали во сне от переохлаждения.

Еще одной проблемой лагеря было отсутствие нормальной воды, канализации и огромное количество крыс. Вода в лагере была только холодная, независимо от времени года и температуры за окном, и ее количество строго регламентировалось. Заключенный мог воспользоваться водой только в течение нескольких минут в неделю.

Туалет для узников («санитарный» барак) состоял из трех бетонных пандусов, в которых были прорезаны круглые отверстия-унитазы с таким расстоянием, что люди, сидя на них, касались друг друга спинами и плечами и чувствовали себя еще более униженными. Здесь же стояли корыта с водой, где заключенные умывались и подмывались.

Однако, судя по этому снимку, были и более человеческие условия.

Уборка таких бараков производилась вручную, голыми руками, силами самих заключенных – фекалии и грязную воду на тачках вывозили к «очистным сооружениям». Никаких полотенец и туалетной бумаги не было. Узникам отводилось всего 3 минуты на посещение туалета 2 раза в день – утром и вечером. Из-за антисанитарии заключенные постоянно страдали диареей и более серьезными заболеваниями. Кстати, одним из наказаний в концлагере был «запрет гигиены» – провинившимся на определенный срок запрещали посещать туалет и мыться.

Одежда не защищала узников Освенцима от холода, белье менялось раз в несколько недель, а иногда и месяцев. Стирать одежду строжайше запрещалось, поэтому среди заключенных свирепствовали сыпной и брюшной тиф, чесотка.

По некоторым данным, дневной рацион заключенных состоял из литра постной похлебки из брюквы или гнилых овощей, около 300 граммов черного хлеба и около литра отвара из трав. Узники, проработавшие в лагере больше месяца, один-два раза в неделю «поощрялись» 20-30 граммами колбасы или сыра. Калорийность такого набора не превышала 1300–1700 калорий, тогда как для человека, занятого на работе средней трудности, необходимо не менее 3600. Пребывание в лагере в течение 3–6 месяцев приводило многих узников к полному физическому истощению и умственной деградации.

Специальная судебно-медицинская комиссия, исследовавшая после освобождения лагеря 2819 спасенных заключенных, пришла к выводу о том, что 2189 из них заболели на почве недоедания, а 233 больны туберкулезом легких.

Ежедневно большинство заключенных отправляли на изнурительные работы. Поначалу они работали на расширении лагеря, а затем их использовали как рабов на промышленных объектах Третьего рейха. Работу узник должен был выполнять бегом, без секунды отдыха. Темпы работы, мизерные порции еды и постоянные побои увеличивали смертность. Во время возвращения узников в лагерь убитых или изможденных, которые не могли сами передвигаться, волокли или везли на тачках.

А в это время для узников около ворот лагеря играл духовой оркестр, состоящий из узников...

Одним из самых страшных мест в лагере Аушвиц I была «Стена смерти», известная также как «Черная стена». Здесь в затылок было расстреляно более 5 тысяч человек.

С левой стороны от «Стены смерти» были окна барака №10 – лагерной больницы. Сюда попадали ослабевшие заключенные, у которых не было надежды на выздоровление. Так как больница всегда была переполнена, то врачи периодически производили «чистку» среди больных – отправляли их в газовую камеру или вводили в сердце смертельную дозу фенола. Заключенные называли эту больницу «преддверием крематория».

Нацистский доктор Йозеф Менгеле в рамках своих преступных экспериментов производил здесь генетические и другие псевдонаучные опыты на новорожденных, карликах и других «нестандартных» людях, а также эксперименты по принудительному переохлаждению взрослых узников.

Другой профессор, Карл Клауберг, с целью разработки быстрого метода биологического уничтожения славян проводил на еврейках преступные эксперименты стерилизации. Кроме того, тут апробировались новые препараты и лекарства, в результате чего погибали сотни узников концлагеря. Обычно если заключенный попадал в «госпиталь», то он уже не выходил из него живым.

Удивительная деталь: нацисты делали вид, что в концлагерях действуют законы. Судьи чрезвычайного полицейского суда из города Катовице приезжали в Аушвиц из Катовице и в течение 2-3 часов выносили несколько сотен приговоров. Конечно же, смертных приговоров.

