Пишем о том, что полезно вам будет
и через месяц, и через год

Цитата

Если хочешь узнать человека, не слушай, что о нём говорят другие, послушай, что он говорит о других.

Вуди Аллен

Хронограф

<< < Август 2020 > >>
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31            
  • 1929 – В Большом театре Казани состоялся единственный концерт певца Л.В.Собинова (сведения Б. Ерунова)

    Подробнее...
Finversia-TV

Новости от Издательского дома Маковского

Погода в Казани

Яндекс.Погода

Путешествие во времени – год 1992

25 лет назад, 21 марта 1992 года, жители Татарстана отвечали на вопрос референдума о новом государственном статусе республики. Им задали вопрос «Согласны ли Вы, что Республика Татарстан – суверенное государство, субъект международного права, строящее свои отношения с Российской Федерацией и другими республиками, государствами на основе договоров?»

По данным Центральной комиссии референдума, в голосовании приняло участие 82 процента граждан; не голосовали 467946 граждан (18%); «за» проголосовало 61,4 процента избирателей, принявших участие в референдуме.

О том, как проходил референдум, что ему предшествовало, какими были последствиями, рассказано во многих источниках. Среди них – книга «Республика Татарстан: новейшая история» (авторы-составители – Председатель Государственного Совета РТ Ф. Мухаметшин и журналист Л. Агеева, в 1992 году главный редактор газеты «Казанские ведомости»).

Предлагаем вашему вниманию очерк Л. Агеевой, посвященный событиям 1992 года. Первый том, где он был опубликован, вышел из печати в 2000 году.

«Мы победим. Народ нас поддержит»

В начале года казалось, что договор между Казанью и Москвой будет подписан в первом полугодии 1992 года, то потом надежды стали таять месяц от месяца. Активность Москвы на переговорах сильно поубавилась. Хотя встречи участников переговоров проходили регулярно, то в Москве, то в Казани.

В Российской Федерации возникли иные напряжения, появились другие приоритеты. Б. Ельцин, стараясь удержать ситуацию в России под контролем, заявил, что новое и подлинное разделение полномочий между Москвой и субъектами будет произведено в Федеративном договоре, созданном по примеру Союзного. Республика Татарстан дала понять, что не будет его подписывать, если ее статус как суверенного государства, ассоциированного с Российской Федерацией на основе двустороннего договора, не будет Москвой признан. Тем не менее казанская делегация во главе с вице-президентом В.Лихачевым для работы над этим документом в столицу России выезжала. Не исключено, что под влиянием российско-татарстанских переговоров в проект новой Конституции Российской Федерации были заложены принципы федеративного устройства государства. Как сообщали центральные СМИ, ее первое слушание состоялось в феврале.

А в феврале-марте во взаимоотношениях России и Татарстана вообще наступил период “холодной войны”.

Руководство республики последовательно наполняло конкретным содержанием статус суверенного государства. Законом “О порядке формирования Республиканского бюджета Республики Татарстан до заключения договора с Российской Федерацией” была зафиксирована определенная сумма платежей в федеральный бюджет – 4 млрд. рублей. Это не могло не вызвать раздражения в Москве, и на республику стало оказываться всяческое воздействие. Были ограничены выплаты из федерального бюджета, уменьшилось поступление наличных денег. Страдали предприятия, которым перерубили связи со смежниками в других регионах. И вот тут-то было принято беспрецедентное решение – провести референдум, чтобы узнать, поддерживает ли население Татарстана его новый государственный статус.

Депутаты из группы "Народовластие" И. Грачев и И. Султанов. Фото Владимира Зотова

Впервые слово “референдум” прозвучало еще в 1990 году, во время обсуждения Декларации о государственном суверенитете. Депутат В.Михайлов тогда сказал:

“Вопрос о суверенитете, о выходе из состава РСФСР, тем более из СССР имеет судьбоносное значение, и чтобы было гражданское согласие, он должен решаться через всенародное обсуждение – референдум”.

Поскольку тогда на сессии вроде бы договорились, что республика никуда не выходит, необходимость “посоветоваться” с народом отпала.

Было еще два момента, которые определяли отношение жителей Татарстана к всеобщему голосованию. Во-первых, все хорошо помнили референдум о судьбе Советского Союза, результаты которого политики и государственные деятели проигнорировали, когда определяли эту самую судьбу, во-вторых, в республике среди большинства людей – и русских, и татар - всегда жила боязнь национальных разногласий. В самом начале дискуссии о будущем Татарии в 1988 году один из авторов писем в “Вечернюю Казань” написал об этом так:

“Если суверенитет рассорит меня с моими русскими соседями и друзьями, я еще подумаю, нужен ли мне такой суверенитет”.

Люди боялись, что референдум разделит республику надвое, а при таком разделе, все понимали, победителей не будет.

В статье, опубликованной в газете “Шахри Казан”, известный ученый-филолог Абрар Каримуллин писал:

“История не знает еще случая, чтобы вопрос о независимости того или иного народа решался опросом населения другого народа”.

Где-то подспудно сторонники полной независимости, видимо, боялись, что большинства при голосовании на референдуме не будет. И не только потому, что их не поддержит русскоязычное население. Во время страстной битвы за торжество национальной идеи лидеры татарских движений сильно подпортили отношения с “манкуртами” – так называли татар, которые не знали родного языка и не считали Россию соседним государством. А таковых было не так уж мало.

Сессия Верховного Совета. На первом плане Ф. Сафиуллин, Ф. Байрамова и Б. Мулюков. Фото Владимира Зотова

И вот в феврале идея референдума о новом государственном статусе, что называется, овладела массами. Сначала – депутатами Верховного Совета, а потом всеми – татарами, русскими, чувашами, людьми всех национальностей.

Вот как выглядят события в преддверии референдума на языке хроники. Можно отследить буквально каждый день.

