Пишем о том, что полезно вам будет
и через месяц, и через год

Цитата

Я угрожала вам письмом из какого-нибудь азиатского селения, теперь исполняю свое слово, теперь я в Азии. В здешнем городе находится двадцать различных народов, которые совершенно несходны между собою.

Письмо Вольтеру Екатерина II,
г. Казань

Хронограф

<< < Май 2024 > >>
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31    
  • 1998 – В. Лихачев, указом Президента РФ назначенный постоянным представителем Российской Федерации при Европейских сообществах в Брюсселе, досрочно снял с себя полномочия Председателя Государственного Совета РТ. Руководителем республиканского парламента во второй раз стал Ф.Мухаметшин

    Подробнее...

Новости от Издательского дома Маковского

Finversia-TV

Погода в Казани

Яндекс.Погода

Фестиваль искусств «Горький +»: театр, где только можно

О фестивале искусств «Горький+», который проходил в Казани со 2 по 4 июня, и не только о нем размышляет журналист Любовь Агеева.

Я, конечно, была подготовлена коллегами к неожиданной сценической площадке, но то, что увидела вечером 4 июля, когда пришла в Казанский ТЮЗ на эскиз «Мои университеты», было настоящим потрясением.

Казань XIX века в искусстве и наяву

Раньше мне не приходилось бывать в этой части театрального двора. Знала, что здесь находится старинное здание - памятник архитектуры XIX века. С улицы Островского через ворота хорошо видно краснокирпичную колоннаду.  

Но нас завели внутрь, туда, где в дореволюционной Казани хранили разные товары, зерно и муку, в том числе. Но это так давно было… Я про зерно и муку. Потому что всё остальное здесь осталось, возможно, с XIX века. При входе в то, что предлагалось назвать зрительным залом, а в программе фестиваля «Горький +» именовалось «малыми пространствами» Казанского ТЮЗа, остроумные организаторы повесили «мемориальную табличку» - искореженные остатки театральных декораций на ней назывались историческими артефактами со времен купеческих складов.  

Руководство ТЮЗа не побоялось привести зрителей туда, куда вряд ли приходят высокопоставленные гости театра. Помню, как событие важного значения когда-то подавалась передача театру исторического здания рядом со старинным особняком, в котором ТЮЗ работает с 1940 года (правда, с большим перерывом на ремонт после пожара 1995 года). Говорили, что будет тут целый театральный квартал… Но не всем планам суждено сбываться. Бывают и объективные причины.

Как я поняла из разговора со знающим людьми, реставрация памятника культурного наследия не предвидится. Деньги выделили пока только на разработку проекта, и как я поняла, преображение бывших складов в него не входит.  

Так что ничто не угрожает ТЮЗу ставить спектакли в аутентичных «интерьерах» XIX века и дальше. Правда, только летом. Кстати, придумано здорово.

Спектаклями в шаге от актеров казанцев не удивишь. Малые сцены, по-моему, есть практически во всех театрах. Но тут всё было сценой. Очень удачно обыгрывалось присутствие двух соседних комнат, хотя на место действия выходили только их двери. Нехитрый реквизит – платки, которые время от времени меняла актриса Дарья Бакшеева, играющая все женские роли, и полицейский мундир, в который в двух сценах облачался актер Владимир Никитин, висели на гвоздях, как это бывало в домах казанской Марусовки, где селилась беднота. Мука, которая время от времени поднималась вверх от сильных ударов актеров по столу, летела прямо на зрителей.

А в финальной сцене мы были вовлечено в действие физически. Юный Алеша Пешков (эту роль исполнял Ярослав Кац) угощал зрителей татарскими «треугольниками», самыми настоящими, еще горячими.

Те, которые мастерски делались во время спектакля, тоже были настоящими, из теста. Просто в них не было начинки.  

Мне понравилась явная дерзость молодого режиссер-постановщика Тимура Кулова, который своим эскизом вышел далеко за пределы традиционного театрального искусства. Но это был, хоть и необычный, но театр. Молодые актеры, сами еще юные, как Алеша Пешков, играли раскованно и вдохновенно.