Система наказаний в лагере была отработана до мелочей, и заключенных наказывали абсолютно за всё: если надзирателям казалось, что они работают слишком медленно, если узник ходил в туалет во время работы и даже за то, что он вырывал себе больной зуб. За любую провинность наказывали плетьми, вешали за связанные руки на специальных столбах или заставляли делать «штрафные упражнения».

Поверки, на которых проверяли численность заключенных, длились по несколько, а иногда свыше 10 часов (например, 19 часов 6 июля 1940 года). Во время поверки узники должны были сидеть на корточках или стоять на коленях. Бывали поверки, когда им нужно было держать руки поднятыми вверх в течение нескольких часов. Если кто-то из узников опускал руки, то время выполнения такого «упражнения» начиналось сначала, а нарушитель отправлялся в карцер.

Одним из самых страшных мест наказания, зачастую приводившего к смерти узника, был подвал 11-го корпуса, или лагерная тюрьма. Здесь в дальней комнате находилось четыре узких вертикальных герметичных карцера размерами 90х90 сантиметров в периметре. В каждую ячейку «стоячих» камер карцера помещали 4-5 человек одновременно В каждом карцере внизу располагалась дверь с металлическим засовом. 

Через эту дверь наказанного заставляли протиснуться внутрь и закрывали ее на засов. В этой клети человек мог находиться только стоя. Так он и стоял без еды и воды столько, сколько хотелось эсэсовцам. Иногда несколько суток. Нередко это было последним наказанием в жизни заключенного. После такой пытки узники должны были идти на работу, а тех, кто был не в состоянии, обычно ждала смерть.

В отличие от других блоков, двери блока 11 всегда были закрыты. Окна были целиком замурованы. Лишь на первом этаже было два окна – в комнате, где несли дежурство эсэсовцы. В залах с правой и левой стороны коридора помещали заключенных, ожидающих приговора.

Тесные камеры, в которых находилось порой огромное число ожидающих приговора людей, имели лишь крохотное зарешеченное окно под самым потолком.

Перед расстрелом все заключенные должны были раздеться в специальных умывальных комнатах. Если в этот день их было немного, то приговор приводился в исполнение прямо здесь. На груди раздетых людей чернильным карандашом наносили большие цифры их лагерного номера (до 1943 года, когда появились татуировки на руке), чтобы впоследствии было легко идентифицировать труп.

Под каменным забором во дворе 11 блока была сооружена большая стена из черных изоляционных плит, обшитая поглощающим материалом. Ведь совсем недалеко проходила каменная стена, за которой было шоссе.

Приговоренных расстреливали рапортфюрер или члены политического отдела. Для этого использовали мелкокалиберную винтовку, чтобы не привлекать выстрелами слишком много внимания. Эта стена стала последней гранью жизни тысяч людей, приговоренных судом гестапо к смерти за нежелание предать родину, попытку бегства и политические «преступления».

В камерах блока 11 помещались не только наказанные узники, но и подозреваемые в помощи арестантам мирные жители, а также политзаключенные.

Здесь же проводили испытания смертоносного газа Циклон-Б, который подавался по специальным трубам. В этой камере погибли многие приговоренные к смерти за организацию побегов узники. За всю историю существования лагеря было предпринято около 700 попыток побега, и некоторые увенчались успехом, но родственников сбежавших арестовывали и отправляли в лагерь вместо беглеца, а соседей по блоку убивали.

Известно, что немецкий промышленник Оскар Шиндлер спас около 1000 евреев, выкупив их у нацистов для работ на своей фабрике, но из них 300 женщин по ошибке попали в Освенцим. Шиндлеру удалось вызволить своих работниц и увезти в Краков. Этот случай был экранизирован в известном фильме Стивена Спилберга «Список Шиндлера».

Освенцим охраняло около 6 000 эсесовцев. Сохранились их анкетные данные. Три четверти имели полное среднее образование. 5 процентов – выпускники университетов с ученой степенью. Почти 4/5 обозначили себя людьми верующими: католиками – 42,4 процента; протестантами – 36,5 процента. Каждым 10-м из них была женщина.

Центральное руководство в Берлине выдало 16 октября 1942 года приказ о строительстве в Освенциме псарни на 250 служебных собак. Запланировано это было на широкую ногу и ассигновано 81000 марок. При строительстве объекта были приняты все меры к созданию хороших санитарных условий. Не забыли отвести для собак большую территорию с газонами, построили ветеринарную больницу и специальную кухню.