Депутаты проходили на сессию через строй избирателей. Фото Владимира Зотова

3 февраля на VIII сессии Верховного Совета Президент М.Шаймиев, руководитель Конституционной комиссии предлагает решить судьбу нового Основного закона на референдуме, за что его сильно критиковал депутат В.Михайлов. “Федералы” считали, что делать этого нельзя до тех пор, пока нет отработанной концепции Конституции.

7 февраля группа «Татарстан» предлагает включить в повестку дня сессии вопрос о референдуме, но не находит поддержки.

20 февраля в повестку сессии все-таки вносится дополнительный вопрос – “О проведении референдума в Республике Татарстан по вопросу о государственном статусе Республики Татарстан и принятии новой Конституции Республики Татарстан”. Принимается решение провести такой референдум 21 февраля.

Решение далось с большим трудом. Поскольку депутаты, как обычно, сразу же разделились на две части. Группа “Татарстан” считала, что на всеобщее голосование надо вынести проект новой Конституции, разработанный к тому времени Конституционной комиссией. Группа “Согласие” предложила лаконичную формулировку, ставя вопрос, что называется ребром: “Вы за выход Республики Татарстан из состава Российской Федерации?”. “Федералы” увидели в желании властей провести референдум какой-то скрытый смысл. Возможно, они были не далеки от истины. Позднее мы узнали, что на референдуме настаивала Москва.

В ходе парламентской дискуссии слов не выбирали, что заставило А.Колесника так прокомментировать обсуждение:

“Сегодня в этом зале родилась политика. Грязная, безобразная. Каждый выходит и запугивает. Запугивает и оскорбляет. И каждый стремится к своей цели…Давайте попробуем услышать друг друга. Нам здесь жить. И другого не будет.

… Давайте посчитаем, что произойдет, если по формулировке, вынесенной группой “Согласие”, референдум ответит “да”. Крайние левые национальные, а также националистические силы получат карт-бланш на все свои действия. И вот тогда русским здесь действительно придется туго…

Представьте себе, что по варианту “Народовластия” референдум ответит “нет”. Кто дал гарантии, что постепенно нарастающий пик конфронтации не перейдет в настоящую схватку? Вы что, не видите, сколько шизиков околачивается вокруг этих движений?..”

Он предостерег коллег: те, кто больше всего кричит на сессии, потом “утрутся и отойдут в сторону”.

“Федералы”, испугавшись обещаний коллег из группы “Татарстан” пригласить для участия в референдуме татар со всей России, потребовали уточнить в постановлении, что голосуют только жители Татарстана. “Националы” настояли, чтобы в референдуме не участвовали люди с временной пропиской.

Немного грустно было наблюдать, как депутаты думали над тем, какие условия продиктовать журналистам по освещению подготовки к референдуму. Желание диктовать демонстрировали представители всех депутатских групп. И лишь Президент вспомнил о законе, который предоставил редакциям право самим определять, о чем и как писать в каждом конкретном случае.

Здесь уместно сказать несколько слов о взаимоотношениях журналистов “Казанских ведомостей” с депутатами – и Верховного Совета, и Казанского городского. Нас всегда били с двух сторон. Одни – за поддержку “националов”, другие – за помощь “федералам”. Было обидно слышать из уст И.Грачева слова об информационной блокаде, которой якобы подвергается группа “Согласие”, когда наша газета публиковала мнения депутатов почти на каждой сессии. Сторонники Ф.Байрамовой как-то организовали сожжение на площади Свободы свежего номера “Вечерней Казани”. Предводитель “националов” забыла, что когда-то это была единственная газета, которая давала ей и ее единомышленникам возможность выйти к народу со своими идеями. Да, в то время это было уже другое издание, которое делали другие люди. Тем не менее…

Постановление о проведении референдума сессии удалось принять только на следующий день. Это было  боевое крещение нового первого заместителя Председателя Верховного Совета. Сменив 6 февраля место заведующей отделом газеты “Известия Татарстана” на новый кабинет в парламенте, Зиля Валеева уже на следующий день была избрана руководителем согласительной комиссии – и эту роль во время восьмилетней работы в парламенте ей пришлось выполнять не один раз.

Во избежание нового раскола каждый член согласительной комиссии завизировал проект постановления. Ф.Сафиуллин предложил проголосовать за него единогласно – чтобы не внести раскол в общество. Но группа “Согласие” во время обсуждения сделала еще одну попытку изъять из текста вопрос, выносимый на референдум, и понятие “субъект международного права”. Не удалось.

За вопрос референдума, предложенный согласительной комиссией, проголосовало 174 депутата, против – 4, воздержались трое. Около 30 человек в голосовании не участвовали (оно было поименным) – почти все депутаты группы “Согласие”, кроме Ю.Решетова и Б.Леушина. За окончательный текст постановления голосовали 198 депутатов.

Море людей на площади. Типичная картина того времени. Фото Владимира Зотова

Верховный Совет образовал комиссию по подготовке референдума в составе 12-ти человек во главе с М.Шаймиевым и З.Валеевой. В нее вошли Т.Абдуллин, Р.Вагизов, И.Грачев, А.Зиятдинов, Б.Леушин, И.Мустафин, А.Перов, Ю.Решетов, Ф.Сафиуллин и И.Султанов, представляющие основные политические силы парламента.

24 февраля утром радиостанция “Маяк” от имени руководства города Бугульмы и района передала такую новость: если на референдуме большинство скажет “да”, то они попросятся в Самарскую область. Тамошняя администрация узнала о таком заявлении из газет. В СМИ было направлено официальное опровержение.

В тот же день вопрос о референдуме обсуждали депутаты Казанского городского Совета. Там зал также разделился надвое. Проект постановления, осуждающий решение Верховного Совета, который подготовили “федералы” местного уровня, не набрал большинства голосов – и тогда 65 человек направили в СМИ неофициальное обращение к избирателям.

 Вскоре после объявления даты голосования российский Верховный Совет обратился к Казани с требованием пересмотреть свою позицию и направил делегацию для встречи с Председателем ВС Ф. Мухаметшиным с намерением прояснить цели референдума. Это не привело к изменению позиции Татарстана.