Наверное,  «духовные университеты» будущего классика русской литературы в «босяцкой» Казани можно показать по-другому. Но для молодого зрителя, живущего в современном информационном обществе и привыкшего к мозаичности впечатлений, динамичная смена сюжетов, которой ошеломляет постановка, – повседневная реальность. 

Всё, что зрители видели: и убогость места действия, и огромный стол с реальным тестом, и персонажи из прошлого, возникающие буквально из ничего (некоторые  актеры играли по нескольку ролей),  рождало яркий, а главное – понятный образ, без чего, как известно, искусство вообще не существует.  

Зрители, пройдя задворками театра, попадали… в пекарню А.С. Деренкова. Конечно, эта пекарня, где подручным пекаря работал Алешка Пешков, в 1884 году прибывший в наш город из Нижнего Новгорода, была другой. Мы можем ее даже увидеть – она была воссоздана в Музее А.М. Горького в первозданном виде, со слов самого Андрея Степановича И пекли там не татарские эчпочмаки, а русские булочки, баранки, сушки и рогалики. И убежденный социал-демократ Гурий Плетнев, как и гимназист Николай Евреинов в пекарне не работали. Но в данной ситуации это значения не имеет. Это тот  случай, когда важны не столько знания, сколько эмоции, а они тут были через край…

Как мне кажется, Тимур Кулов – режиссер-постановщик и автор текста, и  не ставил задачу рассказать всю историю казанской жизни будущего писателя. Это скорее отдельные эпизоды. Если кого «зацепит», найти книгу Максима Горького «Мои университеты» труда не составит (https://ilibrary.ru/text/3221/p.1/index.html).

Вот главный герой встречается с пекарями Деренкова (а, может, с членами революционного кружка?), учится работать с тестом, постигает нехитрую науку взрослой жизни, которая страшит его своей непостижимостью. Он дружит с революционно настроенными студентами, читает и даже распространяет листовки, но скорее «за компанию» с друзьями, чем осознанно. Повзрослееn Пешков уже в селе Красновидово.

Первая встряска – арест Гурия Плетнева, с которым он делил одну кровать в доме на Рыбнорядской улице (кстати, дом уцелел, но, к сожалению, ему никто не помогает бороться со старостью). Второй удар, словно обухом по юной голове   ―  и попытка самоубийства, которая вполне могла завершиться трагически…

На этой новости действие завершается. Будет ли продолжение истории, не ясно. Эскиз ведь - еще не спектакль.   

Актеры, занятые в эскизе "Мои университеты": Ярослав Кац, Дарья Бакшаева, заслуженный артист РТ Дмитрий Никитин, Даниил Кукушкин, Руслан Шарипов, Ильфат Садыков

Я увидела актеров еще раз уже после ухода зрителей. Они кучковались у входа в здание, не сняв театральной одежды, не стряхнув с нее муку. Не знаю, о чем они говорили. Но не удивилась бы, узнав, что совсем не о спектакле. Это ровесники Алеши Пешкова, но уже из другой эпохи.

Мне приятно было познакомиться с Тимуром Куловым, одним из учеников Юноны Каревой выпуска 2008 года.

Тимур Кулов в центре

В 2013 году он закончил Театральный институт имени Б.В. Щукина (по специальности «Режиссер драматического театра», курс Л. Хейфеца). Работал в Буинском государственном драматическом театре, с 2013 по 2016 год был художественным руководителем Театра кукол «Пеликан» (г.Москва). Ставил спектакли в театрах Липецка, Новокузнецка, Абакана, Тюмени. В 2020 году его спектакль «Барыня» по произведению И. Тургенева «Му-му» получил Гран-при Международного фестиваля «Славия» в Белграде (Сербия). В 2019 году спектакль «Концлагеристы» вошел в Лонг-лист театрального фестиваля «Золотая маска». В Челябинске, где он поставил в камерном театре спектакль «Мелкий бес» по роману Федора Сологуба, его назвали молодым дарованием.

И вот теперь оригинальная заявка на казанскую сцену. Пока в ТЮЗе, где планируется сделать спектакль по фестивальному эскизу. Не уверена, что эскиз, который мы видели, возможен на основной сцене театра. Как мне кажется, там не удастся сохранить неповторимую атмосферность студийного эскиза, рожденного в «зрительном зале» с облупленным потолком. 