Факт этот заслуживает особого внимания, если представить себе, что, заботясь о животных, лагерные власти относились с полным равнодушием к санитарно-гигиеническим условиям, в которых жили тысячи узников лагеря.

Из воспоминаний коменданта Рудольфа Хёсса:

«Рейхсфюрер СС надеялся, что собак можно натренировать так, чтобы они всегда окружали узников, как отару овец, и таким образом побеги стали бы делом невозможным. Но все попытки добиться этого потерпели крах, ведь люди не скот».

Однако крематорий лагеря Аушвиц I не шел ни в какое сравнение со смертоносными газовыми камерами лагеря Аушвиц II.

Добро пожаловать в ад!

В конце сохраненных железнодорожных путей лагеря Аушвиц II находятся развалины двух крематориев,  совмещенных с газовыми камерами. Крематории №1, №2 и №3 имели пять тройных печей. Они были построены немецкой фирмой «Topf und Söhne» («Топф и сыновья»), в качестве топлива использовался каменноугольный кокс. По общепринятым данным, здесь ежесуточно сжигалось до 5 тысяч трупов. Крематории №4 и №5 были поменьше, и за сутки в них сгорало до 3 тысяч трупов.

3 сентября 1941 года по приказу заместителя коменданта лагеря - оберштурмфюрера СС Карла Фрицша было проведено первое испытание отравления людей газом Циклон-Б в подвальных камерах блока 11, в результате которого погибло 600 советских военнопленных и 250 польских узников, в основном больных. Опыт был признан успешным, и помещение морга в здании крематория было переконструировано в газовую камеру. Камера функционировала с 1941 года по 1942 год, а затем её перестроили в бомбоубежище СС. Впоследствии камера и крематорий были воссозданы из оригинальных деталей, они существуют по сей день в качестве памятника жестокости нацистов.

Первый крематорий в Освенциме находился за оградой концлагеря Аушвиц I. Вновь прибывших загоняли в бывшие помещения складов боеприпасов. Обреченным говорили, что их привезли работать, тем самым оказывая помощь Германии, но сначала надо пройти дезинфекцию.

Жертвы направлялись в газовую камеру, оборудованную под душевую. Газовая камера площадью 210 кв. метров имела 30 метров в длину, 7 в ширину и 2.41 в высоту. Потолок толщиной 22 см из усиленного бетона сверху был покрыт 45-сантиметровым слоем грунта. В конце 43-го года в газовой камере была возведена дополнительная стена, разделившая помещение на 2 части. Если количество прибывших было небольшим, использовалась только половина камеры, тем самым экономился газ, и ускорялась смерть узников из-за более быстрого распространения газа в маленьком помещении. Одновременно в одну такую камеру помещалось до 2.5 тысячи человек.

Ничего не подозревающих людей заставляли полностью раздеться в специальных помещениях-раздевалках, а затем загоняли в «душ», герметично закрывали и пускали Циклон-Б. В течение 15 минут сотни узников умирали в нечеловеческих муках. Фашисты на улице заводили несколько мотоциклов, чтобы заглушить крики умирающих, но это не помогало – жуткие стоны были слышны повсюду.

Понятно, почему хранили волосы. Зачем хранили очки узников?

Когда живых не оставалось, тела переносили в печи крематория и сжигали. Следующая партия смертников уже ждала перед входом... Ждала своих «водных процедур»...

После завершения экзекуции члены специальной зондеркоманды переносили трупы в соседнее помещение, где сейчас можно увидеть две печи из трех. С помощью тележки трупы заталкивали в печи. В течение суток этот крематорий сжигал около 350 трупов. Случалось и так, что членов зондеркоманды заставляли сжигать трупы прямо на открытом воздухе. Такое, в частности, происходило в 1944 году.

Строительство первого крематория в лагере Аушвиц II было начато в августе 1942 года, окончание было запланировано на середину февраля 1943 года, но, несмотря на максимально возможную скорость строительства, крематорий сдали в эксплуатацию месяцем позже. Первые массовые убийства в нем произошли 13-го марта 1943 года, когда полторы тысячи евреев из гетто «B» Кракова были отравлены в нем газом Циклон-Б.

Поскольку камера была достаточно большой, процесс ее заполнения газом длился какое-то время, и пока первые вошедшие осматривали комнату (там висели лампочки, так же для предотвращения паники), у некоторых начинали возникать подозрения – на «душевую» она была не очень похожа. В таких случаях возникала массовая паника, которая мгновенно и жестко подавлялась вооруженными надзирателями.