Митинг у Центрального парка культуры и отдыха имени Горького проводят "федералы"

2 марта в Москве состоялась встреча первого заместителя Председателя Правительства Российской Федерации Е.Гайдара с Премьер-министром М.Сабировым.

3 марта Президент М.Шаймиев и вице-президент В.Лихачев приняли в Кремле представителей казанских демократических организаций, попытавшись развеять их опасения в “коварных замыслах” руководства республики.

 В тот же день Председатель Верховного Совета РТ Ф. Мухаметшин был приглашен для участия в парламентских слушаниях Верховного Совета России. Он согласился не на “заслушивание”, а на “встречу”. Вместе с ним в Москву поехали депутаты Р. Хафизов и А. Колесник, которые ответили на многочисленные вопросы.

Ф.Мухаметшин так рассказал об этой встрече в газете “Казанские ведомости”:

“Сторонников “единой и неделимой” России в зале было значительно больше. Но были и такие, которые говорили, что со статусом республики надо было определиться раньше – чтобы сохранить Россию. А теперь, говорили они, время упущено.

Запомнилось выступление черкеса Темирова. Он прямо поддержал нашу позицию, обратив внимание на то, что мы честно, открыто и последовательно идем к суверенитету, не скрывая намерений…

Судя по высказываниям, российские депутаты понимают: да, Татарстан созрел, нужны какие-то отношения, новый статус. Но их пугает, что за этим последует цепная реакция и другие территориальные образования пойдут по нашему пути.

Корреспондент газеты “Республика Татарстан” Елена Таран, присутствующая в зале заседаний Верховного Совета РФ, отметила в своем репортаже отсутствие в зале руководителей российского парламента, а также то, что депутаты не могли выдвинуть каких-либо серьезных контрдоводов на решение парламента Татарстана о референдуме. В зале часто верх брали эмоции, вместо доказательств звучали обвинения типа “Развал России – это преступление!”

4 марта состоялось заседание Конституционной комиссии Верховного Совета РТ, на которой была заслушана информация о ходе работы над проектом Конституции республики. Было решено принимать поправки и предложения к проекту до 15 марта.

Обсуждение могло бы снять перед референдумом наметившееся противостояние “националов” и “федералов”, но, видимо, не сняло.

5 марта парламент России принял Обращение к народу, Верховному Совету и Президенту нашей республики. В нем, “уважая суверенные права” каждой республики, стремясь к “развитию национальной самобытности, языка и культуры всех народов России”, депутаты Верховного Совета советовали гражданам Татарстана обратить внимание на то, что в вопросе, за который им предлагали проголосовать, объединены три. В конечном итоге, заключали они, положительный ответ будет направлен “к выходу Республики Татарстан из состава Российской Федерации”. Сам факт референдума был оценен как “акт неуважения”. Народу предлагали “разобраться”, чтобы “не пойти на поводу”, “проявить мудрость”.

 В тот день проходили еще два события – одно в Казани, другое – в Москве.

В Казанском Кремле Президент М.Шаймиев встретился с директорами крупных предприятий и научно-исследовательских институтов оборонных отраслей народного хозяйства, ответственными работниками министерств и ведомств.

Президент М. Шаймиев общался с народов лично. Фото Владимира Зотова

Участники разговора обменялись мнениями о работе “оборонки” в жестких условиях рынка и экономической нестабильности, отсутствия заказов и плохого материально-технического снабжения. Премьер-министр М.Сабиров рассказал о встрече делегаций России и Татарстана, которая состоялась в Москве 2 марта, на которой обсуждались вопросы реализации мер в области конверсии.

 В Москве проходила международная конференция “Этнические конфликты и власть в полиэтнических государствах”, в которой принял участие известный ученый-этнограф Дамир Исхаков. В интервью корреспонденту “Казанских ведомостей”, опубликованном 19 марта, он сообщил, что события в Татарстане не рассматривались на конференции как этнический конфликт. Но некоторые проблемы, обсуждаемые учеными России, США, Канады, Финляндии, Японии, так или иначе затрагивали настоящее и будущее суверенного Татарстана.

 СМИ сообщили, что в Татарстан приехали судьи Конституционного суда РФ. Более никакой информации не последовало. Видимо, высокие особы отказались встречаться с журналистами.

6 марта программа “Вести” РТВ сообщила сенсационную весть – о том, что в Татарстане собираются создавать исламскую республику. Это было слишком далеко от правды. Да, с развитием идеи наметился определенный возврат к ценностям ислама, мужчины стали надевать на головы национальный головной убор, кое-где собрания начинались с молитвы. Депутат ВС Ф.Байрамова, покрыв голову татарским головным платком, которого у нее не видели раньше, стала проявлять завидную набожность, посещая мечети. Но во всем этом было больше демонстрации возврата к прежним национальным ценностям, чем веры в Аллаха.

О необходимости вернуть ценности мусульманской веры говорили, о суверенитете татарского народа говорили, но не приходилось слышать, чтобы призывали создать исламскую республику. Может, и были радикалы-исламисты. Но такие люди в Татарстане никогда погоды не делали.

6 и 7 марта заседал Президиум Верховного Совета РТ. В повестке – Обращение российских парламентариев. Президиум принял свое Обращение к народу, а также Заявление, в котором еще раз разъяснялось, зачем нужен референдум. Было принято также Обращение к руководителям средств массовой информации Татарстана и России с просьбой “взвешенно и ответственно подходить к освещению жизни в Республике Татарстан и тем самым способствовать проведению референдума в обстановке мира и согласия”. В постановлении Президиума было дано разъяснение формулировки вопроса, вынесенного на референдум. В ходе обсуждения его проекта прозвучало предложение сделать такое разъяснение на сессии.

Все принятые Президиумом ВС документы были направлены в Москву – в Верховный Совет России, Конституционный суд...