Впрочем, молодой режиссер может найти и на основной сцене не менее оригинальное постановочное решение. Главное – показать молодым зрителям не хрестоматийно-глянцевого Максима Горького, а живого человека, ищущего и находящего, боязливого и бесстрашного одновременно. А заодно вернуть юных зрителей в наше прошлое, опыт которого может пригодиться и в XXI веке.

Почему эскиз, а не спектакль?

Меня радует, что Казань, имея несколько профессиональных театров, сегодня стала большой творческой лабораторией, в которой рождаются новые театральные формы.  Начатые на площадке культурного пространства «Угол», они были поддержаны сначала Камаловским театром, с приходом в ТЮЗ Радиона Букаева творческие эксперименты начались и тут.

Кстати, в рамках фестиваля «Горький+» ТЮЗ показал еще два эскиз – «Бывшие люди» в постановке Ильнура Гарифуллина и «Легкий человек» в постановке Радиона Букаева.

Эскиз "Легкий человек"

Только что я получила сообщение из театра о том, что эскизы «Легкий человек» и «Мои университеты» скоро станут полноценными спектаклями.

Конечно, не все эскизы становятся спектаклями. Мне, например, очень жаль, что не стал спектаклем эскиз «191 сорт груш» (режиссер Регина Саттарова, пьеса Дины Сафиной), показанный в Государственном театре Наций. Эскиз, рожденный в рамках режиссерской лаборатории,  посвященной юбилею великого писателя Федора Достоевского в 2021 году, не был выбран как основа для будущего спектакля этого театра, но очень бы хотелось посмотреть Павла Густова в заглавной роли (Федор Достоевский – как понимает его Павел Густов). Сам актер очень высоко оценил этот эксперимент.

Опыт ТЮЗа говорит о том, что творческая лаборатория может быть не только режиссерской и актерской школой повышения квалификации, но и средством поиска новых идей и даже новых спектаклей. Так, в репертуаре Театра юного зрителя сегодня два спектакля, показанные как эскизы на лаборатории, посвященной творчеству Евгения Шварца: «Тень» («Тень» Евгения Шварца: версия сегодняшнего дня) и «Шварц. Человек тень».

Новому времени – новые формы

В программе фестиваля «Горький+» были заявлены самые разные театральные формы. Думаю, не только я пожалела, что нельзя было посмотреть всё. Семьдесят событий на разных локациях – по-моему, такого еще в Казани не было.

Радион Букаев, найдя в прошлом году в Казани зрителей для такой необычной постановки, как прогулка, показал сразу два спектакля-променада: «Изергиль» (первыми его увидели москвичи на прошлогоднем фестивале, посвященном Максиму Горькому) и «Легкий человек» с участием Алексея Зильбера, который вместе с Павлом Густовым водили (и водят сегодня) зрителей по центру Казани в спектакле «Пешеходы» («Пешеходы»: спектакль, у которого нет сцены).

Эскиз "Изергиль"

Перечислю только жанры предлагаемых постановок: спектакль-дефиле (Горький. Человек», режиссер К. Муханов, проект, созданный для московского фестиваля «Горький в парке Горького»), саунд-перфо-спектакль  «Призыв Горького» (режиссеры К. Бочавар и П. Айду, площадка Музея Горького и Шаляпина), иммерсивные спектакли «Солнце всходит» (режиссер Л. Нурель, площадка Национального музея РТ) и «Подлодочник» - совместный проект с Мобильным художественным театром - мобильное приложение, позволяющее создать аудиоспектакль, действие которого разворачивается в воображении зрителя и вписывается в окружающее пространство, показанный в Красновидово. Как обозначить жанровую природу элементов уличной программы на улице Баумана, не знаю, просто не видела, назову их точно по программе: «Проходка куклы горького», «Синема», «Немое кино (Легкие крылья»), «Хор Дурацкого».

Не уверена, что всё это оценят театралы с опытом, но для молодежи – самый раз, прикольно, как они говорят.