В отличие от раздевалки, сама газовая камера была оснащена сложной системой вентиляции и имела герметичную стальную входную дверь высотой 192 см, шириной 100 см и смотровым глазком, защищенным изнутри стальной решеткой. Кроме обычных замков, дверь можно было зафиксировать с помощью болтов, так как иногда смертники, осознав свою дальнейшую судьбу, пытались ее открыть, навалившись всей своей массой.

Потолок камеры подпирался 7-ю бетонными колоннами, и для распыления смертоносного газа рядом с колоннами 1, 3, 5 и 7 были установлены специальные конструкции. Они представляли собой квадратные решетчатые столбы 70х70 см, изготовленные из арматуры, поднимавшиеся от пола до потолка, и заканчивались отверстием в крыше. Эти столбы имели 2 наружных «слоя» из решеток с разным шагом ячеек, внутри которых располагалась подвижная проволочная корзина, служившая контейнером для материала-носителя газа, и приводилась в движение с помощью веревки с крыши.

Крематорий №2 был окончательно сдан в эксплуатацию 31 марта 1943 года, а №3 – 24 июня. Конструктивно они не отличались друг от друга, если не учитывать несколько незначительных усовершенствований. В газовых камерах были установлены душевые распылители, которые несли лишь одну функцию – удерживали смертников от паники, заставляя их верить в «душевую легенду» и ни к какому водопроводу подключены не были. Через них не подавался смертоносный газ.

7 октября 1944 года заключенным из числа зондеркоманды («Sonderkommando»), в которую набирали по большей части узников-евреев, и которая занималась «обслуживанием» крематориев (готовили смертников к газовым камерам, стригли волосы, собирали золотые украшения, вырывали золотые зубы из трупов, непосредственно сжигали их и чистили печи) удалось организовать бунт. В результате вооруженного восстания крематорий №4 был подожжен, что вывело его из строя.

Крематорий №5 был полностью аналогичен по конструкции четвертому и находился недалеко от него, за сектором «Канада», в небольшом лесу.

Появление новых газовых камер превратило этот лагерь в самое страшное место массового убийства. Крематории работали круглосуточно, с трехчасовым перерывом на очистку печей от человеческого праха и отработанного топлива. Прах на тачках вывозили в близлежащее поле и сваливали в ямы.

Рядом с крематорием располагается здание, в котором находился офис первого коменданта лагеря – Рудольфа Хесса. 29 марта 1947 года в Варшаве состоялся процесс по делу Хесса. Польский Высший Народный Суд приговорил коменданта Освенцима к смертной казни через повешение. Виселица, на которой он был повешен, теперь установлена на месте бывшего штабного здания СС концлагеря Аушвиц I.

Еще до начала строительства «больших» крематориев в Бжезинке, после успешного испытания Циклона-Б в подвале 11-го блока лагеря Аушвиц I, эсэсовцы нашли временную «альтернативу». В нескольких сотнях метров от границы строящегося лагеря  Аушвиц II, пара частных домов выселенных поляков были переделаны во временные газовые камеры. «Бункер 1»,  известный как «Красный дом» из-за цвета его неоштукатуренных стен, был расположен на северной границе концлагеря Аушвиц I.

Дом размером приблизительно 15х6 метров изначально имел 4 комнаты, которые были переделаны нацистами в две газовые камеры. У каждой из них была отдельная дверь, окна были заложены кирпичом, а для наполнения комнат газом были проделаны специальные отверстия размером 30х40см, закрывающиеся герметичными крышками. Двери имели войлочные уплотнители, кроме обычных замков могли прикручиваться болтами, и на них висели таблички с надписью «Дезинфекция». Внутри комнат стены были выкрашены в белый цвет, а пол покрывался свежими опилками после каждого «использования».

Из-за того, что в доме не было никакой системы вентиляции, распространение газа было медленным, как и смерть попавших туда людей. Поначалу экзекуции проводились только ночью, но затем травить начали и днем - по причине большого количества прибывающих арестантов. Каждая камера в этом доме одновременно вмещала до 400 человек. Трупы закапывали в ямах неподалеку.