7 марта у Центрального парка культуры и отдыха имени Горького в Казани движение “Граждане Российской Федерации” и группа депутатов Казанского Совета “Референдум” провели митинг с участием сопредседателя движения “Демократическая Россия” Е.Ройтмана и председателя подкомиссии по средствам массовой информации Верховного Совета РФ Л.Пономарева. Митинг собрал, по разным оценкам, от 200 до 500 человек. (“Националы” могли заполнить, когда им это было нужно, всю площадь Свободы).

На митинге было принято обращение к русскоязычному населению Татарстана. В нем говорилось, что в случае положительного ответа их ожидает то же, что в Прибалтике. В то время это был сильный ход – все хорошо знали, что в Прибалтике русских предали, как только они обеспечили тамошним “националам” – латышам, литовцам и эстонцам – приход к власти. Участники митинга призвали зачеркнуть оба слова. Видимо, многие сомневающиеся прислушались к нему: в день голосования 28851 бюллетень был признан недействительным.

У парка собралась довольно пестрая аудитория. Если организаторы митинга и сторонники ДПР, также пришедшие к парку, выступали против референдума, то члены Союза рабочих и коммунисты требовали созыва шестого съезда народных депутатов СССР, отстаивая результаты референдума о сохранении Советского Союза, проведенного год назад. На митинге прозвучало требование к власти Татарстана – подписать Федеративный договор.

9 марта депутаты группы “Народовластие”: И.Грачев, З.Латыпов, В.Михайлов, В.Перов, Ю.Решетов, И.Султанов, М.Хафизов и А.Штанин опубликовали в “Вечерней Казани” обращение к коллегам с требованием созвать 17 марта внеочередную сессию Верховного Совета. 10 марта депутатская группа “Согласие” организовала митинг своих сторонников.

В тот же день газеты опубликовали Указ Президента М.Шаймиева “Об административной ответственности за посягательство на национальное равноправие граждан на территории Республики Татарстан”.

12 и 13 марта в казанских газетах появилось Заявление Президиума Верховного Совета Республики Башкортостан, который прямо поддержал власти Татарстана, оценивая референдум “как логический шаг на пути последовательной реализации принятой Верховным Советом 30 августа 1990 года Декларации о государственном суверенитете Татарской ССР”.

13 марта Президент М.Шаймиев принял участие в телепрограмме Российского телевидения “Без ретуши”. Как ни старались “уесть” его российские журналисты, к концу передачи он практически всех заставил поверить, что референдум не представляет никакой угрозы целостности Российской Федерации.

“И наша Декларация, и проект Конституции соответствуют мировым стандартам. Они направлены на защиту прав человека, подчеркиваю – на равную защиту прав представителей всех национальностей, проживающих в республике… Думаю, в проекте Конституции России не будет сказано о государственной независимости только русского народа”.

Его спросили: “Если вы не победите на референдуме, то уйдете с поста Президента?”.

“Мы победим. Народ нас поддержит”, – ответил М.Шаймиев.

12 и 13 марта заседал Конституционный суд России. В отсутствии официальных представителей Республики Татарстан рассматривались два ходатайства – группы депутатов Верховного Совета РФ и официальное – российского парламента. Вопрос, вынесенный на референдум, был объявлен “неконституционно сформулированным”, так же, как и пункт Декларации о государственном суверенитете, ограничивающий действие законодательства России на территории Татарстана.

Против референдума выступали С.Шахрай, А.Руцкой, депутаты Верховного Совета РФ от нашей республики В. Морокин и В. Фахрутдинов, депутат Верховного Совета Татарстана Ю.Решетов, в защиту – профессор МГУ, доктор юридических наук С.Авакян и юрист-международник, президент ассоциации юристов Р.Тузмухамедов.

Судьи и эксперты, были в основном тоже настроены против. Так, эксперт Б.Лазарев заявил, что Татарстан уже реализовал право на самоопределение, когда в 1922 году была создана ТАССР. Лишь доктор юридических наук, судья Э. Аметистов – один из двенадцати судей – признал за Татарстаном право на референдум.

“Действительно, после положительного итога референдума статус Татарстана меняется, и все его связи с Россией переводятся на договорный уровень. Во-первых, такие прецеденты уже есть. Во-вторых, это не запрещается Конституцией РФ – статьей 121.5 пункт 10, которой предусматривается возможность заключения подобных договоров”.

 В первой программе “Телемост”, которая шла в прямом эфире телеканала “Останкино”, участвовали Ф.Мухаметшин, Ф.Сафиуллин, А. Колесник и Р.Хафизов. За их спинами был виден плакат, который произвел большое впечатление на участников разговора с московской стороны, в том числе на С. Шахрая. На плакате, нарисованном по идее Талгата Бариева, художник Рушан Шамсутдинов изобразил рукопожатие: на манжетах мужских рубашек – государственные флаги России и Татарстана. Этот плакат мы опубликовали в “Казанских ведомостях” накануне референдума, 20 марта.

В те дни у каждой газеты была своя символика. Наши коллеги из “Вечерней Казани” предпочли пограничный стол с двумя указателями – “Татарстан” и “Россия”, направленными в разные стороны.

14 и 15 марта в Казани неспокойно – идут митинги. Сначала своих сторонников собрали коммунисты, потом – местное отделение ДПР.

16 марта собралась внеочередная IX сессия Верховного Совета РТ. Под нажимом Москвы и для снятия внутреннего напряжения в республике было принято постановление “О разъяснении формулировки вопроса референдума Республики Татарстан, назначенного на 21 марта”.

Перед началом обсуждения выступил Ф.Мухаметшин. Он коротко обобщил сделанное после провозглашения суверенитета, сказал о тех трудностях, которые республика испытывает из-за неопределенности своего государственного статуса, сообщил о встречах с председателем Конституционного суда В.Зорькиным, а также о том, что постановление Конституционного суда РФ в Верховный Совет РТ до сих пор не поступило официальным порядком – есть только проект и газетный текст.

