Пишем о том, что полезно вам будет
и через месяц, и через год

Цитата

Лучше молчать и быть заподозренным в глупости, чем отрыть рот и сразу рассеять все сомнения на этот счёт.

Ларри Кинг, тележурналист, США

Хронограф

<< < Ноябрь 2021 > >>
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30          
  • 1925 – На улице Комлева, 22 официально открыт казанский Дом ученых. Летом 1935 года ученые переселились в красивый особняк на улице Бутлерова, бывший Александровский приют, построенный в 1889 году архитектором Л.К.Хрщоновичем по заказу известной казанской благотворительницы О.С.Александровой-Гейнц

    Подробнее...

Новости от Издательского дома Маковского

Погода в Казани

Яндекс.Погода

Ираида Тоболевич: человек, которого не надо было просить дважды

Ираида Тоболевич,  всегда полная жизни, которая заражала энергией всех окружающих, ушла из жизни 11 августа.

Даже болея, а у нее были проблемы со здоровьем два с половиной года, она не теряла оптимизма и могла еще вселить в меня уверенность, если я звонила по какому-то грустному поводу.

Мы познакомились в  конце 1991 года, когда я работала главным редактором газеты «Казанские ведомости». В силу ряда обстоятельств нам пришлось освоить компьютерные технологии набора текстов и верстки. Газете Казанского городского Совета народных депутатов не нашлось места в верстальном цехе типографии газетно-журнального издательства Татарского обкома КПСС. Директор ТГЖИ Дильбар Хайруллина, сообщая мне эту новость, не скрывала, что ее об этом попросили. Далее – выразительный жест вверх. Нам разрешили сверстать в типографии всего несколько номеров, а в будущем гарантировали только тиражирование газеты.

Горсовет выделил нам средства на необходимую технику. Сначала это было два компьютера и сканер, потом оборудования прибавилось. Наша редакция стала первым деловым партнером фирмы «Абак», где мы купили первые компьютеры. Мы были для «Абака» тоже первыми. Сейчас «Абак» –  одна из самых успешных  фирм Казани. Лишь через много лет ее руководители признались, что продали нам компьютеры с заимствованной  издательской программой. Другой в то время в Казани, наверное, не было ни у кого.   Современные верстальщики вряд ли знают программу «Вентура», а тогда она была единственной. 

Перед нами встало много проблем. Например, на компьютерах не было нужных шрифтов. Помог специалист из научно-производственного объединения «Алгоритм» Виктор Руль. Долго не могли определиться с их размером. Это сегодня заменить шрифт – задача пустяковая. А тогда… Сначала был мелкий, потом слишком большой. Пробовали, что называется, на марше. Линотипные шрифты, на которых набирались тексты в типографиях, оказались меньше компьютерных, и мы долго не могли понять тревожные звонки и письма читателей, которые упрекали нас за мелкий шрифт. Ведь мы использовали тот же кегль, «восьмёрку», или петит.

Со временем возникла необходимость в постоянных кадрах. Временные работали вне штата. И однажды Альфия Халитовна Гимадеева, наш новый бухгалтер, привела в редакцию Ираиду Тоболевич, а та – еще несколько человек, закрыв наши потребности полностью. Все они работали в КНИРТИ при заводе «Радиоприбор (Казанский научно-исследовательский радио-технологический институт). Удивительно, но опытные программисты (Ираида закончила мехмат КГУ по специальности «инженер-программист») в преддверии эпохи IT-технологий почувствовали себя в институте неуютно. В то время бытовало мнение, что в наших НИИ работают одни дармоеды, от которых нет никакой пользы. И оно находило подтверждение, поскольку некоторые институты закрывались, что со временем и произошло и с КНИРТИ. Так что Ираида с коллегами решили вовремя покинуть тонущее судно. В какой последовательности они приходили, не помню, поскольку процесс становления редакции растянулся до  марта 1994 года, когда мы, получив новое помещение, смогли оборудовать полноценный компьютерный центр, руководить которым была назначена Ираида Тоболевич.

Они делали «Казанские ведомости» в первые пять лет существования газеты

Понятно, что вчерашние программисты лучше нас знали компьютеры, их возможности, но этого было мало в той работе, которая им предстояла. Быстрее всего освоились коллеги Ираиды, которые стали набирать тексты. Им нужно было только научиться работать быстро, не снижая качество набора. А вот верстальщикам – ей, а также  Ире Магдеевой, Светлане Авсеевой, предстояло не только освоить новые программы, но и понять логику газетной верстки.

К этому времени мы уже имели какой-то опыт. Первые полосы, сверстанные на компьютере, появились в номере от 23 апреля 1991 года. По счету он был четвертым. Внизу на последней полосе (профессионалы называют это место фирмой) появилось соответствующее сообщение. 13 июля мы перешли на компьютерную верстку всех полос.

Компьютерный центр стал объектом моей постоянной заботой. И моего искреннего интереса. Бывало, журналисты ревновали: им казалось, что они – главные люди в редакции, а Агеева из компьютерного центра не вылезает. Здесь было как бы сердце нашей редакции. И не только потому, что сюда стекались все журналистские тексты и фотографии становились здесь файлами. Центром притяжения большая комната во втором ряду огромного ангара, выделенного редакции на Чистопольской улице, стала во многом благодаря Ираиде Тоболевич. Ее лучезарная улыбка, звонкий голос, который можно было слышать не только в компьютерном центре (она учила журналистов работать на компьютерах), ее шутки, порой едкие, когда она таким образом выражала свое отношение к «грязным» оригиналам – все это в моей памяти до сих пор.

Объектом такой шутки могла стать и я. Однажды, помню, муж привел в редакцию моего внука Романа, чтобы показать, где работает бабушка. Мы обошли все кабинеты и в завершение оказались в компьютерном центре. Экскурсию для Романа проводила Ираида. Не помню, по какому случаю, но она сообщила маленькому мальчику, что  его бабушка сильно осложняет им жизнь. Потом извинилась: мол, не надо было так резко. Но на нее нельзя было обижаться. Поскольку она во всем была искренна, и в хуле, и в похвале.

У «Казанских ведомостей» - юбилей

Порой она была довольно бескомпромиссна в оценках, выступая на летучках. Больше всего от нее получали журналисты, которые сдавали оригиналы с опозданием, потому что на выходе номера это становилось уже опозданием компьютерного центра. Но она умела критиковать так, что это не вызывало обид. Признаюсь, я ей иногда завидовала. Потому что мои замечания порой вызывали совсем другую реакцию.

Не могу не заметить, что в компьютерном центре за время моей работы (до мая 1995 года) не было ни одного конфликта, о котором я бы знала. Если и случались в женском коллективе какие-то недомолвки, то Ираида справлялась сама, без главного редактора.

Штат центра был небольшой, и начальница, как и подчиненные, верстала газету. А когда технологии были освоены всеми ее сотрудниками, компьютерный центр стал приносить редакции доход. Здесь верстались несколько газет, в  том числе, если память не изменяет, газета  «Из рук в руки». Мы начали выпускать в преддверии сессий горсовета брошюры с материалами, которые нужны были депутатам.

А однажды здесь была сверстана моя книжка «Еще не время подводить итоги...». Было это в 1996 году, когда я отмечала свое 50-летие. Я уже не работала в «Казанских ведомостях», но Ираида с бывшими соратниками по этой редакции подготовили мне необычный подарок – стенгазету на 10 полос формата А4, которая во время праздника в Доме актера обратила на себя самое пристальное внимание, о чем свидетельствуют фотографии. После юбилея мы дополнили с ней материалы праздничного выпуска новыми поздравлениями, и стенгазета стала больше в объеме. Ее материалы и составили основу брошюры, изданную небольшим тиражом, для коллег,  друзей и родственников. Кроме поздравлений, там были еще некоторые мои публикации.

Печать сборника обеспечил генеральный директор объединения «Татхимфармпрепараты» Рафик Хафизович Гумеров, в прошлом – председатель Казанского городского Совета. В типографии этого предприятия в то время как раз проходила обкатку немецкая офсетная машина. Брошюровали книжку в Татарском газетно-журнальном издательстве, которое по-прежнему возглавляла Дильбар Талиповна Хайруллина.

Вспомню один случай, который лучше всего характеризует Ираиду как человека. Все, кому не нравилась главный редактор Агеева, всё время моей работы в «Казанских ведомостях» лелеяли надежду меня с этой должности снять. Время от времени это выражалось в весьма ощутимых пакостях. Нам откровенно мешали работать.

И вот однажды терпение у Геннадия Наумова, «желанного» редактора Камиля Исхакова, в ту пору депутата горсовета, лопнуло. И он решил скомпрометировать меня руками моих подчиненных. Написал письмо от их имени о том, какая я нехорошая, и как человек, и как редактор. Воспользовался ситуацией – я была в отпуске, не в Казани. Затем приглашал к себе домой по очереди сотрудников редакции.

Ираида рассказала мне, как происходила эта операция. Первым был разговор с Гленном Казаковым, ответственным секретарем, с которым у нас часто возникали споры по поводу верстки. У Гленна не было дистанции с руководителем, и он порой говорил мне всё, что думает, не выбирая выражений. И наедине, и в присутствии других сотрудников. Потому Наумов решил, что он, несомненно, письмо подпишет. Но Гленн не подписал.

Ираида организовала наши последние редакционные посиделки

Тоболевич оказалась дамой непростой и поначалу проявила интерес к письму, даже, как она говорила, кое-что добавила «для перца». А когда ей было предложено письмо подписать, не только не отказалась, но и уверенно заявила, что в редакции его не подпишет никто. Не стоит тратить время на такие «свидания».

Помню, как мы переживали, когда у нее обнаружилась опухоль в мозгу. Было трудно представить, что мы Ираиду потеряем, ведь в ту пору операции на мозге были большой редкостью. Людмила Карташова, которая тоже работала в «Казанских ведомостях», нашла хирурга, который согласился сделать операцию. И отлично ее сделал. Мы снова увидали улыбку на лице Ираиды, услышали ее смех.

Судьбе было угодно, что мы работали вместе с ней еще раз. Я пригласила ее в Казанский технический университет имени А.Н. Туполева, на кафедру истории и связей с общественностью. В мою лабораторию средств массовой коммуникации понадобился организатор журналистской практики, который, к тому же, мог верстать студенческую газету «Семёрочка», и учить этому желающих.

Главное впечатление этого времени от Ираиды – ей ничего не надо было говорить дважды. Она влюбила в себя всех студентов, которые толпились у ее стола на каждой перемене. Выполняла без пререканий задания, которые не входили в ее должностные обязанности. В коллективе, которым руководила профессор Дания Киямовна Сабирова, с этим не считался никто. Очень сильно выручала меня во время всероссийских олимпиад по связям с общественностью, когда полноценный студенческий пресс-центр мог работать без меня, поскольку я была членом жюри.

Ираида в лаборатории средств массовой коммуникации

Освоившись на новом месте в полной мере, она стала порой даже подменять меня, принимала какие-то решения, не посоветовавшись со мной. Из-за своего острого язычка у нее возникли сложности в отношениях с некоторыми работниками кафедры. Не все понимают партнерские отношения, к которым привыкаешь, работая в редакции, где нет жесткой субординации.  А на кафедре есть доценты и техническое работники…

Был непростой разговор с ней. И вскоре она уволилась. Какое-то время мы не общались. Конечно, она обиделась. А через какое-то время в телефонной трубке снова раздался ее звонкий  голосок…

Мне не хватает его сегодня, когда еще очень остра эта потеря.  В последнее время ей было тяжело говорить, и мы в основном переписывались в ватцапе. Она успела поздравить меня с получением автомобиля и Диплома конкурса «Хрустальное перо». 3 августа написала, что уже не встает. А через несколько дней ее муж Валерий известил меня, что Ираиды больше нет. Ее отпели в церкви Арского кладбища, куда пришли не только ее близкие друзья и родственники, в том числе две дочери, сумевшие пересечь   границы России (обе живут за рубежом), но и многочисленные коллеги. Она похоронена на кладбище в Юдино.

Погоревали по этому поводу 77 обитателей Фейсбука, лайкнув мое сообщение, еще 24 оставили  комменты. Вот несколько сообщений:

Наталья Топал

Какое несчастье

 Наталия Швед

Очень жаль...Царствие небесное. Помню ее по работе на Гуманитарном факультете в КАИ, хороший человек и специалист

 Миляуша Айтуганова

Очень жизнелюбивая была. ..жаль...

Анатолий Данилов

Да что же это? Уходят, уходят

 Стелла Штейн

Жаль, очень жаль...

Евгений Минеев

Соболезную. Такая молодая!

Сергей Челяев

Мои соболезнования родным и близким..

Наиля Кумысникова

Светлая память! Мои соболезнования!

 Ekaterina Poletaeva

Очень очень жаль. Весёлый жизнерадостный человек ушел. В памяти только светлые положительные эмоции остались

 Дмитрий Михайлин

Земля пухом. Очень жаль. Веселый, жизнерадостный человек.

Наталья Морозова

Такой был светлый человек. И очень отзывчивый. Светлая память

Владимир Музыченко

Я с ней познакомился в 2013 году. Подружились мы на почве любви к природе и дачной жизни. Она такая же фанатичка, как и я. Да и дачи наши в одном районе находятся: у нее - на Светлой Поляне, а у меня в Зеленом Бору. Я все собирался к ней приехать в гости на велосипеде... И вот... Вечная память! Мои глубокие соболезнования родными близким Ираиды.....

Антон Хусаинов

Господи, Ираида... К сожалению, наши взаимоотношения никогда не выходили за рамки доброжелательно-производственных, но эти производственные взаимоотношения всегда были лёгкими и весёлыми, безшабашными какими-то. И притом очень... точными, что ли, воспринимаемыми - в производственном смысле.

Пока не могу осмыслить, что Ираиды больше нет

Юлия Казанцева

Lubov Ageeva, аналогичные по ощущениям воспоминания сохранились о ней и у меня - мы работали в разных структурах, но на одном канале НТВ много лет назад. Покой ее душе и светлая память!..

(Ираида верстала газету этой телекомпании, работала вместе с Оксаной Гармай – Л.А.)

 Марина Коновалова

Царствие небесное замечательному человеку! Соболезнования родным

В какой-то степени Ираида Тоболевич – жертва ковида. Точнее ковидного времени. Нет, умерла она совсем от другой болезни. Но если бы не ковид, ей помогли бы вовремя. Она долгое время сообщала мне грустные вести – врачи не могут определить, что с ней; ее снова не положили в больницу. Я не вникала в подробности, да и неважно это сейчас, когда Ираиды уже нет с нами.

Вот что она успела написать в марте нынешнего года в «Казанских ведомостях», когда отмечалось 30-летие нашей газеты:

Это была не работа, а увлекательная игра!

Ираида Тоболевич, в 90-е годы бывший начальник компьютерного центра:

- В «Казанские ведомости» я попала из НИИ. В то время институты закрывались, мы, программисты, оказались не нужны.  Первый же редактор «КВ» Любовь Агеева искала технических специалистов, которые справились бы с новыми программами верстки. Газета была первой в Казани, перешедшей на компьютерную верстку. Это новое дело рискнули возложить на меня, решив, что справлюсь.  

Что мне оставалось делать? Собрала будущий коллектив верстальщиц, который мы назвали компьютерным центром (КЦ). Программы верстки изучали с колес, по книгам и внедряли без остановки газетных выпусков. По вине КЦ никогда не было задержек со сдачей номера.

В начале были проблемы с помещением. Наш центр находился в маленькой комнате на шестом этаже издательства. Компьютеры стояли на тумбочках. Нас это не пугало. Все мы были такими энтузиастами и оптимистами, что были готовы сидеть на работе сутками. Все было впервые. В том числе и ощущение, что это не работа, а как будто увлекательная игра.

Позже переехали на Чистопольскую.  Редакционный коллектив очень сдружился. Мы постоянно куда-то выезжали. Однажды на Баумана организовали подписку, которая оказалась довольно большой. Когда все наладилось, я перешла в другие издания, где тоже переходили на компьютерную верстку.  Но свою первую редакцию никогда не забуду.

«КВ» благодарна прежде всего за  крутой поворот в моей карьере и за большую школу образования и общения. Это были отличные годы!

Желаю газете дальнейшего процветания: чтобы цифры подписки постоянно росли, а обратная связь с читателями крепла.   

ПОСТСКРИПТУМ

Время летит стремительно. Вроде только вчера мы хоронили Ираиду, а уже  40 дней с того дня прошло. Муж Ираиды пригласил почтить ее память, прежде всего, тех, кто был с ними во время ее длительной болезни. В первую очередь ее одноклассницы по школе №46. Большая группа - десять или даже больше женщин, которые все это время помогали Валере. Ему бы пришлось тяжело без них, поскольку у него на руках еще старенькая мама.

Одноклассницы тепло вспоминали подругу, которая во многом повлияла на то, что они до сих пор держатся вместе, и в радости, и в горе. Она пришла в их школу в пятом классе, и сразу стала своей в новом коллективе.

Были тут и соседи Ираиды по даче. Она была у них много лет за главного в товариществе, брала на свои плечи все трудности, которые встречались, за что люди ей бесконечно благодарны. В товариществе ее звали «наш генерал».

Я познакомилась с младшим сводным братом Ираиды Валентином. Они нашли друг друга несколько лет назад и с тех пор поддерживали родственные отношения.

Все, кто выступал, говорили о деятельном характере Ираиды, о ее жизнелюбии. Только мужу она признавалась, как устала от своих болезней. Я мало видела их вдвоем. Только однажды была в гостях. И увидела удивительно нежные отношения, хотя Ираида без конца шпыняла мужа. Она была «генералом» и дома, но Валера был снисходителен к ее командирскому тону. Для него это огромная потеря...

Домой возвращалась со щемящим чувством большой потери. В моем узком дружеском кругу появилась еще одна прореха...

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

  Издательский дом Маковского