Точная дата начала использования этого дома как газовой камеры неизвестна, но исследователи склоняются к концу марта 1942 года. После ввода в строй крематориев №2 и №3 необходимость в этом доме пропала, и его разрушили приблизительно в марте 1943.

«Бункер 2», также известный как «Белый дом» из-за его цвета, располагался у западной границы лагеря Аушвиц II. Он был введен в эксплуатацию приблизительно в июне 1942 года. В здании размером 17х8м были 4 газовые камеры различного размера. В отличие от первого бункера, каждая камера имела по две двери, что улучшало вентиляцию после использования Циклона-Б. Все остальное было похоже на «Бункер 1». Так как площадь камер была больше, количество убитых здесь людей было также ощутимо больше.

«Бункер 2» перестали использовать после запуска «больших» крематориев, а деревянные бараки, использовавшиеся в качестве раздевалок – снесены. Кирпичное здание пустовало до лета 1944 года, когда оно было вновь использовано в качестве газовых камер против венгерских евреев. Во время «венгерской операции» здание получило название «Бункер 5» и затем, в ноябре 1944 года, было уничтожено.

После освобождения Освенцима на лагерных складах было найдено огромное количество использованных банок из-под Циклона-Б и банки с неиспользованным содержимым. За период 1942 по 1943 год только в лагерь Аушвиц I, согласно документам, было поставлено около 20 тысяч кристаллов Циклона-Б.

На территории лагеря Аушвиц II, между разрушенными крематориями №2 и №3, в 1967 году был установлен международный памятник жертвам фашизма. Надписи на нём были выполнены на языке народов, представители которых были здесь замучены, в том числе и на русском языке.

Свидетельства нечеловеческой жестокости

27 января 1945 года войска Красной Армии, в частности, части 100-й стрелковой дивизии Федора Красавина (тогда он был полковником), заняли территорию лагеря и обнаружили в живых около 7500 человек. 58 тысяч были убиты нацистами в последние дни существования лагеря или вывезены в Третий рейх.

В освобождении Освенцима участвовали еще 3 дивизии 60-й армии 1-го Украинского фронта. При освобождении узников погибли 231 советский солдат и офицер. Среди них – командир 472 полка подполковник Семен Львович Беспрозванный. 66 воинов, включая подполковника Гильмудина Бараевича Баширова, погибли непосредственно в бою за лагерь.

Большинство обреченных на смерть евреев прибывали в Аушвиц II с убеждением, что их вывозят «на поселение» на восток Европы. Особенно это касалось евреев из Греции и Венгрии, которым немцы даже продавали несуществующие участки под застройку и земли или предлагали работу на фиктивных заводах. Именно поэтому люди, направленные на уничтожение в лагерь часто привозили с собой самые ценные вещи, драгоценности и деньги.

Все имущество, которое привозили депортированные люди, сортировалось, складировалось и самое ценное вывозилось в Третий рейх для нужд СС, Вермахта и гражданского населения. Кроме того, предметами узников пользовались служащие лагерного гарнизона. Например, они обращались к коменданту с письменными просьбами выдать коляски, вещи для младенцев, другие предметы.

У заключенных отбирали даже протезы и костыли, очки, посуду и предметы личной гигиены.

Вырванные у убитых золотые зубы переплавлялись в слитки и отправлялись в Германию. Фашисты также хранили человеческие волосы, полученные после стрижки заключенных, однако фотографии этой «экспозиции» администрация сайта решила по ряду причин убрать из публикации.

Огромное количество обуви. По данным музея – 110 тысяч пар. Все витрины заполнены от пола до потолка обувью арестованных. В уцелевших корпусах были найдены тонны обуви, одежды и других личных вещей погибших в стенах лагеря арестантов.

Когда к Освенциму подходили Советские войска, со складов в спешном порядке начали вывозить все самое ценное, а за несколько дней до освобождения нацисты их подожгли, в результате чего сгорело 30 бараков.

Освобождавшая лагерь в Освенциме красная Армия обнаружила на несожженных немцами складах около 7000 кг волос, упакованных в мешки. Это были те остатки, которые лагерные власти не успели продать и отправить на фабрики. Анализ, проведенный в Институте судебных экспертиз, показал, что на них имеются следы синильной кислоты – отравляющего компонента, который входил в состав Циклона-Б. Из человеческих волос немецкие фирмы производили портняжную бортовку.

Ворота фабрики смерти были открыты 27 января 1945 года, когда 7 тысяч оставленных немцами узников дождались Красной армии...

Советские нашли в частично уцелевших бараках-складах 1 185 345 мужских и дамских костюмов, 43 255 пар мужской и женской обуви, 13 694 ковра, огромное количество зубных щёток и кисточек для бритья, а также другие мелкие предметы домашнего обихода. Пощадим нервы наших читателей и эти снимки публиковать не будем...

К середине 1944 года Третий Рейх оказался под угрозой. Встревоженные стремительным наступлением Советских войск, нацисты демонтировали и взорвали крематории, скрывая следы преступлений. Лагерь опустел, началась эвакуация заключенных. 17 января 1945 года по Польским дорогам прошло более 58 тысяч заключенных. Их гнали в Германию. Тысячи босых и полураздетых людей погибали от мороза в пути. Обессиленных и отстающих от колонны узников расстреливали надзиратели. Это был марш смерти узников лагеря Освенцим. Концлагерь-музей хранит в коридорах бараков портреты очень многих из них.

Более 58 тысяч заключённых были вывезены или убиты немцами, когда стало ясно, что Красная Армия близко.

О том, как освобождали узников, читайте в очерке о генерал-майоре Ф.М. Красавине (Генерал-майор Федор Красавин освобождал концлагерь Освенцим). Полковник Федор Михайлович Красавин командовал одной из стрелковых дивизий, которой выпала эта непростая операция.В боях за освобождение Освенцима погиб 231 воин Красной армии. Все они нашли покой в братской могиле этого города (читайте подробнее на FB.ru: http://fb.ru/article/191199/muzey-osventsima-muzey-aushvits-birkenau

Точное количество погибших в лагерях Аушвиц установить невозможно, так как многие документы были уничтожены. Кроме того, немцы не вели учёт жертв, направляемых в газовые камеры непосредственно по прибытии. Всего сохранились индивидуальные данные о 650 тысячах заключённых. Рудольф Хёсс, комендант Освенцима в 1940-1943 годах, в своём свидетельстве на Нюрнбергском трибунале оценил количество погибших в 2,5 миллиона человек,

В статистическом сборнике, посвящённом 70-й годовщине окончания Второй мировой войны, Государственное управление статистики Польши опубликовало следующие данные: общее число погибших – 1,1 млн. человек, в том числе:

евреи – 960 тысяч (польские евреи – 300 тыс.);

поляки – 70-75 тысяч;

цыгане – 21 тысяч;

советские заключённые – 15 тысяч;

другие национальности – 10-15 тысяч.

После освобождения лагеря войсками Красной Армии часть бараков и зданий Аушвица I были использованы как госпиталь для освобожденных узников. После этого до 1947 года здесь была тюрьма НКВД СССР и Министерства общественной безопасности Польши.

В 1996 году правительство Германии объявило 27 января, день освобождения Аушвица (Освенцима), официальным днём памяти жертв Холокоста. Позднее Международный день памяти жертв Холокоста был установлен ООН.

В память о жертвах лагеря в 1947 году Польша создала музей на территории двух лагерей (Государственный музей Аушвиц-Биркена́у). Музейный комплекс состоит из двух частей: первая Аушвиц – вход платный с экскурсионным обслуживанием, вторая Биркенау (в 2,5 км) – вход свободный.

Одним из создателей музея стал бывший узник Освенцима Казимеж Смолень, который был его директором с 1955 по 1990 год. В 1979 году музей был включён в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Ежегодно его посещает около миллиона туристов со всего мира.

 ***

Очерки о комплексе Освенцим базируются на общепризнанной версии событий в Освенциме, а в качестве источников использована официальная информация музея aushcwitz.org, русских и польских архивов военных документов, сайта deathcamps.org и прочих открытых ресурсов. Автор сообщает, что существуют альтернативные версии. Так, по сей день идут споры по поводу реальной производительности крематориев Аушвица, об их физической неспособности уничтожить то количество людей, которое им приписывают. Некоторые свидетельства этому можно почерпнуть, например, в книге Юргена Графа «Миф о холокосте», книге Алексея Игнатьева «Так был ли в действительности Холокост?», книге Джона Циммермана «Отрицание холокоста» и других источниках.

Однако автор очерков предупреждает: во многих странах Европы, в том числе Германии, отрицание Холокоста уголовно наказуемо.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

 Издательский дом Маковского Айтико - создание сайтов