“Федералы”, воодушевленные решением российского Конституционного суда, категорично потребовали изменения формулировки вопроса. А.Штанин предложил от имени группы “Народовластие” отозвать Ф.Мухаметшина с поста Председателя ВС, и тот, внешне спокойно, поставил его на голосование. Естественно, большинства голосов не было. Депутат Ю.Алаев предложил раздать текст Федеративного договора – может, тогда легче будет договориться. Председательствовавший Ф.Мухаметшин пояснил, что парафированный в Москве договор в Казань еще не поступил, есть только проект. Протокольно договорились направить его для изучения в постоянные комиссии.

Главная сшибка мнений на сессии опять произошла вокруг понятия “субъект международного права”. Все понимали, что его включение или изъятие из вопроса имеет принципиальное значение. И снова И.Грачев призвал единомышленников не участвовать в голосовании – если это понятие в вопросе останется. После заседания, проведенного в перерыве, депутаты “Согласия”, не получив поддержки коллег по предложениям внести в повестку дня вопросы о Федеративном договоре, об изменении состава Центральной комиссии референдума и о депутатском запросе в адрес Президента РТ о нарушении прав человека, отказались регистрироваться, хотя в зале находились.

Тем не менее для участия в прениях записались 19 человек. Безоговорочно поддержали ранее принятую формулировку Р.Вагизов, А.Халимова, Ф.Сафиуллин. Н.Мансуров недоумевал, почему люди не понимают, что Россия и Татарстан могут заключить равноправный договор:

“Пусть мы будем первыми, которые начнут снизу реформировать эту унитарную империю... И не мы ведем к гибели, хотя нас обвиняют в том, что мы разрушаем Российскую Федерацию. Российскую Федерацию разрушает сверхцентрализация власти и унитарный характер построения этого бескрайнего государства. Он душит Россию, не дает ей свободно развиваться. И именно он привел ее к сегодняшней нищете и приведет в конце концов к развалу, если сегодня российский центр, как и союзный центр в свое время, не будет давать власти на местах. Мы сейчас пытаемся не разрушать, а спасти Россию, сделать ее цивилизованной федерацией”.

Депутат А.Колесник в своем выступлении сказал:

“Используя методы “грязной политики”, не обладая никакими сколь-нибудь серьезными аргументами, используя страх людей и их неинформированность, экстремисты всех мастей и марок стремятся во что бы то ни стало внести раскол в наше общество, поссорить людей и целые нации. Этому же способствуют и действия руководства и прессы России, ведущие неприкрытое давление на Татарстан и его народ. Не способствует консолидации общества и экономическая политика Центра, ведущая страну к краху, а народ к обнищанию. Коррупция московской верхушки стала притчей во языцех, с которой не знают, что делать и в самой Москве. Все это говорит о том, что наша самостоятельность – это естественная реакция республики в защиту своих прав, а любое другое утверждение ничем не обосновано.

Анализируя постановление суда, приходишь к выводу, что ждать нам объективных решений больше неоткуда. Я во многом надеялся, что суд укажет на право Татарстана при отсутствии правовой базы внутреннего законодательства поступать в соответствии с доктриной международного права. Кстати, на это указывали и эксперты суда. Однако суд пошел по пути, с которого ему свернуть будет со временем все труднее и труднее. Он принял политическое решение”.

Выступил и И.Грачев, которого на сессии вроде бы не было:

“Я провел десятки встреч в трудовых коллективах, нет не единого, где люди бы высказались за выход из состава Российской Федерации. Здесь очень много на эту тему говорится. Одну минуту, не надо меня перебивать. (Шум в зале). Я полагаю, что здесь достаточно много представителей группы “Татарстан”, которые сами не верят, что в данном референдуме речь не идет о выходе из состава Российской Федерации... У кого с логикой все в порядке, тот понимает, что часть с целым равноправные договоры заключать не может. Это совершенно очевидно. И если добавлено, что это субъект международного права, то речь идет, безусловно, о выходе из состава Российской Федерации и об образовании отдельного государства. Что и подтвердил Конституционный суд Российской Федерации.

Здесь группа “Татарстан”, по сути, монополизирует право на отражение воли народа. (Шум в зале). Но при этом надо иметь в виду, что группа “Согласие” – это не просто группа “Согласие”, а это интересы огромной части избирателей, которые стоят за нами в трудовых коллективах, их воля тоже не может игнорироваться”.

В работе сессии принимали участие гости из Москвы: Председатель Совета Национальностей Верховного Совета РФ Р.Абдулатипов и председатель Комитета по национальным и межнациональным отношениям Н.Медведев.

“Исторически (это не мои слова, слова Бердяева) Россия – это страна поляризованного познания. И во многом наше Отечество и сегодня, как представляется, страдает от того, что нет центристских сил, во всяком случае их недостаточно... И сегодня встречаются у микрофонов милитаризм и сепаратизм (об этом мы должны сказать открыто), и они в высшей степени работают друг на друга. И опять наступает закономерность, когда маленькая группа очень активных людей делает политику и сверху, и снизу, а нормальные люди, люди здравого смысла или наблюдают за этим, или становятся заложниками этой политики”, – сказал он.

“Когда мне говорят о том, что из России выходят или от России бегут, я говорю: от России не бегут, бегут порою от той политики, которую проводят зачастую и общефедеральные органы, и местные органы в угоду общефедеральным и местным начальникам”, – эти слова наверняка удовлетворили всех. Однако другие высказывания Р.Абдулатипова не казались бесспорными то одной части зала, то другой.

Татары не могли не оценить такие слова:

“Нам порой кажется, что безнациональность якобы является величайшей чертой личности, которая подчеркивает его интернационализм. Как раз безнациональность и есть трагедия для русского и для всех других народов... Я пришел к выводу: тот человек, который является безнациональным или был безнациональным, автоматически становится на самые крайние позиции, потому что у него нет запаса национальной культуры, национальных традиций, национального языка и всего того, без чего невозможен нормальный человек”.

Тем не менее суть выступления Р.Абдулатипова части депутатов, называющих Россию “соседним государством”, не понравилась. “Суверенность необходимо развивать, но не нарушая целостности России”, – сказал он. Однако их успокоило то, что московский представитель не потребовал выполнения решения Конституционного суда. “Татарстан не выходит из России, так его не нужно и выгонять”, – сказал он и попросил Верховный Совет дать необходимые разъяснения по вопросу референдума. То есть по сути благословил начатое дело.

Это не понравилось “федералам”, которые ждали от гостя из Москвы бесспорной поддержки своей позиции. Выступление Р.Абдулатипова не было жестким и ультимативным по тону, но он нашел аргументы в защиту федеративного пути развития России. И посланника “соседнего государства” слушали как единомышленника. Его выступление закончилось всеобщими аплодисментами.

Однако сессия в этот день была крайне поляризована. Это был один из немногих случаев, когда депутаты, придерживающиеся разных точек зрения, не искали компромисса. Лишь изредка звучали предостережения “не нагнетать обстановку”. Порой становилось просто страшно, ведь за стенами парламента этого решения ждали тысячи людей.

Зал не хотел слушать Ю.Алаева, хотя он говорил разумные вещи. Ознакомившись с проектом Федеративного договора, он нашел там две нормы, которые давали Татарстану возможность реализовать свой суверенитет в пределах Российской Федерации: республики “являются самостоятельными участниками международных и внешнеэкономических связей” и “самостоятельно определяют свою экономическую политику”.

“...Эти два года, которые прошли с момента принятия Декларации о государственном суверенитете Татарстана, не прошли даром и для российского руководства. Да, оно запаздывает. Да, оно зачастую ведет себя неуклюже. Да, оно зачастую не понимает, что Российская Федерация остается сегодня федерацией только по форме, но не по существу... В каком-то смысле, может быть, даже в очень большом смысле изменение позиции российского руководства – это следствие и нашей последовательной политики. Это следствие нашего стремления получить суверенитет цивилизованными методами. Возможно, мы придем к такой ситуации, когда республика будет являться по существу полностью независимой. Возможно. Но опережать и форсировать события, полагать, что мы можем одним махом перескочить какие-то этапы, – это, по крайней мере, заблуждение”, – сказал он.

Подвел итоги обсуждения М.Шаймиев. Когда он выходил на трибуну, в зале не было большинства депутатов группы “Согласие”. Президент попросил депутата Верховного Совета России М. Рокицкого от его имени пригласить их.

“Мы должны четко сказать: референдум не должен привести к нарушению целостности Российской Федерации. Тогда это будет понятно всем, прежде всего нашему народу, – сказал М.Шаймиев. – За оставшийся период времени до референдума нам еще необходимо продолжить работу с населением. Сегодняшнее наше решение должно быть поддержано всем населением, чтобы народ проголосовал “за”...

Дорогие товарищи, это не агитация, нет. Подумайте хорошенько, другого ответа нам не надо. Только положительный ответ принесет в наш общий дом спокойствие и мир. Мы с честью должны пройти испытание на прочность нашей дружбы в это непростое время. Оно сложно не только для нас, но и для всего общества. Поэтому надо отбросить всякие амбиции...

А если будет отрицательный результат, о чем сегодня говорили некоторые депутаты? Мы же породим подозрение между людьми. А его у нас никогда не было, думаю, что и повода не дадим.

Референдум – это испытание для всех нас, и он должен дать хороший результат, заложить хорошую основу дружбы народов нашей республики на века. Вот таково должно быть понимание данного вопроса. Если Верховный Совет, народные депутаты с этой ролью не справятся, такой Верховный Совет нашему населению не нужен. Это мы должны ясно представлять”.

Прошедшие 10 лет доказали всю искренность слов Президента, но тогда подозрения были очень сильны.

В тот день рассматривались самые разные варианты вопроса референдума. Президент М.Шаймиев и вице-президент В.Лихачев готовы были частично согласиться с мнением Конституционного суда, однако вариант вопроса “Согласны ли вы, что Республика Татарстан – суверенное государство?” не прошел.

“Республика Татарстан выступает за реформирование отношений с Российской Федерацией на основе Договора о делегировании полномочий”, – в таком виде записали после долгих споров с участием московских гостей третий пункт постановления. Как пояснил, представляя его проект Р.Хафизов, необходимо отказаться от отношений субординации и перейти к отношениям координации, в основе которых будет лежать учет интересов Татарстана, экономических и социальных.

Огромное значение придавали не только цельным формулировкам, но и отдельным словам в них. Когда по предложению Президента убрали из третьего пункта слово “межгосударственный”, Т.Абдуллин попросил записать – договор равноправный. Его поправка не прошла: депутаты приняли пояснения М.Шаймиева о том, что взаимоотношения с Россией будут строиться путем делегирования полномочий, и, естественно, при этом Татарстану придется пойти на самоограничение полномочий:

“Я четко объяснил: исходная точка – равное делегирование полномочий, исходя из целесообразности. Но нельзя в данном случае Россию и Татарстан ставить вот так: что Россия передаст больше полномочий, чем Татарстан. Это же вполне понятный вопрос”.

За постановление проголосовало 174 депутата, что значило: сессия выполнила условие И.Грачева – принять документ двумя третями голосов. Те, кто был против или сомневался, не голосовали – их было 73 человека. Протокол бесстрастно сохранил их фамилии, как и фамилии депутатов, из-за которых на сессии долго не было кворума.

Интересно, что в архивной папке документов сессии вместе с протоколами голосования, текстами проектов и принятых постановлений подшиты не только проект Федеративного договора, постановление Конституционного суда (газетный вариант), но и три международных документа, в том числе Всеобщая Декларация прав человека и Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах, газетные вырезки с цитатами Б.Ельцина о будущем Татарстана.

В итоге гражданам Татарстана было предложено ответить на такой вопрос:

“Согласны ли вы, что Республика Татарстан – суверенное государство, субъект международного права, строящее свои отношения с Российской Федерацией и другими республиками, государствами на основе равноправных договоров?”.

