Пишем о том, что полезно вам будет
и через месяц, и через год
|
27.05.2017

Цитата

<...> Казань по странной фантазии ее строителей – не на Волге, а в 7 верстах от нее. Может быть разливы великой реки и низменность волжского берега заставили былую столицу татарского ханства уйти так далеко от Волги. Впрочем, все большие города татарской Азии, как убедились мы во время своих поездок по Туркестану, – Бухара, Самарканд, Ташкент, – выстроены в нескольких верстах от берега своих рек, по-видимому, из той же осторожности.

Е.Марков. Столица казанского царства. 1902 год

Погода в Казани
+14° / +17°
Ночь / День
.
<< < Май 2017 > >>
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31        
  • 1917 – В Казани открылся 1-й губернский крестьянский съезд, который избрал губернский крестьянский Совет во главе с левым эсером А. Колегаевым и принял резолюцию о ликвидации частной собственности на землю.

    Подробнее...

Лев Шер: «Работайте – и вам воздастся»

Такое ощущение, что Льва Борисовича Шера знает весь город. У нас с ним очень много знакомых, причем в самых разных сферах. Он известный врач-стоматолог, его знают деятели культуры и искусства, и не только как врача.

Прежде всего я спросила, кто повлиял на него, когда он выбирал профессию медика, и почему среди многих специальностей он выбрал стоматологию?

Модус вивенди – человек несерьезный

Честно сказать, с выбором профессии у меня с молодых лет ясности не наблюдалось. Я был не из тех, безусловно, поцелованных сверху одаренных юношей, с детства взваливших на себя адресованную им поклажу. Правда, в школе ко мне относились снисходительно, несмотря на то, что я славился необычайной болтливостью и не давал соседям покоя на уроках. Учителя нередко выгоняли меня за дверь, хотя школьные дисциплины я знал неплохо и числился в отличниках. Особенно нравились точные науки – математика, физика, химия.

Кроме того, я успешно занимался по классу фортепиано в знаменитой первой музыкальной школе. Директор этой школы – Рувим Львович Поляков – был для нас, школяров, воплощением Бога на земле. Это был интеллигент высшей пробы. Здороваясь на улице с учениками, он снимал шляпу.

Думаю, что мой модус вивенди не всегда соответствовал его понятиям о дисциплине и усердии, однако и он, и моя наставница – завуч школы, великолепная Вера Николаевна Фрейман, считали, что мне прямая дорога в музыканты. Поэтому я пошел в Казанское музыкальное училище, которое мне разрешили окончить без отрыва от школы. Так что первая специальность была – пианист, преподаватель музыки.

Однако, поработав учителем и покатавшись по гастролям с марийским ВИА, я заскучал, понимая шаткость положения специалиста со средним образованием. И поскольку все мои друзья и однокашники счастливо поступили в вузы, я решил не ударить лицом в грязь и сдал экзамены в медицинский.

Мог бы, конечно, продолжить музыкальную карьеру, великий Монасзон (Эммануил АлександровичМонасзон(1927-2010), профессор Казанской государственной консерватории – Ред.) не закрывал передо мной дверь своего класса. Но я уже имел опыт преподавательской работы, хотелось чего-нибудь новенького. Как сказано у Пушкина – «Охотники мы все до новизны».

Фото Л. Агеевой

А медицина была для меня не пустым звуком – мой отчим, известный казанский хирург и ученый Яков Матвеевич Криницкий, долгие годы был в семье живым примером истинного служения профессии. Пройдя войну с первого по последний день в качестве начальника медсанбата, он сделал тысячи операций; опубликовал сотни статей на тему своих научных изысканий; преподавал в медицинских вузах. В период антисемитской кампании против «убийц в белых халатах» попал под раздачу, но отделался недолгой (всего на 5 лет) ссылкой в Казахстан. Вернувшись в Казань, получил пост главного хирурга Министерства здравоохранения ТАССР, и это была очень ответственная должность.

Из крупных достижений Криницкого на ниве организации медицинской помощи следует отметить видимые успехи в деле борьбы с детским костно-суставным туберкулезом.