Судя по программе фестиваля «Горький+», в общий процесс поиска новых форм подключился Качаловский театр. У него уже есть опыт проведения творческих лабораторий, но пока только в сфере драматургии. А тут театр предложил зрителям сразу два эскиза, поставленных режиссерами-непрофессионалами: Дилярой Хусаиновой и Еленой Ряшиной, впервые попробовавшими себя в этой роли.

Эскиз «Убийцы» Диляры Хусаиновой

Эскиз «Однажды осенью»  Елены Ряшиной

Причем абсолютно самостоятельно.  Исполнительный директор - помощник художественного руководителя по литературной части Диляра Хусаинова поставила эскиз по рассказу Максима Горького «Убийцы» (участвовали артисты Алена Козлова, Кристина Андреева, Виктор Шестаков, Георгий Логинов, Иван Крушин, Сергей Мельников), актриса Елена Ряшина – эскиз по рассказу «Однажды осенью» (участвовали артисты Павел Лазарев и Регина Габбазова).

Я общалась с одной из постоянных зрительниц Качаловского театра, которая смотрела оба эскиза, и оба ей понравились. Сообщу для тех, кого не было в эти дни в театре, эскизы планируют показать еще. Значит, постановки оценили не только зрители. Первые блины, испеченные в дни фестиваля, комом не получились.

Несколько эскизов в рамках фестиваля были показаны на площадке «Угла» и в Музее А.М. Горького и Ф.И Шаляпина. Еще были эскизы двух детских лабораторий в Национальной библиотеке РТ.

Куратором режиссерской лаборатории фестиваля был известный театровед, а лучше сказать – культуртрегер, Олег Лоевский, которого называют «крестным отцом» всего провинциального театра России. Он проработал в театрах более 40 лет, с 1990 года проводит в Екатеринбурге фестиваль «Реальный театр», а в свободное от него время колесит по стране, являя собой нечто похожее на университет повышения квалификации с одним педагогом. 

Я с ним не знакома, но будто пообщалась, прочитав его интервью, которое он дал «БИЗНЕС Online»» в 2013 году, когда приезжал в Казань на международный фестиваль «Ремесло+».

Его спросили, зачем нужны эскизы, и он сказал, что они нужны прежде всего актерам – чтобы вывести из зоны комфорта. Приведу цитату из интервью:

«Поставить его в ситуацию стресса, чтобы он освободился от штампов и начал нервно искать, как ему через три дня выйти на показ. Дальше эскиз может превратиться в спектакль, но его надо будет начать репетировать, и это серьезная работа, и тогда есть шанс успеха. Или неуспеха.

Я сторонник продолжения работы, потому что специфика эскиза в его необязательности. Любой артист понимает, что за три дня мало что можно сделать, и это дает ему освобождение».

Как мне кажется, творческие лаборатории, драматургические, режиссерские, актерские, выполняют еще одну роль – с их помощью театры могут найти СВОЮ аудиторию. Скорее всего им надоела роль «развлекателя», или, говоря современным языком – аниматора, уже много лет диктующая, какие спектакли ставить, а какие нет. Спектакли, рассчитанные на «легкого зрителя» (есть  близкое понятие в теории журналистики), кассовый успех обеспечивают, но не всегда соответствуют творческим устремлениям самих творцов. Конечно, можно ставить экспериментальные спектакли для фестивалей. Но кому не хочется зрительского признания?

Эскиз спектакля на таком фестивале, как «Горький+», – это надежный способ найти зрителя, который оценит эксперимент, похвалит за новаторство и не поругает за низкое качество. Но в этом смысле нельзя сказать, чтобы опыт фестиваля «Горький+» удался в полной мере. Совокупный зрительный зал всех мероприятий фестиваля мог бы быть много больше.

Фестивалю не хватило так называемой информационной артподготовки перед началом. Многие казанцы про него даже не знали. Но не везде можно было пополнить ряды зрителей прямо во время спектакля, как в Лядском саду. Слышала немало сожалений от тех, кто мог бы стать зрителем, если бы заранее знал афишу фестиваля, подробности его проектов.

Вопрос не в том, что СМИ не сообщали о предстоящем фестивале. Были анонсы и в «Казанских историях», в аккаунте «ВКонтакте». Но люди их не читали. Сожалели уже постфактум.