“Опасения, что Верховный Совет будет парализован неспособностью добиться согласия разных политических сил, не оправдались. Не потому, что оппоненты научились слышать друг друга – просто на этот раз силы были явно не равны. Группа “Согласие” ушла с поля боя, а группа “Татарстан” вдруг проявила завидное благоразумие”, – таковы были впечатления И.Котова, автора репортажа в “Казанских ведомостях” об этом историческом дне в парламенте.

16 марта с 17.45 минут в прямом эфире “Останкино” – второй “телемост” с Казанью. В нем принимают участие В.Лихачев, Ф.Сафиуллин, А. Колесник и Р. Абдулатипов. С “московской стороны” среди участников разговора был Фуат Юсупов. От имени татар, проживающих за пределами Татарстана, он обвинил руководство республики в сепаратизме, предрек обострение русско-татарских отношений на всей территории России.

17 марта заседал Президиум Верховного Совета РТ. Было принято два постановления – “О некоторых вопросах организации голосования на референдуме Республики Татарстан 21 марта 1992 года” и “О порядке учета бюллетеней референдума Республики Татарстан 21 марта 1992 года”.

В этот день в Казани случился большой пожар – сгорело старинное здание вокзала. Жертв не было, но потом еще долго на привокзальной площади мы имели руины. В преддверии референдума многие горожане восприняли этот пожар как плохое предвестие свыше.

18 марта Президент Б.Ельцин подписал Обращение к Верховному Совету Республики Татарстан, в котором говорилось о том, что проведение референдума – это нарушение международного права и этики государственно-правовых отношений; что руководство Татарстана, заручившись поддержкой народа, хочет вывести Татарстан из состава России; что референдум приведет к обострению межнациональных отношений в Татарстане и России.

В тот же день к русскому населению республики со страниц газет обратились руководители татарского фонда “Мирас”.

19 марта на совместном заседании палат Верховного Совета России – Совета Союза и Совета Национальностей – рассматривался вопрос о представлении Конституционного суда в связи с постановлением ВС Татарстана от 16 марта о разъяснении формулировки вопроса референдума. В Москву выехали Ф.Мухаметшин и Р.Хафизов.

Выступая на заседании, Р.Абдулатипов сказал: “К большему парламент Татарстана просто не был готов, и желать чего-то большего неразумно в настоящих условиях”.

Постановлением российского парламента объявлялось, что результаты референдума в случае его проведения в его нарушение не будут иметь юридической силы. Решение Верховный Совет России принимает строгое – предложить Президенту РФ принять меры, обеспечивающие исполнение постановления Конституционного суда, поручить Комитету по законодательству подготовить проект закона, предусматривающий механизм исполнения решений Конституционного суда, в том числе ответственность государственных органов, должностных лиц и граждан за их невыполнение.

Татарстану предписывалось привести свое законодательство в соответствие с постановлением Конституционного суда, Верховному Совету и Президенту было рекомендовано присоединиться к Федеративному договору и на его основе заключить с Российской Федерацией двусторонний договор о разграничении полномочий между высшими органами государственной власти РТ и РФ.

Президиум Верховного Совета РТ в тот день заседал дважды. На первом заседании, начавшемся в 17.30, рассмотрели Обращение Бориса Ельцина, но решения принять не смогли – не было кворума.

На второе заседание собрались в 9 вечера. Ждали из Москвы Ф.Мухаметшина, но он не приехал. Приняли решение о созыве еще одной внеочередной сессии.

Оба заседания вела З.Валеева. Членами Президиума в то время, кроме нее и Ф.Мухаметшина, были А.Лозовой, Н.Бакиров, Р.Валеев, О.Ермакова, М.Зарипов, Р.Зарипов, Г.Кобелев, А.Колесник, Р.Миннуллин, А.Перов, Р.Сабитов, Ф.Сафиуллин, И.Салахов, Р.Харисов, Р.Хафизов, А.Халимова, М.Шарифуллин.

20 марта к назначенному сроку в зале заседаний собралось всего 117 депутатов. Теперь как саботажников обвинили группу “Татарстан”. В зале мало глав районных и городских администраций, что дает возможность группе “Согласие” заявить о преднамеренном срыве сессии. “Имитация сессии нужна была для того, чтобы создать видимость реагирования на постановление Верховного Совета и Обращение Президента России”, – говорилось в заявлении.

Как заявил Р.Юсупов, нет никакой необходимости пересматривать уже принятое постановление. Обвинения в срыве сессии он не принял. После ухода “Согласия” из зала число депутатов становится еще меньше. При очередной регистрации на табло – цифра “65”.

Но сессия продолжалась. Депутатам раздали текст Обращения Президента России. Ф.Мухаметшин рассказал о сессии российского парламента, участником которой он был, о встречах с его руководителем – Р.Хасбулатовым, с председателем Конституционного суда В.Зорькиным. Председатель Верховного Совета назвал не имеющими под собой оснований обвинения в том, что руководство республики ведет закулисные переговоры с руководством России, привлекая на свою сторону другие бывшие автономии. Хотя признал, что подобные предложения от коллег были.

Сессию начать так и не удалось, заседание назвали депутатским собранием. Ф.Мухаметшин провел пресс-конференцию, на которой иностранных журналистов было больше, чем российских.

В тот же день к народу Татарстана по радио обратился Президент РФ Б.Ельцын, по местному радио и телевидению – Президент РТ М.Шаймиев. Естественно, они по-разному оценили последствия референдума. Президент Татарстана возражать Президенту России не стал. Просто в тот вечер жителям республики показали запись телерепортажа о пребывании Б.Ельцина в Татарстане летом 1990 года, когда тот произнес свою легендарную фразу: “Берите суверенитета столько, сколько сможете проглотить...”

19 марта в Москве состоялась пресс-конференция сопредседателя Республиканской партии Российской Федерации, народного депутата России Владимира Лысенко. По его мнению, участие в сессии Верховного Совета РТ Рамазана Абдулатипова сыграло отрицательную роль, так как он фактически дезавуировал решение Конституционного суда России.

19 и 20 марта газеты Татарстана вышли с последними материалами о референдуме. Все напуганы так, что даже “Вечерняя Казань” в последние дни перед референдумом заговорила о согласии. В преддверии голосования здесь было опубликовано пространное интервью М.Шаймиева, а 20 марта газета вышла с лозунгом на первой полосе – “Земляк! Какой бы ответ ты ни дал на референдуме, ссора не должна войти в наш дом!”

День 21 марта запомнился как большой праздник. Музыка на избирательных участках; очередь за бюллетенями, которые были напечатаны на татарском, русском, чувашском, удмуртском языках; концерты; довольные лица людей – и много милиции, людей с напряженными лицами.

Нас так запугали обострением обстановки, что наступившая тишина после гроз и молний в виде решения Конституционного суда, жестких слов Бориса Ельцина показалась даже неестественной.

Уже стерлись в памяти детали того дня. Читая историческую хронику Рафика Юнуса в журнале “Идель”, я убедилась, сколь разными было у нас восприятие одного и того же события. Все-таки для татар это был особый момент. Вот что написал об этом мой коллега:

“А готов ли главный участник события – народ? Очнется ли татарин от сна забвения и беспечности? По всему видно, вроде бы пробуждается. Со всех сторон столько писем и телеграмм прислали – не сосчитать.

Священный месяц рамазан. 440 лет назад наши прадеды приняли мученическую смерть, защищая свободу родины. Нам же не с мечом идти на поле брани, а всего-то нужно не полениться, наслаждаясь свежим весенним воздухом, пройти некоторое расстояние, чтобы вычеркнуть слово “нет”... Но сколько было пропаганды: сколько перьев, как некогда мечи обезглавливали наших предков, полоснут по ответу “да”.

Завтра по нашему забытому календарю Новый год, праздник Науруз. День весеннего равноденствия... А татарам-то нужно всего лишь равноправие – поймут ли это наши русские? Каждая из экономически состоятельных, мощных русских областей сейчас с удовольствием провозгласила бы себя суверенной. Но у них нет открывающего дорогу статуса “республики”. Ну а мы не преподнесем ли сами на блюдечке референдума в руки Москвы и свои прежние права?

У меня вот, у простого татарина, столько тревожных мыслей в голове. А что же должны чувствовать те, на чьих плечах лежит тяжелейший груз ответственности за судьбу референдума?”

Тогда даже мы, журналисты, многого не знали. Уже потом стало известно, что из воинских подразделений, расквартированных в Татарстане, было приказано вывезти все оружие. А вот были ли танки возле границ республики, точно выяснить так и не удалось. Р. Хакимов и И.Тагиров вспоминают, что танки были – их собрали поблизости якобы для воинских учений Приволжско-Уральского военного округа. Экс-премьер М.Сабиров утверждает, что танков близко не было.

Почему же народ так активно поддержал руководство республики? Дело тут, видимо, прежде всего в том, что к этому времени все увидели: никто не хочет прогонять русских из Татарстана, нет никаких экзаменов на знание татарского языка, дети от смешанных браков живы и здоровы и число таких браков не уменьшается.

(Для верности истории заметим, что в эти годы слегка увеличилось число разводов на национальной почве, острые дискуссии порой разводили не только русских и татар, но и людей одной национальности).

Дружное “да”, сказанное на референдуме, во многом объяснялось и беспрецедентным давлением, которое было оказано на республику. На заседании Конституционного суда вице-президент России А.Руцкой даже предложил включить в Уголовный кодекс статьи, позволяющие “сажать на 10-15 лет национал–карьеристов и сепаратистов”.

Директоров крупных предприятий Татарстана собрали в Москве на совещание с участием вице-премьера С.Шахрая у министра промышленности А.Титкина и недвусмысленно дали понять, что если коллективы их предприятий не проголосуют “как надо”, предприятия лишатся государственных заказов.

Татарстан был наводнен листовками на русском и татарском языках, предлагающими проголосовать “против”. Их привозили на машинах. Мой коллега Р.Юнус привел в своем исследовании такие факты: вес конфискованных листовок составлял 34 тонны; ежедневно по поручению местного отделения ДПР на расклейку листовок только в Казани выходило 15-20 человек, всего от этой партии было расклеено и разложено по почтовым ящикам порядка 100-150 тысяч экземпляров.

После референдума корреспондент “Независимой газеты” поинтересовался у М.Шаймиева, во что обошелся референдум Татарстану. Ответ был таким: “Нам он обошелся в 20 миллионов, а России, по слухам, – в 60”.

Кажется, все центральные средства массовой информации были брошены на то, чтобы доказать жителям Татарстана и всем россиянам пагубность референдума. По данным Р.Юнуса, объективные материалы опубликовали о референдуме только газеты “Красная звезда” и “Комсомольская правда”.

По сути, Москва в открытую разделила население республики по национальному признаку, что очень редко делали даже национал-радикалы. Так что 21 марта при голосовании, говоря сегодняшним политическим языком, положительный результат обеспечил “протестный электорат”.

Это был на самом деле исторический момент. И не только в судьбе Татарстана, но, как оказалось потом, и в судьбе всей России.

Любовь АГЕЕВА

Фрагмент из книги «Республика Татарстан: новейшая история. События. Комментарии. Оценки» (первый том)

Просим ссылаться на источник

"Казанские истории", № 6-7, 2002 год

Читайте в «Казанских историях»:

Знать, чтобы не ошибиться

30 августа 1990 года: так делалась история

Путешествие во времени: год 1991

Путешествие во времени – год 1992

Договор между Москвой и Казанью: Когда договариваются, нельзя не искать компромисса. Часть 1

Договор между Москвой и Казанью: Когда договариваются, нельзя не искать компромисса. Часть 2

Путешествие во времени – год 1994

Конституции Республики Татарстан - 20 лет. Публикация 1

Конституции Республики Татарстан - 20 лет. Публикация 2

Не чешите, где не чешется

Нет будущего у народа, который предает забвению свою историю

  Издательский дом Маковского