Абсолютное зло не может быть немножечко добром

– У меня много знакомых, у которых родственники тем или иным образом пострадали от политических репрессий. Некоторые из них не склонны никому мстить за то, что произошло. Есть и такие, кто до сих пор не могут мириться с тем, что случилось, и порой переносят отношение к сталинскому режиму на современное государство. Вы к кому принадлежите?

– Как и большинство так называемых советских людей, моя семья получила полный набор коммунистического счастья. Дедушка, Айзек Иосифович Ципоркин, слесарь завода Искож, до революции занимался строительными подрядами. Его трудами было оборудовано, в частности, все водопроводно-сантехническое хозяйство нынешнего музея Боратынского, функционирующее и по сию пору. Так вот, он был обвинен в организации вредительского заговора с целью свержения и в 1939 году упрятан в застенок ГУЛАГа на 10 лет. Мы стали «лишенцами», детьми врага народа, общаться с нами было опасно.

Спасла нас от голода судьба моего отца – Бориса Шера, командира артвзвода, офицера, погибшего под Москвой зимой 1941 года.

Нынешняя апологетика друга велосипедистов, на мой взгляд, поразительна, хотя, наверное, как-то характеризует население страны. Но представить себе, скажем, что сегодняшние немцы, глядя на портреты фюрера, молятся на них, как на икону – невозможно.

Вы вряд ли знаете книгу Юлия Марголина «Путешествие в Страну ЗэКа». В свое время ее издание стало сенсацией. В 1952 году, через пять лет после написания, ее опубликовало Нью-йоркское издательство имени Чехова. Но из первого издания выбросили 12 глав – треть книги! Автора трусливо сторонились в Европе и в родном Израиле.

– А чем так напугала эта книга?

– Она необыкновенно актуальна и сегодня. Среди разоблачителей сталинизма самую высокую литературную репутацию приобрели Солженицын и Шаламов. Но эти писатели – при всех их талантах – сформировались в советских условиях, сами были частью этой системы и потому не могли увидеть ГУЛАГ глазами человека, который с юности впитал библейские заповеди и ценности европейского гуманизма. В книге Марголина поражает сочетание наблюдательности и человечности писателя с аналитическим мышлением публициста и философа. Огромной исторической ценностью обладает его описание первых месяцев Второй мировой войны.

Юлий (Иегуда) Марголин родился в 1900 году в Пинске в интеллигентной еврейской семье. Вырос на русской культуре, но после революции оказался гражданином Польши. В 1920-е годы учился в Берлинском университете, стал доктором философии. Вернувшись из Германии, поселился в Лодзи. Издал несколько книг – на польском, русском языках, на идиш. В 1936 году с женой и сыном обосновался в Палестине. В 1939 году приехал в Лодзь, чтобы уладить некоторые дела, повидать родителей. В этот момент в Польшу вторглись немецкие танки. Вместе с толпами еврейских беженцев Марголин направился на восток – в родной Пинск. Но туда, согласно пакту Молотова – Риббентропа, уже входила Красная Армия.

В 1940 году Марголин был арестован «за нахождение на советской территории без советского паспорта». Его объяснений: у него документы жителя Палестины, куда ему не разрешают вернуться, сотрудники НКВД не слушали. Марголина посадили в тюрьму, а оттуда послали в лагерь. Освободили его только в 1945 году. В 1946-м он как польский гражданин получил разрешение уехать в Лодзь, затем после семилетнего отсутствия вернулся в Палестину.

Несмотря на пережитые потрясения, Марголин менее чем за год написал – по-русски – книгу о своем пребывании в лагере. Он написал еще немало книг и статей. Умер в 1971 году в Тель-Авиве.

Только в 2013 году, через 66 лет (!) после завершения работы Марголина над «Путешествием в Страну ЗэКа», в Израиле издали главную книгу его жизни в первоначальном варианте.

По сей день бытует миф о том, что Советский Союз спас от физического уничтожения бежавших из Польши евреев. По сведению Марголина, 450 тысяч этих беженцев оказались в сталинских лагерях, где выжили немногие...

Марголин много лет прожил в Польше с ее юдофобскими традициями. Тем не менее, одно из главных его потрясений в советском лагере – столкновение с массовым антисемитизмом. Не идеологическим, не религиозным, а диким, утробным, который отличал и уголовников, и бывших партработников, и смирных деревенских парней. Марголин сознавал, что его уничтожают не как обладателя чуждых взглядов, не как иностранца, опасного советской власти, а как человека, не желающего жить по звериным законам. До последних дней в лагере он сохранял достоинство европейца и требовал соблюдения правовых норм.

То, что делал сталинский режим со своими подданными, Марголин называл «расчеловечением». «Отношение к проблеме советских лагерей является для меня ныне пробным камнем в оценке порядочности человека. Не в меньшей мере, чем отношение к антисемитизму», – говорил Марголин.

И я с ним согласен. Книга Марголина – хороший аргумент в пользу нормального отношения к абсолютному злу, которое не может быть немножечко добром.

Если у вас кариес...

– А как вы стали именно стоматологом?

– Стоматологом я стал случайно – просто учеба на этом факультете укладывалась всего в 5 лет, а я торопился жить и чувствовать.

– Стоматологических клиник в Казани много. Значит, у очень многих проблемы с зубами. Какие причины увеличивают число ваших пациентов?

– Скорее наоборот: стоматологических центров так много, что поневоле возникает проблема – «где на всех зубов найти?». Работающий в режиме конвейера, стоматологический факультет медуниверситета ежегодно выбрасывает на улицу сотню свежеиспеченных докторов, потративших лучшие годы молодости на определение местоположения полости рта.

Вопрос приобретения клиентуры – архиважнейший в организации частной стоматологии. И не только в Казани. При этом двигателем продажи зубоврачебных услуг является вовсе не реклама, а невнятное вещание сарафанного радио.

Фото В. Зотова

В нашем регионе, как выяснилось благодаря научным изысканиям моего учителя – профессора Григория Давидовича Овруцкого, расположилась так называемая эндемическая зона. То есть зона есть, а фтора недостаточно. Так что кариес – это то, что ждет, практически, каждого.

– А как его можно предотвратить?

– Есть множество рекомендаций по профилактике кариеса, начиная от правильной гигиены полости рта и кончая рациональной диетой, исключающей избыток углеводов в пище. Однако абсолютной панацеи нет, поскольку налицо многообразие различных факторов, взаимодействие которых  обуславливает возникновение очага деминерализации эмали зуба: микроорганизмы полости рта, характер питания (наличие углеводов), режим питания, количество и качество слюноотделения (реминерализирующий потенциал слюны, буферные свойства, неспецифические и специфические факторы защиты слюны), сдвиги в функциональном состоянии органов и систем организма, количество фтора, поступающего в организм человека, экстремальные воздействия на организм – лучевые, влияние окружающей среды и т. д. Поэтому многофакторный патогенез этой болезни не поддается однозначной системе профилактики и терапии.

В любом случае следует регулярно показываться стоматологу, а он, исходя из реальной картины заболевания, показаний анализов, оценки защитных сил организма и наследственных факторов, подскажет правильную тактику поведения и ликвидирует очаги кариозной болезни.  

– Чем вызвано существование детской стоматологии? Мне кажется, раньше люди знакомились со стоматологом гораздо позже.

– Одно время с легкой руки профессора Овруцкого я занимался проблемами стоматологической заболеваемости. Так вот, и раньше, и сейчас детский контингент у нас – легкая добыча стоматологических болезней. Дефицит фтора резко ослабляет способность молочных зубов сопротивляться пресловутому кариесу, предпочитающему свирепствовать в детских ротиках из-за их любви к сладостям.

А поскольку вмешательство докторов в замкнутый детский мир требует особого такта и умения, то детский стоматолог – это уникальная специальность, доступная только докторам, умеющим убедить ребенка в необходимости открыть рот.

Серьезное отношение к несерьезному делу

– Чем объясняется то, что вы довольно серьезное значение в своей жизни уделяли своему хобби – писали стихи, активно участвовали в программах «Профессор-шоу»?

– У Айзека Азимова есть персонаж – робот, который не имеет права портить людям настроение. Это не такое уж плохая черта характера. Обладая ей в полной мере, я изо всех сил стараюсь соответствовать созданному за много лет имиджу.

Марина Подольская и редакция журнала «Казань»: презентация юмористического сборника «Жить противно». Выступает Светлана Колина

Первые пробы пера произошли еще в школьные годы - хотелось подражать отчиму, веселившему компанию стишками, написанными по поводу очередного застолья.  Затем были совместные с другом детства Рудольфом Буруковским опусы в школьной стенгазете. Ныне он профессор биологии и печатающийся поэт в Калининграде. В институте вдвоем с известным казанским автором, а тогда студентом лечфака Владимиром Лавришко мы написали несколько сценариев для медицинского СТЭМа (он назывался ВТЭК – врачебный театрально-эстрадный коллектив). И, наконец, в сравнительно недавние времена (70-80-е годы) образовалась неплохая самодеятельная компания – «Представители медицинской общественности», получившая положительную эстрадную репутацию. С миниатюрами и репризами выступали главный стоматолог Минздрава Александр Гришин и доцент мединститута Виталий Давыдов, вокальные партии исполняла доцент Вера Рокицкая, а тексты писали мы с профессором Михаилом Рафаиловичем Рокицким.  

В рамки концертного проекта Владимира Минкина «Профессор-шоу» мы вписывались самым наилучшим образом и, как правило, пользовались большим успехом у публики.

Выступают Михаил и Вера Рокицкие и Лев Шер

О серьезности здесь говорить смешно, моя семья также относит моё хобби к веселому времяпрепровождению.

– Мне известно, что вы пишите стихи. Как вы относитесь к этому занятию? Пишите для удовольствия или по принципу «не могу молчать»? Пробовали их опубликовать?

– Подавляющую массу стишков я придумал, не выходя из рамок «датской» поэзии, посвящая их родственникам, друзьям и знакомым, а также родственникам, друзьям и знакомым этих родственников, друзей и знакомых. Иногда по велению сердца, а чаще по просьбе тех, кто, не имея времени и желания вымучивать панегирики, предпочитают поручить это тяжкое дело опытному рифмоплету.

О публикации таких опусов речь, разумеется, не идет. Именно потому, что обыгрываемые в них ситуации всегда жестко привязаны к конкретным объектам восхваления и вряд ли могут заинтересовать людей, с этими объектами (и субъектами) незнакомых.

Однажды, правда, Марина Подольская уговорила меня выступить под одним мягким переплетом, и мы вдвоем выпустили книжку под названием «Жить противно». Дело это, как выяснилось, очень хлопотное, затратное и мало результативное как в эстетическом, так и в материальном плане.

Трио с Миляушой Таминадоровой и Виталием Давыдовым в «Бродячей собаке»

Меня вполне удовлетворяет тот кратковременный успех, который изредка возникает в момент исполнения посвящения. Несколько раз это было достаточно ярко реализовано на концертах «Профессор-шоу», на мероприятиях, посвященных юбилейным датам официальных и неофициальных фигур. Бывали, разумеется, и провалы – факир не всегда трезв.

– Как мне кажется, сегодня профессора уже не шутят и в целом к художественной самодеятельности тяга стала много меньше. Раньше самодеятельные театры Казани были популярны не менее профессиональных, например, театр Дома культуры медработников. Как вы считаете, с чем это связано?

Думаю, это не совсем так. Профессора все также шутят и страдают творческими позывами. Возможно, это не имеет особого отклика у широкой публики – не до нас, шутников. Времена, которые не выбирают, ныне сами выбрали для народа настоящие, реальные ценности. Романтизма в массах поубавилось, разве что на юбилеях звучат иногда голоса, собиравшие в былые годы залы и поляны.

Новые имена как-то не потрясают, а может, мы их просто не знаем – они в КВНах, «Камеди клабах» и прочих коммерческих проектах, и у них своя публика. Новые времена – новые песни.

– Хотелось бы знать, кого из многочисленного круга своих знакомых вы хотели бы по каким-то причинам выделить? Как людей, которые на вас повлияли, ваших единомышленников или коллег?

Сказать, что мне повезло – банальность. Но это правда. Во всяком случае, в Казани выпало встретиться и быть, что называется, накоротке с замечательными и даже прославленными современниками, благодаря которым наш город имеет имя и фамилию.

Лев Шер и Марат Тазетдинов, директор Государственной филармонии ТАССР

Не могу не упомянуть Рустема Яхина, с которым мы несколько лет творчески общались, готовя к изданию его романсы с моими переводами на русский язык. Другой известный деятель татарской культуры– поэт Махмут Хусаин бывал у нас дома, читал стихи, мы вместе ездили с ним на море в Крым. Он был великолепный рассказчик, мог часами вспоминать перипетии своей непростой жизни. Жаль, что многое позабылось с тех пор.

С А.Гришиным и Л.Сонцем на юбилее М.Рокицкого

Из числа музыкантов друзей в Казани было превеликое множество: Владимир Василевский, один из столпов российского джаза; Рафаэль Билялов, талантливейший композитор и пианист – мы вместе учились в музыкальной школе; Владимир Степанов, главный баритон татарской оперы – с ним мы объездили полстраны; Леонид Сонц, клезмерский музыкант и общественный деятель; Семен Каминский – композитор, поэт; Маргарита Коварская, легенда казанской музыкальной жизни. Как говорится, «иных уж нет, а те далече…»

Л. Шер и А Гришин

Естественно, среди коллег-медиков тоже были и есть в друзьях запоминающиеся неоднозначные фигуры. Особенно близки мы и поныне с профессором, знаменитым детским хирургом и депутатом Михаилом Рафаиловичем Рокицким.

Лев Шер и Михаил Рокицкий

В лучшие годы совместного творчества мы шустро пекли сценарии выступлений нашего коллектива, посвященные различным праздникам, мероприятиям и датам. Это были съезды врачей, всесоюзные и международные конференции, юбилеи выдающихся ученых и чиновников, а также концерты из цикла «Профессор-шоу». Однажды мы с ним по заданию ректората сочинили гимн, который вот уже 30 с лишним лет звучит на всех торжествах в медицинском университете.

Юбилей Михаила Рокицкого: 20 декабря 2016 года. Фото Р. Туишева

События, связанные с недавним юбилеем профессора, еще раз высветили ту великую роль, которую сыграл этот незаурядный человек во многих областях науки, культуры и политики...

Разумеется, в чем-то мы были с друзьями и знакомыми единомышленниками, в чем-то антагонистами. Но люди одного поколения отличаются тем, что понимают друг друга с полуслова.

– Вы автор полушутливого наставления обладателям съемных протезов. Поскольку не каждый врач способен дать советы в такой форме, я решила его опубликовать. Не могли бы дать читателям нашей газеты обобщенный совет?

– Перефразируя известную пословицу, могу дать совет всем: берегите зубы так же, как и честь, – исключительно смолоду. Особенно сейчас, когда заботу о зубном здоровье переложили в карман страждущим. Правда, есть и хорошие научные новости, обещающие покончить в ближайшие годы с кариесом как с классом. То, что останется на долю стоматологов, будет главным образом касаться косметологии, ортодонтии и геронтологических услуг.

Поэтому, не будучи оригинальным, могу в качестве совета предложить начинающим докторам знаменитую триаду: «Учиться, учиться и еще раз учиться». Можно в Германии, можно в Израиле, можно на Кубе. Еще лучше в Америке. Для того, чтобы конкурентное состязание не отнимало надежды на самореализацию. Ибо, как сказано в Писании, работайте – и вам воздастся.

 

Героическим обладателям съемных протезов... с любовью

По данным, опубликованным в открытой печати, примерно треть человечества носит съемные протезы. Нет необходимости доказывать, что этот вид лечения не является плодом больного воображения стоматологов, а, напротив, есть не что иное, как полезное приобретение многовековой человеческой культуры.

В то же время нужно четко отдавать себе отчет в том, что съемный протез во рту – отнюдь не показатель возраста, интеллекта и социального положения. Это один из аксессуаров человеческого быта, помогающий существовать в соответствии с общепринятыми на данный момент нормами. Отказываясь от удовольствия носить съемный протез, вы должны помнить, что улыбка беззубого рта производит на окружающих не слишком благоприятное впечатление.

С другой стороны, пользуясь съемным протезом, вы получаете возможность тщательно пережевывать пищу и тем самым помогать обществу. Поэтому не нужно бояться съемных протезов. Напротив, получив их от доктора, следует немедленно начать к ним привыкать. При этом совсем не обязательно обвинять врача в том, что он сделал вам калоши, колодки, лошадиные зубы и т.п.

Для привыкания нужно время, с этими протезами вам придется жить, как с близкими родственниками, поэтому постарайтесь использовать их полезные качества и не замечать отрицательные. Прежде всего необходимо надевать и снимать протезы так, чтобы не испытывать неудобств и неприятных ощущений, и, тем более, не поломать их. Доктор покажет вам в зеркало, как производятся эти манипуляции, ибо у каждого протеза может быть свой путь введения и выведения из полости рта.

После такой демонстрации попытайтесь сделать это самостоятельно. Тогда повторить дома будет уже легче. Нужно встать перед зеркалом и несколько раз снять-одеть протез. Со временем вы научитесь это делать без зеркала, а спустя пару недель будете манипулировать протезом при помощи легкого движения руки, незаметного для окружающих.

Второе занятие для получивших протезы – это научиться говорить. Есть, правда, феномены, которые сразу начинают правильно и отчетливо ораторствовать, не обращая внимания на инородное тело в полости рта. А у других дикция становится настолько невнятной, что они сами себя не могут понять. И это естественно. Раньше во рту было полно свободного места, и язык там гулял, как хотел. С протезом же закрылись не только все промежутки от отсутствующих зубов, но изрядная часть неба на верхней челюсти или подъязычного пространства на нижней. Поэтому нередко затруднительно произнести «Спасибо доктор», даже если очень хочется.

Единственный способ преодолеть это неудобство – постараться как можно дольше разговаривать в домашней обстановке. Очень рекомендуется поругаться с супругом (или супругой), не возбраняется участие в скандале и других членов семьи. Многие пациенты в этот момент напрочь забывают о наличии во рту новых протезов – а это и есть наша цель.

Другой способ научиться разговаривать в присутствии протеза – это громкое чтение свежей газеты либо любимого детектива. Достаточно трех часов чистого времени потратить на такие упражнения, чтобы назавтра не напрягаться в разговоре с оппонентом.

Очень хорошо происходит привыкание к протезу во время сна. Поэтому следует очень постараться не расставаться с новыми зубами ни в какое время суток, извлекая их только для гигиенических мероприятий.

Еще одна адаптационная нагрузка – это необходимость постоянно полоскать рот и делать горячие ванночки с протезами во рту. Не возбраняется также пить горячий чай и подсасывать при этом леденец. В качестве средства для полоскания можно использовать растворы популярных трав (не путать с травками!!) – это шалфей, ромашка, зверобой, календула и другие популярные средства, укрепляющие слизистую и способствующие заживлению ран.

Однако редкий протез в начале своего пути обходится без коррекции. Врач, наградивший вас новыми зубами, заранее настроен на то, что вы не раз и не два побеспокоите его с жалобами на боли, неудобства и сомнения. Поэтому не нужно думать, что неожиданными посещениями вы отвлекаете доктора от

напряженной работы. Более того, никто не требует от вас героического терпения при появлении сильных болей, потертостей и даже язв.

Ощутив сильную боль при еде, можно снять протез и вылечить десну вышеописанными припарками. Однако перед посещением врача протез нужно одеть и, по возможности, набравшись терпения, попользоваться им часа 2-3. Обнаружив на десне след от натирающего участка протеза, врач немедленно откоррегирует это место, не опасаясь нарушить плотного прилегания искусственной десны.

Не сомневайтесь! Это самый верный и надежный способ вступить в дружеский контакт с искусственными зубами. Ни в коем случае не следует приносить новые протезы в кармане или рьяно демонстрировать преимущества старых, ибо это вызывает ярость у врача, потратившего уйму времени на то, чтобы именно его продукт находился у вас во рту.

Не следует также вертеть пальцем вокруг протезного ложа, демонстрируя наболевшие десны. Это бесполезное занятие, т.к. болевые ощущения в полости рта не дифференцированы и не дают врачу точной ориентации при коррекции протеза.

Часто бывает так, что протез давит на десну микроскопическим по площади участком, а впечатление такое, как будто всю челюсть заключили в тиски. Кроме того, известно, что люди по-разному чувствуют боль, поскольку порог болевой чувствительности сильно зависит от пола, возраста, национальности и уровня образованности больного. Зачастую так называемые простые люди привыкают к съемному протезному сооружению гораздо быстрее, нежели профессора и академики.

В период привыкания к протезам не следует проверять их эффективность в момент откусывания твердого яблока или сильно задубевшего сухаря. Начинать нужно с мягких и не слишком вязких продуктов: провернутое мясо, вареная картошка, овощное пюре, нежесткие фрукты, нарезанные дольками и т.п. Со временем, после того как протез отыщет свое место в полости рта, ваш рацион расширится до нормальных пределов, и единственным препятствием к употреблению покрытых твердой скорлупой семечек и орехов будет опасение поломать базисную пластмассу.

Отдельно нужно сказать о протезах, применяемых при полном отсутствии зубов. Здесь имеются кардинальные отличия между верхней и нижней челюстью. Как говорил покойный профессор Дойников (личный стоматолог Леонида Ильича), «Потеря зубов на верхней челюсти компенсируется протезом почти на 100%, в то время как аналогичная ситуация на нижней челюсти делает пациента инвалидом». Ибо узкое протезное поле и без остановки движущийся язык обрекают протез на крайне неустойчивое положение в полости рта. Поймать таким протезом кусок хлеба весьма затруднительно и требует от пациента поистине цирковой ловкости. Поэтому можно только посочувствовать иным страдальцам, которые горстями вынимают из карманов старые протезы и жалуются на врачей-портачей.

К сожалению, статистика такова, что около трети больных (в основном, это мужчины) полными нижними протезами не пользуются. Помочь в этой ситуации могут активность и терпение пациента, и новые достаточно эффективные клеящие гели. А также дорогостоящая операция по вживлению имплантатов.

И последнее: гигиена пользования протезами. Она должна быть такой, чтобы протез и через год выглядел только что покинувшим зуботехническую лабораторию. Средство для достижения этой цели только одно – тщательная промывка с мылом под проточной водой.

Если вы имеете привычку мыть после еды использованную посуду, то учить вас как ухаживать за протезом не нужно. Извлеченный на длительное время изо рта протез должен помещаться в воду при комнатной температуре. Освоив эти, в общем-то несложные приемы, вы поймете, что съемный протез, подобно любому виду одежды, не является таинственной вещью в себе, а представляет собой простой предмет обихода, дающий возможность относительно комфортного существования даже после потери значительного количества собственных зубов.

 Гимн КГМУ

Слова М. Рокицкого и Л. Шера, музыка Л.Шера

Alma mater казанских врачей,

Много лет мы поем тебе славу,

Ты с дипломом вручаешь нам право

Лишь на сотни бессонных ночей.

Много славных великих имен

Здесь рождалось и будет рождаться,-

Это наше врачебное братство,

Медицинский святой легион.

Пусть питомцев и ум, и рука

Служат пользе людей неустанно,

Милосердие, мир и гуманность

Нас священный девиз на века.

Без тебя мы не мыслим своей

Бемкорыстной и трудной работы

Будь же знаменем нам и оплотом

Alma mater казанских врачей.

Знанье, молодость, дерзанье

Станут символом побед,

Пусть не старится в Казани

Древний университет.

 

 Фото из семейного архива Льва Шера

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

 Издательский дом Маковского Айтико - создание сайтов