Дело в том, что потенциальная аудитория культурных событий сегодня очень дробная. Она не собрана в единый виртуальный зрительный зал. Хотя организаторы мероприятий, в том числе Министерство культуры РТ, наверняка уверены, что они всё сделали, чтобы привлечь внимание казанцев к фестивалю.

Люди идут в основном на имена. Поэтому можно было ожидать аншлаг в Государственном Большом концертном зале имени С. Сайдашева, где выступали сразу несколько знаменитостей: Юрий Башмет, Евгений Миронов, Александра Урсуляк (Максим Горький. Писатель, которого полезно читать и сегодня). Но тут-то как раз предварительные публикации были.  

Сегодня в общее информационное пространство большого города не включены тысячи людей. Это вам не времена «Вечерней Казани», когда хватало одного анонса, чтобы обеспечить аншлаг, ведь его читали сотни тысяч человек. Теперь СМИ много больше, но даже общим числом они город не покрывают. Так сказать, тиражи не те.

Да и не ставится редакциями такая задача – подготовить к восприятию, дать нужную информацию не после, а перед спектаклем, концертом, выставкой, в конечном итоге – способствовать воспитанию хорошего вкуса, формировать эстетические потребности. Помню, освещение каждого такого события мы в отделе культуры «Вечерки» планировали так, как композитор создает партитуру для симфонического оркестра. Ведь одним инструментом, даже если это скрипка Страдивари, симфонию не сыграешь. 

Потому не ставится, на мой взгляд, такая задача журналистами, что нет ее у тех, кто определяет культурную политику, кто оценивает СМИ по принципу нравится - не нравится.  Арт-журналистов сегодня рассматривают как обслуживающий персонал, который должен обеспечить хорошую «картинку» культурной Казани. Картинка, действительно, получается хорошая…

Но грустно было смотреть, когда в Лядском саду играли спектакль для случайных прохожих… Коллеги писали, что было не так много зрителей и на концертах.

Не могу не отметить, что в программу фестиваля искусств «Горький+» входило несколько спектаклей профессиональных трупп. Так, можно было увидеть и сравнить две постановки «Вассы» - Театра имени Моссовета и Казанского академического русского драматического театра имени Качалова (Максим Горький в вольном переводе на современный язык). Спектакли шли не только на профессиональных сценах – в Качаловском и Камаловском театрах, в театре имени Тинчурина, но и на площадке Национальной библиотеки РТ, в зрительном зале Государственной филармонии РТ имени  Тукая, в Музее Е.А. Боратынского.    

Еще было много концертных программ, выставок и лекций. Но это может быть темой для другой публикации.

Для организации фестиваля затратили много сил десятки, если не сотни деятелей культуры. Были востребованы многие учреждения отрасли. Приезжали гости.

Тем обиднее, что фестиваль не стал массовым явлением. И если мы хотим, чтобы он был  традиционным, не мешало бы извлечь уроки из того, что не получилось.

Фото: эскиз "Мои университеты" - Любовь Агеева; эскизы Качаловского - пресс-служба театра; эскизы ТЮЗа - Роза Садриева; спектакль "Рождение человека" - пресс-служба ГБКЗ

ПОСТСКРИПТУМ 

Айрат Файзрахманов, заведующий отделом по взаимодействию с общественными организациями Министерства культуры РТ, известил меня, что все организационные вопросы по фестивалю "Горький+", в том числе по работе с журналистами, решали московские организаторы. Важное уточнение. Хотя оно сути моих размышлений не меняет.

Добавляется одно суждение - стоит ли  в таком случае целиком отходить в сторону?  О программе, артистах,  проектах думали москвичи. Спасибо им большое за то, что включили Казань в орбиту фестиваля. Но информационное обеспечение, работа со зрителями - это все-таки забота местная. Кстати, и не только Министерства культуры РТ, но и Управления культуры Исполкома Казани.   

И еще одно добавление - от читателей, которые убедительно просят не совмещать интересные события во времени. Бывает очень трудно выбрать, что предпочесть, если интересно всё. По себе знаю.

Надо признать, что на подобные мероприятия ходит в основном одна и та же публика. К счастью, в Казани она довольно большая. 

 

Читайте в «Казанских историях» - Максим Горький: «Духовно родился в Казани…»

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить